И я увидела будущее. Если Рихтер победит, он устроит ад на земле. Огонь и лава. Дым и копоть. Таким станет весь мир.
Джек оступился и едва устоял на ногах.
— Нужно залезть в воду, — сказала я.
— Non. Она сейчас закипит.
Действительно, лёд на озере давно растаял, а над водой поднимаются клубы пара.
Сквозь дымку я увидела на краю откоса Кентарха с Джоулем. Кентарх покрылся испариной, а контуры его тела начали колебаться — перемещение грузовика и валуна сильно его ослабило.
Теперь даже Арканы, способные напасть издалека, не представляют для Рихтера никакой угрозы.
Подоспел вертолёт Зары. Пульсируя дульным пламенем, один из пулемётов выпустил залп пуль, раздробивший скалу рядом с Кентархом и Джоулем.
У них не осталось выбора, только бежать. Хотя Джоуль даже на бегу создал четыре копья и запустил в небо.
Зара накренила вертолёт. Но, кажется, ей не избежать попадания…
Вдруг разряды молний ударили с неба и подсекли копья, сбив их с курса. Удары Башни пролетели мимо вертолёта, не оставив на нём ни царапины.
Грёбанная удача в действии.
Джоуль взревел от ярости. Следующее копьё он выпустить не успел, так как Зара открыла огонь из второго пулемёта. Теперь бежать им некуда, осталось разве что прыгнуть с крутого обрыва.
Кентарх схватил Джоуля за руку и попытался телепортироваться, но они даже с места не сдвинулись. Зара тем временем выпустила новую оружейную очередь. И за секунду до того, как их накрыло бы волной обстрела, Кентарх обесплотил себя и Джоуля.
Прошла секунда. Вторая. Достаточно ли долго он продержится?
Щёлк, щёлк, щёлк. У неё кончились боеприпасы!
Но последняя пуля отколола от скалы обломок камня. Силуэт Кентарха колыхнулся; и именно в этот момент камень попал в него.
Кентарх закричал, и парни повалились за край котловины, пропав из виду. Переживут ли они это падение?
Я повернулась к Рихтеру с угрозой, застывшей на языке. Он подобрался ещё ближе.
Закружилась голова. Со лба покатились капли пота. Где же красная ведьма, почему не просыпается?
— Джек…
Вокруг разгорелось адское пламя, и он взял меня за руку.
Оставаться в сознании, оставаться в сознании.
Один раз этот монстр уже отнял у меня Джека. Неужели я позволю ему сделать это снова?
— Итак, на чём мы остановились? — сказал Рихтер. — Ах да, я хотел сказать, что каждому Императору полагается Императрица. Так что ты моя.
Я думала, Джек скажет, что это не конец. Что мы всё равно победим. Но вместо этого он выхватил охотничий нож и прошептал на французском:
— Я не позволю ему взять тебя живой.
Глава 23
— Пора сбросить балласт, — сказал Рихтер и, повернувшись к Джеку, сделал очень большую ошибку.
Он… рассмеялся.
Этот ненавистный звук долгое время наполнял мои ночные кошмары. Словно спусковой крючок, он активировал во мне что-то тёмное и первобытное.
Резко выпрямившись, я перехватила занесённую Джеком руку.
Ярость вспыхнула буйным цветом, вытянулась огромным дубом. В глазах помутнело. Загорелись глифы. Красная ведьма пробудилась. Принять свою порочность, да, бабушка?
По венам растеклась кислота.
Я призвала древние семена, зарытые в земле, дрожа от предвкушения. С покрасневших волос начали осыпаться лепестки.
Смейся, смейся…
Проникнувшись жаждой крови, я напитала легионы семян силой, льющейся изнутри меня самой; силой, которой я не ощущала после того, как сделала надгробный камень для Джека.
И тут я всё поняла. Жгут, наложенный на сердце, на самом деле не приглушал ярость и боль; он сдерживал их.
Под натиском растущих и пробивающихся на поверхность стеблей содрогнулась земля. Теперь я вызвала землетрясение.
— Подойди, Рихтер, — прошептала я, — прикоснись…
Но не закончила, внезапно ощутив нечто столь ужасающее, что у меня перехватило дыхание.
