Читаем без скачивания Хозяйка кофейной плантации (СИ) - Шарлота Тартен

— Мне бы тоже хотелось узнать, как себя чувствует хозяйка, — раздаётся от двери мужской голос.

Глава 40

Я медленно, словно под гипнозом поворачиваюсь и встречаюсь со взглядом того, кого так долго ждала.

Мигель! Вернулся! Живой!

Срываюсь и бегу к нему, но на полпути останавливаюсь. Он не сделал мне навстречу ни шага. Жду его ответной реакции.

Правильно поняв моё замешательство, он в несколько шагов преодолевает оставшееся расстояние и сгребаем меня в объятия.

Он касается губами моих губ. Поднимает меня под попку и усаживает себе на бёдра. Я цепляюсь за него ногами и руками, чтобы не упасть. Мигель одной рукой ласкает мою попку. От его прикосновений кожа горит огнём даже сквозь ткань. Второй рукой удерживая меня за затылок яростно целует.

— Как же я скучал по тебе, — возбуждённо шепчет он мне на ухо, — сколько раз представлял нашу встречу после долгой разлуки.

Он нежно целует меня в губы, и тело отзывается на него проснувшимся желанием.

— Пойдём, ты мне покажешь, что изменилось у нас в спальне, — ласково покусывая мочку уха, шепчет он.

— Там всё по-старому, — глупо отвечаю я, прекрасно понимая о чём он. Мигель закрывает мне рот поцелуем, с упоением исследуя его.

Не отрываясь от моих губ, он садит меня к себе на бёдра и несёт меня к нам в комнату. Он часто останавливается, слегка запрокидывая мою голову назад, и покрывает шею жадными поцелуями. От уха по шее и до ключицы, возвращаясь, он прикусывает мочку уха. У меня по телу разливается тепло, скручиваясь внизу живота в тугой тянущий узел.

— В море я вспоминал каждую чёрточку твоего лица, — хрипло произносит он между поцелуями. — Мечтал, как я буду ласкать тебя, любоваться обнажённым телом. О, Тори, реальность прекраснее любой моей самой смелой мечты.

В голове не остаётся ни одной мысли. Я провожу рукой по его голове, пальцы запутываются в его длинных волосах. Мигель, распахивая дверь в спальню ногой опускает меня на пол и закрывает дверь на замок.

Мигель берёт мою руку и по очереди целует кончики пальцев, а потом берёт их в рот медленно и с удовольствием посасывая их. Жаркая волна возбуждения охватывает меня. Я хватаю его за голову, чтобы притянуть и поцеловать. Мне необходимо завладеть его губами. Он чувствует моё желание, впиваясь в губы страстным поцелуем.

Он больше не сдерживается. Стягивая с меня платье, покрывает каждый кусочек моего тела жаркими поцелуями, от которых плавится кожа.

Как же мне он сейчас нужен. Хочу ощущать его кожу, чувствовать её вкус. Не в силах больше ждать, я стаскиваю с него камзол. Провожу рукой по мускулистому торсу, не скрывая восхищённого взгляда. Ему бы в кино спецназовцев играть. Легко касаясь пальцами кожи, спускаюсь к кубикам пресса. Расстёгиваю ремень.

Мигель останавливает меня, резко подхватывая меня под попку, садит к себе на бёдра и несёт к кровати. Всё ещё не прерывая поцелуй, кладёт меня на широкую постель. Я чувствую, как напряглись его руки.

Он покрывает поцелуями лицо, шею, ключицы, спускается к груди. Одежда только мешает нам. Мигель ловким движением стягивает с себя брюки, снимает с меня сорочку и застывает. Взгляд устремлён на мой слегка округлившийся животик.

Его глаза темнеют, ноздри раздуваются, а челюсти сжимаются, сейчас он похож на разъярённого пиками пикадоров быка на корриде. Чего от него ожидать? Восторга от того, что он станет отцом или беспочвенные подозрения? Возбуждение медленно угасает, как ночная звезда с появлением солнца.

Мигель осторожно кладёт руку на мой животик, прикрывая глаза, замирает. Я боюсь даже дышать, не понимая, что он творит, но попавшая под очарование этого простого жеста.

— Сыновья, — расплывается он в довольной улыбке, — спасибо тебе за них.

— Что? — ошеломлённо спрашиваю я. — Откуда ты знаешь?

Мигель сейчас похож на человека, который случайно проболтался.

— Я не знаю, — открещивается он от своих слов, — мне бы так хотелось. Не думал я, что, когда вернусь, ты уже будешь в положении.

— Ты бы ещё дольше плавал, и я бы встретила тебя с ребёнком на руках, — бурчу я больше для порядка.

— Тори, хватит пререкаться с мужем, так-то ты встречаешь меня после долгой дороги, — улыбаясь, произносит он. Видимо, новость о том, что он будет отцом, подняло ему настроение, — неужели у нас нет занятий поинтереснее.

Он разворачивает меня, прижимая спиной к своей груди. Кладёт руки на грудь, лаская ставшие такими чувствительными полушария моей груди. Его ладони скользят вниз, оставляя раскалённой кожу бёдер. Я, не в силах сдерживаться, трусь бёдрами о его восставшую плоть.

Я смотрю на него осоловевшими глазами. Во рту пересохло. Тело отяжелело от ласк, тепло внизу живота, свернувшееся в тугой и болезненный узел требует разрядки.

Внезапно одним ловким сильным движением, он поднимает меня, усаживая сверху на свои бёдра, слегка раскачивая меня. Задав нужный ритм, Мигель возвращаются к исследованию моего тела, уделяя больше внимания моим слегка увеличившимся полушариям.

Наши чувства оголены, как электроды, чуть-чуть и будет короткое замыкание. Неудовлетворённое возбуждение требует немедленного выхода.

— Боже, я мечтал об этом, лёжа долгими ночами в каюте, — возбуждённо произносит он. Из его груди вырываются довольные стоны.

Я медленно, дразня его, провожу язычком по контуру его ушей, слегка прикусывая мочку. Не отрывая взгляда от его горящих желанием глаз, начинаю раскачиваться, ускоряя ритм этого древнего, как мир танца и уношусь вместе с ним в безумстве страсти на самую вершину наслаждения.

Глава 41

Я не сплю, нахожусь в том сладком состоянии дрёмы, когда ощущаю сильные руки Мигеля, прижимающие меня к груди, но в то же время витаю в мечтах, как в облаках.

Стук в дверь грубо возвращает меня к реальности. Мигель что-то сонно бубнит лишь, сильнее стискивая меня в объятиях.

— Дон Мигель, вас спрашивают, — будит мужа голос рабыни из-за двери.

Мигель издаёт рык, поразительно похожий на медвежий и недовольно открывает глаза.

Меня посещает дежавю. Точно так же несколько месяцев Мигель уходил в плавание.

— Что опять? — беспокойно спрашиваю я мужа.

— Нет, не опять, я же обещал, что никуда больше не уеду, — легонько, словно прикосновение крыла бабочки, он целует меня в губы.

Интересно, кто его так срочно требует? И значит, что-то важное, раз Мигель так быстро собирается.

— Так кто тебя зовёт? — обеспокоенно спрашиваю я.

— Фернандо ждёт в столовой, — ошарашивает меня муж. — Хочет рассказать, как он справлялся с фазендой.

Посмотрите, какой важный, а Фернандо дундук, так и хочется стукнуть его по голове. Ну,