Во мне говорили обида и злость, которые я хотела погасить любой ценой. Они отвлекали от насущных проблем, въедались в сердце и голову, занимая мысли. Я желала от них избавиться и знала отличный способ, уже проверенный на том, кто раньше отравлял мне жизнь.
Растолкав парней у стойки с едой, сделав вид, что тянусь за хлебом рядом с Ио, я ссыпала в его тарелку с пирожным сонный порошок. Сначала хотела добавить в компот, но шоколадное пирожное было удачно украшено сахарной пудрой.
Все внутри клокотало от страха быть застигнутой. Так толком ничего не взяв себе на поднос, я сбежала за стол, где меня уже ждали Энаро и Бет. В холл академии мы пришли вместе после прогулки по территории академии, но я сказала, что мне срочно необходимо переговорить с преподавателем касаемо наших занятий, то есть нагло им соврала.
Не чувствовала вкус салата. Жевала что-то в прикуску с хлебом, но даже не понимала что. Все мое внимание занимали студенты, сидящие за другим столом, а точнее один конкретный студент, следить за которым с моего места было проблематично из-за Леу.
Спина огневика закрывала мне весь обзор на некроманта и содержимое его тарелок. Я так и не увидела съел ли он пирожное. Зато отлично видела счастливую Дионику, чьи длинные темные волосы сегодня были завиты крупными локонами. Ее наигранный смех раздавался на всю столовую и резал по ушам. Второкурсница то и дело прижималась плечом к некроманту и строила ему глазки.
После случившегося я не злилась на нее, совсем нет. Я испытывала самую настоящую ненависть. В городе, в котором прожила восемнадцать лет, я за один день стала изгоем из-за избалованной аристократки, которая по взмаху руки получала все, чего хотела.
Разве так должно быть? Разве это справедливо?
— Лиция, так что? — обратился ко мне Энаро, видимо, уже не в первый раз.
Мельком глянув на огневика, я решила, что с ним сейчас стоит согласиться, такое серьезное лицо у него было. Я и согласилась, сама не знаю с чем.
Огневик взглянул на меня недоуменно.
— Что? — с подозрением спросила я, оглядев обоих своих друзей.
— Ты вообще слышала то, что сказала Бет? — меня мигом раскусили.
Повинившись, я честно призналась:
— Нет. Извините ребят, я все думаю, где бы достать денег, чтобы помочь Дому Покинутых. — лгать было неприятно, тем более таким хорошим людям, но и правды я им сказать не могла.
— И именно поэтому ты весь ужин смотришь на этих избалованных аристократишек? — аристократов Энаро не любил не меньше меня.
— Думаю, кто из них мог бы войти в список благотворителей. — моя ложь с каждой секундой становилась все неубедительнее.
— Кто-то из них? — удивилась стихийница. — Лучше тонко намекни на нехватку денег в Доме Покинутых своему куратору. Я как раз говорила о том, что ты проводишь с ним слишком много времени. Мне кажется, он положил на тебя глаз.
— Бет, — осуждающе покачала я головой, — Не говори ерунды. Он устроил меня к себе на подработку.
— А твое наказание чудесным образом испарилось. И браслет он тебе подарил, скажет нет?
Спрятав браслет за рукавом серой водолазки, я пыталась сделать серьезное лицо, пока огневик и стихийница откровенно потешались надо мной. Улыбнувшись, я не сильно толкнула Энаро кулаком в плечо.
— Да ну вас. — проворчала я, заглянув в опустевшую тарелку с салатом.
Пока было время, я еще могла успеть взять что-то более питательное, но все мои планы испортила некромантка, внезапно подсевшая за наш столик.
Рикола выглядела, как и всегда выразительно. Губы ее сегодня были выкрашены черной краской. Со своим ужином она то ли уже расправилась, то ли еще к нему не приступала. По крайней мере к нам она подсела без подноса.
— Приглашаю вас на праздник. Вечеринка пройдет завтра вечером в одном из заведений столицы. — выпалила она радостно — так, будто сообщила нам грандиозную новость.
