– Служба? – спросил Теневой, стараясь, чтобы отвращение не слишком сильно звучало в голосе. – Ты хочешь взять меня на службу, несмотря на то чем она закончилась в прошлый раз?
– Я не повторяю ошибок! – В голосе Торгрима лязгнул металл, он резко развернулся, и на опешившего Теневого глянул воин и полководец, который полтора десятилетия воюет с несколькими Владетелями. – На этот раз я возьму тебя помощником к Лоту – натаскивать молодняк! Это ты умеешь, я знаю. Я видел, как вы занимались.
– А я? – спросил с какой-то детской обидой Харальд.
– Пока тебе придется послужить рядовым воином, – сурово ответил фон Жахх. – А там посмотрим. Есть у меня в отношении тебя планы. Согласны?
– Да, – усмехнулся Теневой, хотя радости совсем не чувствовал. – До весны протянем, а там посмотрим.
Харальд промолчал.
* * *
Взревели трубы, возвещая начало праздника Середины Зимы, и на черном словно ночь жеребце из ворот замка выехал родовитый Торгрим. Орлиная голова на щите хищно разевала клюв – Бергу вдруг послышался свирепый клекот. Свита хозяина замка была в черно-белых цветах сюзерена, но на щите каждый нес собственный герб, от смешения красок рябило в глазах.
Спутники хозяина праздника замерли словно по команде на краю очерченного для состязаний поля, а фон Жахх выехал вперед и бросил на утоптанный снег латную перчатку. Собравшаяся толпа разразилась приветственными криками.
На праздник прибыли вассалы с дружинами, а поглазеть на зрелище сошлись жители близлежащих деревень. Задымили костры, поплыли запахи вареной требухи и каши – пищи простонародья, а у охраны замка прибавилось дел. Вдруг какой лиходей вздумает, пользуясь многолюдством, убить хозяина замка?
Так что Берг смотрел на происходящее на поле одним глазом, а другим обозревал толпу, выискивая признаки опасности. От участия в состязаниях он отказался, буркнув: «Пускай мальчишки тешатся!» – И сам напросился в караул, резонно рассудив, что охотников в этот день найдется немного.
Вновь взревели трубы, за спиной Берга ударили в снег конские копыта. Потом раздался лязг железа. Теневой невольно поморщился, но даже не обернулся. Состязания родовитых, которые, обрядившись в железо, пытаются свалить друг друга с коня длинными копьями, не для него.
Раз за разом сшибались воины – проигравший летел с седла, победитель под крики зрителей объезжал поле боя, демонстрируя всем герб на щите, а Берг все разглядывал простой народ, отпихивая тех, кто норовил пролезть к полю для ристаний.
Объявили победителя. По рядам прошло волнение, и Теневой понял, что сейчас начнется состязание для всех, кто умеет держать меч. Он знал, что в этом состязании собирался участвовать Харальд, и, не сдержавшись, оглянулся.
Герольды размечали площадку для боя, натягивая на колышки алую ленту, а рядом толпились состязающиеся. Харальда среди них не обнаружилось. Берг удивленно поднял брови. Что могло помешать?
Именно удивление и не позволило ему заметить подошедшего. Когда его тронули за плечо, Теневой обернулся, схватившись за меч. Встретившись со знакомым зеленым взглядом, он ограничился витиеватым ругательством.
Харальд, из-за спины которого высовывался кончик лука, рассмеялся.
– Ты чего не на поле? – спросил Берг.
– Я лучше из лука постреляю, – махнул рукой юноша. – А то этим турнирным мечом только все руки отобьют, как потом целиться? Да и там один парень есть, здоровый такой, черный, на медведя похож. Я видел вчера, как он мечом работает – почти как ты. Так что у меня шансов нет.
– Ну как знаешь, – усмехнулся Теневой. – Тогда принеси мне пива, а то чего-то я замерз стоять.
– Странный способ греться, – начал было Харальд, но смолк под грозным взглядом наставника. Словно юла, он ввинтился в толпу и вскоре вернулся, неся небольшой кувшин, из которого шел приятный аромат хмельного напитка.
Выпив, Теневой приступил к несению службы с новым рвением, а Харальд встал рядом, вместе с толпой ахая, охая и восхищаясь.
– Вот это удар!… О, здорово… Ну кто же так делает?.. А теперь уходи, в сторону, в сторону… Ну как же так!…
Победил, как и следовало ожидать, медведеобразный здоровяк. Под восхищенный рев он гордо удалился. Начались состязания в броске копья.
– Не хочешь? – поинтересовался Берг, зевнув. – Ты ж вроде это оружие за последний месяц освоил?
– Нет. – Харальд покраснел, словно девчонка на первом свидании. – Плохо я копьем владею, куда мне…
Так и простоял, красный, словно вареный рак, пока не объявили выход лучников.
– Пойду, – сказал он решительно, поправляя лук.
– Покажи им всем! – Берг напутственно похлопал ученика по плечу.
Желающих пострелять набралось предостаточно, и Берг время от времени оглядывался через плечо, пытаясь рассмотреть, как там идут дела. Кучка претендентов на победу все уменьшалась, но неизменно среди них мелькала светлая голова Харальда. Юноша снял шапку, и волосы его на солнце сверкали серебром.
Обычную круглую мишень сменили тонким прутом, и тут в задних рядах зрителей началось какое-то движение. Берг нахмурился, пытаясь понять, что происходит, но в этот момент раздались испуганные крики, и скопище людей подалось вперед, заставив Теневого отступить. Правее толпа даже прорвала ряд охраны, так что Берг с десятком стражи оказались отрезаны от места, где находился Торгрим и его гости.
– Лошади на коновязи взбесились, лошади! – орал кто-то, и ему вторил женский визг. Через головы было видно, как что-то большое и темное мечется позади людей.
Берг бросил взгляд в сторону фон Жахха и обомлел. Недалеко от него на краю поля для состязаний стоял невысокий коренастый человек, деловито поднимая арбалет. Он ловко воспользовался тем, что внимание хозяина замка и тех, кто рядом, отвлеклось на беспорядок.
Берг ощутил, как его обдало морозом, а приятное тепло от выпитого пива мгновенно улетучилось.
Понимая, что не сможет пробиться сквозь толпу, Теневой завертел головой.
– Харальд! – заорал он, увидев ученика, который растерянно застыл с наложенной на тетиву стрелой.
Ответом был недоуменный взгляд.
Берг яростно махнул рукой в сторону арбалетчика и завопил, стараясь перекричать всех:
– Стреляй!
Харальд дернулся, глянул в указанном направлении, а далее его движения стали столь быстрыми, что даже Бергу не удалось за всем уследить.
Рывок, и юноша застыл, отставив ногу и натянув лук.
Тренькнула тетива, и на место сорвавшейся с неё стрелы легла другая.
Щелчок, и она тоже в полете.
Это был великолепный выстрел.
Арбалетчик не успел. В горле у него одна за другой оказались две стрелы, и он тяжело рухнул на снег, заливая его кровью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
