Одновременно «Я» не готово, не хочет и никоим образом не может настолько трансцендировать время, чтобы стать просветленным и полностью трансцендировать время, т.е. базовый конфликт между вечностью и личностным структурированием сохраняется. С одной стороны, очень хочешь получить вечность, с другой – очень боишься вечности. Почему? Потому что сам привык структурировать время.
Итак, первое напряжение между «Я» и «не-Я», между какими-то глубинными структурами «Я» и «не-Я» – «Я» – структурирующее время» и «Я» – существующее в вечности». Мы согласны получать фрагменты, какие-то искорки вечности, но отдаться вечности мы не согласны. В этом огромная внутренняя человеческая проблема, конфликт, напряжение, комплекс и по большому счету трагедия человеческого существования. В этом сверхценность опыта идентификации с сознанием и его полная ничтожность. Это во-первых.
Во-вторых, это стремление индивидуального сознания раствориться в групповом сознании.
Все мы существуем в некоем ограниченном пространстве своего «Я», личностном одиночестве.
Смысл второго базового конфликта заключается в том, что, с одной стороны, мы имеем индивидуальное сознание и ограниченное «Я», с другой стороны, с самого глубокого детства у нас есть стремление трансцендировать свою индивидуальность.
Стремление трансцендировать свое одиночество, приобрести состояние целостности в другом или в других является базовым стремлением человека. Люди ищут ощущение слияния, трансцендирования себя, растворения в другом.
Мы можем вычленить определенные уровни проявления этого стремления.
А) Мы хотим трансцендировать себя через ощущение целостности с другим.
Не так важен объект слияния – мама, папа, ваш ребенок, друг, подруга, муж или жена… Важно, что человек ищет эту возможность и это переживание.
Б) Мы хотим трансцендировать себя через ощущение целостности с другими – с группой.
Стремление создать хорошую семью, работать в группе высокого уровня сплочения, коллективе, в котором возникает ощущение «Мы».
В) Мы хотим трансцендировать себя через ощущение целостности с другими – со всем человечеством. Высшие состояния человеческой интегрированности в любой традиции ассоциируются именно с этим уровнем слияния. Каждый из нас помнит принципы гуманизма, равенства, братства. На самом деле это не только и не столько принципы коммунистического общества. Это признак самоактуализации по А. Маслоу.
И, в конце концов, с одной стороны, мы себя стабильно, надежно, структурированно чувствуем внутри пространства своего тела и «Я». С другой стороны, мы все время стремимся к целостности с другим, с другими людьми, со всем человечеством – мы хотим слиться.
В-третьих, это стремление сознания к трансцендированию пространства, стремление индивидуальной психической реальности трансцендировать самое себя через одухотворение окружающего пространства.
Смысл третьего базового противоречия заключается в том, что, с одной стороны, мы имеем индивидуальное психическое пространство и привычные способы структурирования этого пространства, внешнего и внутреннего через мышление, память, восприятие, чувства, ощущения, т.е. имеем ограниченный способ когнитивного структурирования.
Когда мир одухотворен и индивид не дифференцирует себя от окружающей реальности, возникает ощущение слияния со всем. Поэтому шаман может путешествовать куда угодно. Шаманский мир хорош тем, что шаман на самом деле и является всем миром.
Кроме метафорических, мифологических и теологических аналогий трансцендирования существуют так называемые научные обоснования. Это холономная парадигма науки и голографическая модель Вселенной и человеческого сознания.
В холотропных состояниях сознания люди получают трансперсональный опыт идентификации с пространством за пределами Эго.
Каждый из людей, кто имел такой опыт, может также честно признать, что это было временное состояние, это были осколки и отблески трансцендирования пространства. Также честно каждый человек может признать, что он, как и все люди, боится трансцендировать пространство своего существования.
С одной стороны, где-то в глубине, внутри есть стремление стать всем, с другой стороны, страшная боязнь нарушить пространство своей души.