Истинные глубины своей силы.
Зияющую чёрную пропасть внутри меня. Бездонный источник ярости.
Снова подземный толчок. Вызванный мной.
Смех Рихтера резко оборвался, потому что ему пришлось извернуться, чтобы удержать равновесие. Он с удивлением округлил глаза, а потом подозрительно покосился на меня, словно спрашивая: «Это ты сделала?»
— Эви? — пробормотал Джек.
Сила — моё бремя. И она переливается через край неиссякаемого источника.
Но если я почерпну из него, не вызовет ли это разрушительных последствий… вроде огненных бурь Рихтера? Не прокляну ли я землю подобно Деметре?
К тому же проявления силы всегда истощают Арканов. Возможно, если я полностью дам волю способностям, моё тело просто не выдержит?
Как тело Тэсс.
Рихтер помахал головой, видимо, решив, что все эти толчки ему померещились. В конце концов, я просто маленькая слабая девочка. Такая сила не может исходить от меня.
— Давай решим всё мирно, Императрица. Пойдём с нами, и я даже позволю тебе пожить ещё какое-то время.
Но не только у меня есть источник ярости, у Рихтера он тоже есть. Взять хотя бы эти семена, погребённые под каменными залежами. Возможно, многие столетия назад эта битва уже происходила между мной и Императором или между богами, которых мы представляем.
И если на ярость Рихтера я отвечу в полную мощь, победителя не будет. Мы…как ядерное оружие
Ни одна битва до сегодня так меня не пугала. Не из-за Рихтера.
Из-за меня самой.
Вдруг я услышала за спиной какой-то шум. Похожий на шипение гигантской змеи.
Внимание Рихтера привлекло что-то позади меня. Гадкая ухмылка сползла с его лица, а взгляд ушёл вверх. Ещё выше.
Я почувствовала, как на шею упала капля горячей воды. И, обернувшись, увидела возвышающуюся водную стену.
— Цирцея.
Джек тихо выругался.
— Спокойно, она нас защищает, — надеюсь.
Рихтер прокатил по ладони пламенный шар.
— Захотелось огоньку, морская сука?
— Для тебя мисс Морская Сука, — донёсся голос из волны; и если остальным его тон мог бы показаться глумливым, то я сразу уловила нотки усталости, — убирайся отсюда, мелкий поджигатель. Я сегодня не в настроении для твоих детских шалостей.
— Не хочешь со мной побороться? Испугалась?
В ответ скучающий вздох.
— Хммм. Наверное, всё-таки придётся тебя утопить. Жаль, что тогда моему веселью придёт конец. Видишь ли, ты любишь разжигать свои костёрчики… а я люблю их тушить. Как тогда, во время нападения на армию.
— Да я вскипятил пол твоей волны.
— Зато я превратила всю твою лаву обратно в камень, — водная стена нависла над нами, словно приготовившись хлынуть прямо на Императора, — а ты знал, что я слышу крики своих жертв даже у себя на глубине? Они всегда кричат, до того, как я вытесню воздух из их лёгких и заполню… собой. Признайся, малыш, кого ты будешь звать в последнюю минуту?
Рихтер снова окинул водную стену оценивающим взглядом.
— Ты своё получишь, Жрица. Мои враги всегда получают по заслугам.
Махнув Заре, он развернулся и быстро уплыл на скользящем над землёй потоке лавы, оставляющем за собой обугленный след.
Вертолёт на миг завис, а затем развернулся и улетел вслед за Рихтером.
— Я приду за тобой, Императрица, — выкрикнул он из-за плеча и рассмеялся.
Как только они с Фортуной скрылись из виду, я крикнула:
— Цирцея, ну почему ты его не убила?
Волна резко отхлынула и бурлящим потоком побежала обратно на дно котловины, обдав нас с Джеком горячими брызгами и сбив с ног. Ему пришлось удерживать меня, пока вода не ушла.
Наконец с его помощью я поднялась на ноги и, отплевавшись, пробурчала:
— С такими союзниками…
Цирцея фыркнула.
— И не благодарите, что спасла ваши задницы.
Над озером поднялся небольшой водяной столб и превратился в плоский экран: окно в храм с коралловым троном.
