– Выбери вопросы из «Общей инструкции дознаний».
– Они служили в штурмовом подразделении, сэр, это раз. У Рона Барнаби были ножевые ранения – это два.
Могу поспорить, что эти двое были «пластунами» и сами неоднократно брали «языков», а значит, проводили допросы. Я с ними чувствую себя неуверенно… Зачем все это?
– Понимаешь, Лерой, – майор указал подчиненному на стул, – в операции, которую мы собираемся провернуть, нет мелочей. Даже люди, которые будут использованы в качестве подставы, играют важную роль. Они должны чувствовать себя достаточно спокойно, уверенно и не пытаться, скажем, выбить головой стекло или укусить охранника. Я забрал их из полиции, где все для них было бы предельно ясно. Их бы отлупили, они бы подписали протоколы и спокойно дожидались справедливого суда в тюремном госпитале. И все было бы понятно. А тут – привезли, посадили и забыли. Странно? Странно. Опасно? Скорее всего – да. Неизвестность может свести человека с ума, тем более в заключении. А вот когда они каждый день встречаются со следователем, который задает вопросы, пусть и дурацкие, они понимают, что какая-то деятельность вокруг них ведется. Понимаешь? И когда, согласно нашему плану, мы повезем их, они посчитают, что это очередной этап в долгом разбирательстве, и будут сидеть тихо, как котята в корзинке. – Закончив говорить, майор строго посмотрел на Лероя. – Ты понял?
– Понял, сэр. Но почему бы вам не поговорить с ними самому?
– Может, и стоит, – согласился майор. – Да, завтра же я сам поговорю с ними. Это будет логично. А ты вот что – сгоняй к Штефану и Забродскому. Замени их на часок, пусть приедут сюда, у меня к ним разговор есть.
– Хорошо, сэр, – сказал Лерой и поднялся.
– Да, и захвати им чего-нибудь поесть. Они там совершенно пустые сидят. Ну и, конечно, поглядывай – чтобы никаких хвостов…
– Разумеется, сэр.
ГЛАВА 45
Оставив майора в его кабинете, Лерой спустился в кафе, не садясь выпил стакан сладкого чаю и попросил уложить ему в пакет четыре порции пончиков, десяток бутербродов с сыром и три бутылки воды.
С полным пакетом он выскочил из здания «конторы» и сел в свой бежевый «колин-239».
Немного попетляв по центру, Лерой несколько раз заезжал в тупики, разворачивался посреди дороги, но никаких подозрительных машин не заметил. Перемахнув через старый мост, он распугал голубей на площади и поехал в сторону керамической фабрики.
В полукилометре от нее строилось высотное здание, которое должно было стать частью делового центра города. На его восемнадцатом этаже располагался пункт наблюдения.
Лерой запарковал машину возле строительной площадки, показал охраннику удостоверение и беспрепятственно прошел на территорию стройки. На другом ее конце жужжали лебедки кранов и сварные автоматы рассыпали снопы искр, здесь же было поспокойнее.
Встав на площадку транспортного лифта, Лерой нажал нужную кнопку, засыпанная стружками и цементом платформа поплыла вверх. До восемнадцатого этажа Лерой поднимался так долго, что успел подумать о многом, в том числе и об этой паре – подставе. Ему было их немного жаль. Жаль их опыта, который пропадет с их смертью.
Еще он думал о том, что до операции осталось три дня, а им пока не удалось засечь ни одной разведывательной группы противника. Ее появление подтвердило бы тот факт, что деза сыграла свою роль.
Наконец площадка остановилась. Лерой через окно вышел на этаж и двинулся по длинному коридору мимо одинаковых некрашеных дверей.
Возле одной из них он остановился и негромко постучал. Дверь приоткрылась, появился Штефан в грязной строительной спецовке и широкополой, заляпанной краской шляпе.
– Хороший прикид, – похвалил Лерой, заходя в помещение.
Штефан тут же запер за ним дверь, затем снял шляпу и спецовку и бросил в угол.
– Приходится маскироваться. А что делать? Это у тебя еда?
– Еда, – подтвердил Лерой отдавая пакет.
Сидевший на раскладном стуле Загурский увлеченно работал с большим оптическим дешифратором, стоявшем на треноге.
– Ты что, с утра не разгибаешься? – спросил Лерой.
– Ага, – не поворачиваясь, ответил Загурский. – Все кажется, вот-вот подъедут, но они чего-то медлят… сволочи…
– Ну ладно, ешьте и езжайте на часок к Гастону – я пока вас подменю.
– А что случилось? – набивая рот пончиками, поинтересовался Штефан.
– Он не сказал. Ты же его знаешь.
– Знаю. Лео, ты у нас, кажется, худеешь?
– До сегодняшнего дня худел… Но пончики мне оставь… – не отрываясь от окуляра, пробубнил Загурский.
– Ну хоть что-то было? – спросил Лерой.
– Да мелькало несколько развалюх. Но мы по базе проверили, все они принадлежат местным жителям из ближайших домов.
– Могли приезжать ночью, – предположил Лерой.
– Ночью приезжать нет никакого смысла, – сказал Штефан, переходя на бутерброды. – Ночью, как говорится, все кошки серы и очень трудно делать привязку. Днем они придут, днем. Если, конечно, до них деза дошла…
Они помолчали. Лерой уже хотел напомнить, что их ждет Гастон. когда Загурский поднял руку и торжествующе произнес:
– Есть! Собака такая!
– Что там? – спросил Лерой и, взяв с кривоногого стола бинокль, принялся исследовать дорогу, что тянулась вдоль керамической фабрики.
– Ты имеешь в виду эту серую машину?
– Да. За рулем женщина.
– Почему ты решил, что это кто-то из них?
– Она едет слишком медленно – на прямом участке шестьдесят километров.
– А может, она плохо водит, – предположил Штефан.
– Если бы плохо водила, не могла бы держать скорость так ровно. Она словно по ниточке катится…
– Корректировщик?
– Да, на третьем… нет, на четвертом корпусе фабрики в окне голубятни я вижу человека… Кажется, в руках у него лазерный делитель…
– Думаешь, они проводят съемку? – спросил Лерой, опуская маломощный бинокль.
– Ну да… – не отрываясь от окуляра, ответил Загурский. – Снимают объемную панораму, чтобы сделать тренажер.
– Нужно попросить шефа, чтобы прояснил ситуацию с посетителями фабрики. Вряд ли они перелезали через забор, – сказал Лерой.
– Скорее всего представились какими-нибудь инспекторами по мышам и тараканам, – предположил Штефан. – Сунули фальшивое удостоверение, и дело с концом.
– А вот еще один. Синий «бета-континент». Скорость та же, шестьдесят километров, но за рулем мужчина… Интересно, где у них отражатели стоят…
– Могут прямо на дверцу поставить. С нашей стороны не видно, – пояснил Штефан, не переставая жевать.
– Ладно, с этим все ясно, – подвел итог Лерой. – Они попались, и это главное. Теперь езжайте в «контору», а я здесь покараулю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