Нет, конечно, новость имела именно такой статус, потому как ни о каком празднике мы до появления некромантки знать не знали, но это совсем не означало, что ее приглашение должно было нас порадовать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пусть мы с Бет проводили вместе только половину дня, но все равно я воспринимала ее своей подругой. А Риколу нет, потому что видела я ее в основном только ночью — спящей в своей кровати. Ну и по утрам — хмурой, недовольной и всегда злобной.
Бет мои сомнения полностью разделяла:
— А чего это ты вдруг нас приглашаешь?
— Пользуйся, землевичка, пока я добрая. — с превосходством заявила некромантка. — Вас на этот праздник никто больше не пригласит. Он для лучших студентов.
— Для аристократишек? — хмыкнула Бет.
В ее устах “аристокрашек” всегда звучало как “букашек”, что лично меня забавляло. Вот и сейчас я не удержалась от усмешки.
Зато Энаро, кажется, приглашение заинтересовало.
— Бет, не гони лошадей. Вечеринки студентов — это всегда веселье. Мне огневики со второго курса рассказывали про прошлогоднюю вечеринку, которая для большинства закончилась в фонтане. Они даже не помнили, как попали туда! — последнюю фразу он произнес с таким воодушевлением, будто это его недостижимая мечта — искупаться в фонтане.
— Ну, в общем, вы решайте, а мне уже пора. Если не струсите, встретимся у ворот сразу после ужина.
Некромантка ушла и я тоже засобиралась. В моем случае лучше было не задерживаться. Месть — блюдо холодное, но готовятся к ней заранее.
Сначала я с трудом дождалась отбоя. Потом мои нервы подверглись еще одной проверке — Бет и Рикола никак не засыпали. Стихийница все пыталась выведать у некромантки, где именно завтра пройдет вечеринка и по какому поводу она устраивается. Повод был один — выходные, которых студенты с отчаянием и надеждой ждали каждую неделю.
Просто отдыхать и развлекаться им нравилось гораздо больше, чем учиться.
Повернувшись на бок, я откинула одеяло и замерла. Ни одна из девушек не шевельнулась, что я могла считать хорошим знаком. Бет бормотала что-то во сне, Рикола просто сопела, а ночь за окном стала непроглядной.
Нащупав под ногами тапки, которые на этот раз не забыла поставить прямо перед собой, я осторожно подобралась к окну. От освещения в академии на ночь избавлялись лишь частично, а потому у нас под окнами было светло — магические фонари на кладбище не потухали ни на секунду. Мне оставалось лишь надеяться, что на другой половине общежития царит темнота. Мне в моем деле нужно было остаться незамеченной.
Вернувшись к своей кровати, я забрала со спинки заранее приготовленный плащ. В правом кармане своего часа дожидались небольшая баночка синей краски и кисточка. С их помощью я собиралась разукрасить лицо некроманта, превратив его если не в шедевр современного искусства, то во что-то очень презентабельное. Даже синий квадрат вместо его хмурой морды будет смотреться в сто раз лучше.
Медленно приоткрыв дверь, я выскользнула в коридор и замерла. Боялась кого-нибудь встретить по дороге, но в этот час никто не слонялся по коридорам женского общежития, что, впрочем, совсем не успокаивало. Покинуть женское общежитие — это ведь только четверть пути.
Шла я не слишком быстро, стараясь не издавать лишнего шума. Спустившись по лестнице на второй этаж, короткими перебежками добралась до стеклянного моста. Не знала, что буду делать, если все же встречу кого-то по дороге. Стоящая отговорка никак не придумывалась, а то, что лезло в голову, походило на бред.
Но объяснения не понадобились. Шагнув в темноту второго этажа в главном здании академии, я без проблем добралась до второго моста. Мужскую половину общежития действительно освещали меньше, чем нашу, что немного придавало мне веры в успех моего сумасшедшего мероприятия.
На третий этаж я поднялась. Комнату нашла быстро — расположение было таким же, как в нашем общежитии, а вот дальше лезть на рожон побоялась.
Приложив ухо к двери, я прислушивалась к звукам внутри. Отчетливо слышался чужой храп, за которым распознать что-то другое никак не представлялось возможным.