В силу того, что существует тримурти этого конфликта, триединство этого конфликта, в силу этого осуществляются духовные путешествия.
И вроде бы каждый стремится к нирване – к концу страданий, к другому берегу океана жизни, к гавани спасения, истине, вечности – трансцендированию своего индивидуального «Я» во времени, в пространстве, в сознании.
Одновременно каждый жестко укоренен во всех аспектах существования «Я». Собственно, человек должен быть благодарным этому глубинному конфликту человеческого существования, ибо он порождает творческую энергию сознания и вечное стремление наполнить свою жизнь смыслом, а существование – отношением, переживанием, может еще и страданием, но с Великой Надеждой на достижение внутренней и внешней Гармонии.
Как мы уже неоднократно указывали в своих публикациях, современная ситуация в психологии характеризуется противостоянием множества школ, направлений, новых методологических и психотехнических подходов к пониманию предмета, методов и задач древней науки о психе.
Вне сомнения, само обсуждение предмета психологии, как показывает опыт, является во многом бездарным и неблагодарным занятием. И, начиная эту тему, я хорошо представляю все риски, связанные с ней, но при этом чувствую необходимость анализа проблемы для лучшего понимания самого интегративного подхода в психологии.
Я бы хотел представить вниманию читателей несколько идей, которые для меня стали не только предметом размышления, но и были внутренними открытиями, приведшими к некоторой ясности в понимании многообразия предмета психологии.
Мы можем вычленить 7 базовых парадигм в понимании предмета психологии:
1. Физиологическая
2. Психоаналитическая
3. Бихивиористическая
4. Экзистенциально-гуманистическая
5. Трансперсональная
6. Коммуникативная
7. Интегративная
Остановимся на них подробнее.
Вне сомнения любой психолог, который занимался историей предмета психологии, может не согласиться с выделением семи волн психологии. Многие наверно скажут, что первым предметом психологии являлись содержания и акты собственного сознания и пальма первенства в вычленении предмета принадлежит интроспективному направлению и философской рефлексии предмета психологии как таковой. С одной стороны, интроспективное направление основательно репрезентировано известными школами В. Вундта, структурной психологией Э. Титченера, психологией акта Ф. Брентано, Вюрцбургской школой, а также отечественными исследователями Л.М. Лопатиным и Г.И. Челпановым. Но с другой стороны, мы должны предельно хорошо понимать, что метод утонченной интроспекции в течение многих тысячелетий использовался как метод самопостижения в духовных традициях. Все попытки интроспекционалистов преодолеть ненадежность обычного, «ненаучного» самонаблюдения специальной тренировкой, вырабатывающей навык самоотчета о том, что непосредственно осознается в момент предъявления раздражителя, выглядят смешными по сравнению вышколенными практиками дза-дзень или випассаны, На опыте интроспекции было построено много философских, теологических, духовных моделей реальности, но не научная психология.
Именно по этой причине мы считаем, что началом психологии была психология физиологическая, а первым предметом психологии – физиологические акты и закономерности. Само появление научной психологии ассоциировано с бурным развитием естественных наук, особенно физиологии и медицины. Более того, первые матрицы объективного психологического исследования были реально физиологическими и медицинскими.
Как известно, основателем научной психологии принято считать В. Вундта, открывшего в 1879 г. первую экспериментальную психологическую лабораторию. Можно с уверенностью утверждать, что первые эксперименты в психологии были больше психофизиологическими, чем психологическими. Не зря первоначально термин психофизиология использовался наряду с понятием «физиологическая психология» для обозначения широкого круга исследований психики, опиравшихся на точные объективные физиологические методы регистрации сенсорных, моторных, вегетативных реакций. Таким образом, можно с уверенностью утверждать, что первым предметом психологии является психофизиология органов чувств, ощущений и восприятий и первые эксперименты с данным предметом (Г.Т. Фехнер) посвящены измерениям ощущений в зависимости от величин физических раздражителей, порогов восприятия и построению психофизических шкал.
