Влад взял меня за руку и повел к выходу.
– Эй! Алинка! – услышала я знакомый голос за спиной, но даже не стала оборачиваться, чтобы узнать, кто меня звал. Больше находиться здесь я не хотела. Когда садилась в машину, меня душили слезы. Я автоматически взяла у Влада из рук пачку носовых платков и изводила один за другим, кидая прямо на коврик дорогой спортивной машины. Мне было все равно. Меня сейчас волновали две вещи: предательство сразу двоих близких мне людей и то, что Влад стал свидетелем некрасивой и личной сцены, а значит, о моих слезах и унижении завтра узнает весь лицей. Понимание этого меня немного отрезвило, и я перестала плакать, пытаясь решить, стоит ли у него просить, чтобы он молчал, или нет. В результате победила гордость. Мне казалось, если я попрошу, то только сильнее себя унижу.
– Куда ты меня привез? – очнулась я от раздумий, когда наша машина остановилась перед огромным зданием из стекла и бетона, ярко освещенным неоном «Кama-Clab». Вывеска не оставила сомнений, но вопрос вырвался раньше, чем я успела прочитать.
– В «Кama-Clab», как ты успела заметить, – усмехнулся Влад и заглушил мотор.
– Зачем?
– Хороший вопрос, – похоже, молодой человек пребывал в замечательном настроении, в отличие от меня. – Подумал, что тебе необходимо снять напряжение, расслабиться и немного отвлечься.
– Мне это не нужно, – заупрямилась я. – С меня хватит на сегодня вечеринок. Хочу приехать и лечь спать.
– Все не так плохо, как кажется. Это приятное место, несмотря на масштабность, размах и внешний вид. И здесь есть тихие и уютные уголки, где можно просто выпить кофе или пару безалкогольных мохито.
– А тебя не волнует, что в лицее отбой через два часа? Мы и так едва успеваем вернуться вовремя.
– Ты думаешь слишком много, Алина. Правила созданы для того, чтобы их нарушать, – Влад отвечал мне тихо и спокойно, словно неразумному ребенку.
– Хорошо, – немного засомневавшись, согласилась я.
– Пошли, – молодой человек вышел из машины и открыл передо мной дверь. Упрямо сидеть внутри и дальше было глупо, но я предприняла последнюю попытку.
– Мне еще нет восемнадцати, меня не пустят.
– Со мной? – хмыкнул молодой человек. – Со мной пустят везде. А потом, я не предлагаю тебе идти в сам ночной клуб. Тут на первом этаже есть очень приятная и спокойная кафешка.
– Почему ты привез меня именно сюда?
– Не знаю. – Влад задумался. – Наверное, потому, что я сам мало где бываю. Всю свою жизнь я провел в стенах лицея. А это место мне знакомо, как и его хозяин. Тут я чувствую себя в безопасности. Ну же, Алин, пошли. Не упрямься.
Глава 17
Имбирный латте с карамелью
Зря я переживала, боялась и смущалась из-за того, что на мне старые затертые джинсы и непритязательная кофточка. Кафе на самом деле было очень милым, уютным и совсем не пафосно-гламурным, как могло показаться снаружи из-за современного стильного дизайна трехэтажного куполообразного здания.
Маленькие столики, отделенные друг от друга перегородками, позволяли оставаться практически незаметными для всех посетителей, кроме своего спутника. Тихая, романтичная музыка и ни с чем не сравнимый запах хорошего кофе располагали к неспешному душевному разговору – идеальное место для первого свидания. Только вот у нас с Владом сегодня не свидание, я бы предпочла об этом не забывать, но было сложно. С предательством Данила рухнул последний бастион, заставляющий меня не смотреть в сторону Влада.
Мои отношения, продлившиеся больше года, час назад прекратились, и я вдруг неожиданно поняла, что теперь имею полное право увлекаться другими парнями. А если учесть, что Данил изменил мне с лучшей подругой, право превращалось в суровую необходимость. Только так я могла восстановить упавшую самооценку. Но мне нравился не кто иной, как неоднозначный и противоречивый Влад Катурин. И это было проблемой. Сегодня я могла себе в этом признаться.
– Ты что будешь? – отвлек он меня от размышлений и протянул меню.
– На твое усмотрение. – Я вообще ничего не хотела, но понимала – что-то заказать нужно. Элементарные правила вежливости. К тому же мне не нравилось смотреть на пустующий стол.
– Все зависит от твоих предпочтений. Я люблю у них брать имбирный латте с корицей и карамелью. Это моя маленькая слабость.
– Тогда закажи мне его же. Звучит вкусно.
Я чувствовала себя неловко, не знала, о чем говорить и как себя вести. На душе было муторно, на глаза наворачивались слезы. Я еще не в полной мере осознала случившееся. Данил, целующий Наташку, казался дурацким сном, я не хотела в это верить. Стараясь отвлечься, думала о Владе, разглядывала прямой загорелый нос, тонкую полоску иронично изогнутых губ и неровный шрам, разрывающий бровь напополам, и не в полной мере осознавала, что сегодня начинается новая глава в моей жизни. Хотя, быть может, я уже начала эту главу, когда уехала учиться в лицей, а сегодня просто поставила точку. Наверное, Данил понял это чуть раньше и не стал терять время. Только я цеплялась за прошлое, отказываясь признавать, что никакие приобретения невозможны без потерь.
– Кого я вижу в моем логове… – Голос низкий, бархатный, но молодой. Я вздрогнула и настороженно повернулась. У меня за спиной стоял хорошо одетый молодой человек. Он возник, словно из воздуха, и заставил меня нервничать.
– Николай Камаров, – представил Влад бесшумно подошедшего к нам юношу, сделав ударение на первый слог его фамилии. Мне показалось, что в этом кроется какой-то скрытый смысл. Тайный код, понятный лишь им двоим.
– Приятно познакомиться, – послушно поздоровалась я, поймав на себе заинтересованный взгляд светло-серых глаз.
– Николай – владелец всего этого великолепия, – пояснил Влад, и я еще раз с интересом посмотрела на приятеля Влада. Он был молод, немного старше моего спутника, лет на пять, вряд ли больше. И красив. Причем я не могла понять, в чем заключалась его красота. Невысокий рост, открытое, почти детское лицо, мягкая улыбка в уголках четко очерченных губ и крупные дымчатые глаза, в которых застыло странное выражение, не поддающееся расшифровке: то ли вселенская скука, то ли светлая грусть, то ли ожидание. Именно его глаза и завораживали, стоило взглянуть в них, и мир вокруг переставал существовать. Я чувствовала, как теряю связь с реальностью, растворяясь в клубящейся дымке радужки, только чуть хрипловатый резкий голос Влада заставил очнуться.
– Николай, ты окажешь нам честь? Лучший кофе здесь тот, который приготовлен тобой лично.
– С удовольствием, – тихий голос гипнотизирует, его хочется слушать бесконечно. – Но ты не боишься? Мой кофе особенный, я и сам не всегда точно знаю, что получится на выходе.
