— Элли, ты не спишь?
В четыре утра я наконец услышала ее долгожданный голос.
— Нисса! Где ты была так долго? Я уже думала, что всё…
— Не всё, не глупи. На следующий день после нашего разговора я специально прикинулась припадочной, чтобы меня временно перевели на второй этаж. Там у них находится центральный пульт управления видео- и аудиоаппаратурой. Оттуда же они следят за происходящим в спальнях и коридорах.
— Да что ты?
Вот это выдержка! Не знаю, хватило бы у меня смелости прикинуться припадочной, так как отделали бы меня в этом случае знатно, а вот у моей соседки хватило. И это восхищало.
— Более того: теперь я знаю, как можно ее отключить. Правда, только на время. Но этого хватит, чтобы…
— Чтобы ты смогла убежать? — от волнения у меня гулко и часто забилось сердце.
— Чтобы ты смогла убежать, — поправила меня Нисса.
Я?
Некоторое время я молчала, переваривая информацию.
— А почему я? — Конечно, я хотела убежать, но мне оставалось неясно, почему сама Нисса не желает осуществить побег, имея на руках всю нужную информацию.
Женщина молчала. Мне показалось, что она сильно подавлена, однако разглядеть выражение ее лица в темноте и под одеялом не представлялось возможным.
— Я не могу сама, Элли. Они повредили мне ногу. Мне не уйти далеко.
Я попыталась сглотнуть вставший в горле ком.
— А почему ты помогаешь мне? Ведь отключая пульт, ты сильно рискуешь…
— Знаю. Но, во-первых, ты молода и здорова, а значит, можешь бежать быстро. Во-вторых, у меня будет к тебе одна просьба…
— Какая просьба? — я вся обратилась в слух.
— Ты передашь от меня записку одному человеку, а он найдет способ вытащить меня отсюда.
— Хорошо! — Меня затопила радость — ее слова все объясняли. Почему не сама, почему я — всему нашлись причины. — Конечно, я все передам, обещаю.
— Хорошо, тогда начнем, — Нисса шумно втянула воздух и зашептала по-деловому: — Мне удалось узнать следующее: охранников по ночам здесь всего двое, остальные уходят спать наверх. Нам нужно назначить день, когда я снова имитирую припадки и окажусь на втором этаже, где отключу систему наблюдения, и тогда ты сбежишь. Во двор попасть несложно — ты сама видела, главное — пробраться до главных ворот.
— Но они ведь охраняются?
— Нет, в том-то и дело.
— Как — нет?
— Да вот так! Я сама не знаю причины, но там никогда не бывает охранников, и ни один монитор не фиксирует происходящее вне здания.
Этот факт озадачил нас обеих.
— И никаких идей на этот счет?
— Никаких. Придется действовать на страх и риск, ибо я так и не смогла выяснить насчет ворот больше. Может, отсюда никогда никто не пробовал бежать?
— Может быть. Но верится с трудом.
— Мне тоже, придется рискнуть.
Я была с ней согласна.
— Значит так: за воротами начинается дорога, которая по моим предположениям через три-четыре километра выходит на шоссе до города. Там придется ловить попутку.
— Э-э-э… — Я воочию представила, как машу рукой проезжающим мимо автомобилям, стоя на обочине в голубой форме заключенного. Интересно, многие ли решатся подвезти меня?
Нисса уловила мои сомнения и тут же пояснила:
— Чтобы от тебя не шарахались как от чумы, я приготовила тебе шерстяное пальто, в кармане которого будет лежать записка и адрес. Поняла?
— Поняла. А как ты умыкнула из гардероба пальто? — Теплые вещи нам выдавали во временное пользовали лишь в самые холодные дни, после чего мы обязаны были вернуть их обратно. Строго и по списку.
— Я упала в нем на землю. А после сказала, что отнесу в прачечную сама.
— Не донесла?
— Нет.
— А никто не заметит, что ты его «не донесла»?
— Ну, если не рисковать, то и не выиграешь. Так вот, про записку в кармане: отвезешь ее куда указано. Одежду я смогу принести только накануне побега, здесь ее некуда девать — заметят.
Не успела я спросить, где Нисса собирается раздобыть пальто, как снова раздался ее взволнованный шепот:
— Элли, нам нужно торопиться! Я не знаю, как долго еще охранники будут обходить тебя стороной, но уверена, что очень скоро они возьмут тебя в оборот. Ты еще отличаешься от нас всех, ты еще слишком… живая, понимаешь?
Я понимала. В воображении тут же возникли пустые глаза и отрешенные лица бредущих по коридору людей.
— Тогда… когда, Нисса?
Моя соседка помолчала. Я слышала, как она чешет под одеялом не то затылок, не то подбородок.
— Думаю, завтра или послезавтра.
— Так скоро?
Резко подступивший страх быстро остудил радость.
— Потом может быть поздно. И еще…
Я молчала, ожидая продолжения.
— Не знаю, как быть с охранниками на первом, — она запнулась, — ведь я сама, чтобы отключить видеонаблюдение, буду на втором. А у них дубины, шприцы… Если тебя заметят, то ни за что не выпустят. А тебе нельзя попасться, совсем нельзя.
— Да уж.
Я тоже замолчала в растерянности. Справиться с ними мне не под силу, могу лишь попытаться обойти, но если заметят — все пропало.
Какое-то время в палате царила прерываемая тихим храпом наших «сокамерников» тишина.
Пока мы пребывали в мрачных размышлениях, слева от меня, вызвав новый приступ паники, скрипнула кровать — мы с Ниссой испуганно притихли.
Мужчина с восковым лицом медленно повернул голову и посмотрел в нашу сторону — он не спал.
«Создатель, он все услышал, и теперь нам конец! Он нас сдаст еще до того, как мы успеем что-либо сделать…»
Застыв от напряжения, я молча вглядывалась в его неподвижное лицо. От страха мое сердце колотилось где-то в горле, кровь стучала в висках. Абсолютно подавленная, я ждала только худшего, но когда сосед заговорил сквозь неподвижные губы, я испытала, вероятно, самый большой шок в своей жизни. Потому что мужчина произнес следующее:
— Я возьму охранников на себя.
* * *
В шумном зале бара Pools&Guns от потолка и до пола висела пелена табачного дыма. Это заведение всегда пользовалось дурной славой, но именно она — эта слава — притягивала сюда многочисленных посетителей. В вечерний час все столики и барные стойки были забиты до отказа.
Мужчины и женщины развлекались у бильярдных столов и на маленькой танцплощадке. Даже в проходах между столиками постоянно кто-то топтался.
Держащий в руке стакан с двойным скотчем Декстер оглядывал подвыпившую толпу. Он намеренно попросил бармена не добавлять в напиток лед, чтобы сохранить его крепость.
— Рен, ты меня совсем не слушаешь, — Дэйн Эльконто, снайпер отряда специального назначения и по совместительству коллега, укоризненно смотрел на друга. — Я уже третий раз тебе рассказываю одну и ту же историю, а ты хоть бы что. Да что с тобой творится?
