– Давайте, Джеймс. Не задерживайтесь и не стреляйте. Мало ли кто тут шатается поблизости…
– Есть, сэр! Эй, парень!
Мальчишка поднял голову и, прищурившись, посмотрел на приближающегося к нему Джеймса. Чуть подотстав от него, шел Майкл. В руках у него была свернутая кольцом тонкая веревка. Остальная группа, все четверо, не торопясь, следовали за ними.
Парень не высказал никакого удивления, разве что глаза его удивленно осматривали приближающихся людей. Было видно, что он несколько озадачен встречей. Ну, еще бы! Места тут были не то чтобы совсем глухие, но, можно сказать, не очень-то обжитые. Во всяком случае, шанс встретить тут белого человека был маловероятен.
– Ты откуда тут? – подходя ближе, спросил Джеймс.
Мальчишка отрицательно покачал головой: «Не говорю по-английски». Он сказал это с акцентом, видно было, что язык он действительно не знает.
– Так это парень из их миссии! Что он тут делает один? – спросил Эдуард. – Впрочем, все равно. Он нас видел и не должен об этом никому рассказать.
Парнишка встал, и при этом его куртка сползла на землю.
– Лопни мои глаза! – Джеймс обернулся назад. – Это девка! Сэр… разрешите, мы… ну, вы меня понимаете…
– Ладно… – поморщился Эдуард. – Только не очень затягивайте.
Оба головореза рывком бросились вперед. За ними поспешила оставшаяся часть отряда. Только командир остался на месте. Он недовольно морщился и нетерпеливо притоптывал ногой. Угораздило же появиться тут девчонке! А эти… с позволения сказать, солдаты… впрочем, чего ожидать от вчерашних преступников? Да и с женщинами тут не слишком уж хорошо. В кои-то веки парни сумеют оторваться по полной? Ладно, пускай, зато потом будут послушными и благодарными. Если бы не важная миссия, с которой его направили к индейцам, то не пришлось бы сейчас топтать этот лес. Это не занятие для джентльмена. Но в одиночку к этим дикарям не дойти. Да и не стоит уж слишком их искушать, появляясь без охраны. Договоренности договоренностями – а пяток ружей никогда не будут лишними. Да и в драке эти молодцы тоже стоили многих.
Подбежав к девчонке, Джеймс протянул руки, намереваясь ее схватить. Никакого сопротивления он не опасался. Что может сделать тоненькая девица против пяти здоровенных мужчин? Разве что заорать? На здоровье, тут лес. Можно орать хоть во все горло.
Отпрыгнув в сторону, девка наподдала ногой по земле, и взлетевший от удара песок щедро осыпал рыжего.
– Черт! Стерва! – схватился он за глаза. – Держите ее, парни!
Она снова отпрыгнула, на этот раз взобравшись на поваленное дерево. Почему-то она не попробовала убежать в лес. Хотя и это можно понять. До леса около ста ярдов – не успеть. Да и толку с этого? Догонят и там. Остановилась и опустила руки на бедра, на хольстеры. Сопящие от возбуждения солдаты окружили дерево.
– Слышь, сеньорита, слезай сама! – облизнулся Эдуард. – Хуже будет!
Она отрицательно покачала головой. Лицо ее побледнело, и было видно, как заострился ее нос. Руки напряглись, девчонка чуть-чуть присела на одну ногу.
– Да что с ней говорить! Она человеческого языка не понимает! – Гарри взмахнул ружьем, взятым за ствол. – Пустите меня, я сейчас сшибу ее с насеста!
И он взмахнул своим оружием. Все взгляды переместились на него, и никто не заметил, как девчонка вскинула руки.
Ках! Ках!
Гарри выронил ружье. Ноги его подогнулись, и он попятился назад.
– Черт… Проклятая ведьма…
Камзол на его груди стремительно набухал кровью. Он пошатнулся и грузно рухнул на землю. Взгляды солдат переместились на девчонку. В каждой руке она держала по пистолету. Странное это было оружие. Непривычно прямые рукояти, маленький калибр. Однако и это оружие могло быть опасным. Наилучшим свидетельством этого являлся умирающий на земле солдат.
– Ага… – прохрипел Майкл. – Так ты, значит? Ножом, поди, тоже махать обучена? Аккуратнее, ребята, с нас и одной могилы хватит. А ты, стерва, долго теперь помирать будешь…
Эдуард в сердцах топнул ногой и стал быстро спускаться с холма. Нет, ну надо же! Сопливая девчонка – а туда же! С пистолетом, да еще и не с одним! Нет, тысячу раз правы пославшие его люди – этим чертовым испанцам надо дать укорот! Чужими ли руками, своими ли – терпеть их тут более ни к чему!
Солдаты разошлись кругом, охватывая девицу со всех сторон. На пистолеты в ее руках никто не смотрел, все взгляды были прикованы к ножу. Перезарядиться она уже не успеет, значит, скоро бросит ненужное более железо и возьмется за нож. Вот тут и надо успеть вовремя. То, что она не сумеет как-то навредить ветеранам кабацких драк, никто и не сомневался. Но вот себя порезать до смерти она могла свободно. У испанок это запросто. И все удовольствие побоку.
– Стоп! – внезапно крикнула она. – Стоять! Буду стрелять!
Ага, как же! Из пальца? Несмотря на акцент, понять ее было можно.
Еще шаг…
Ках!
Фонтанчик земли взлетел у ног Майкла!
Тот невольно остановился. И было от чего удивляться. Проклятая девчонка не перезаряжала оружие!
Подошедший командир недовольно нахмурил брови. Это что еще за фокусы? Девицу упускать нельзя. Таким оружием наверняка заинтересуются господа из форта.
– Джеймс!
– Да, сэр!
– Подстрелите ее, только аккуратнее, не до смерти. Чтобы смогла идти, но не смогла стрелять.
– Слушаюсь, сэр! – И он вскинул ружье.
Бух!
Девчонка резко ушла в сторону, насколько это позволил ей древесный ствол, и пуля просвистела мимо. Она вскинула руки…
К-р-р-р… Выстрелы слились в одну непрерывную трескотню, словно кто-то провел по частоколу палкой.
Джеймс выронил оружие и схватился руками за лицо. Между пальцами его появились ручейки крови. Майкл рухнул на песок рядом с ним. Он так и не успел понять – что произошло? Молчун Вилли и в этот раз не издал ни звука. Пуля отбросила его на камень, и он умер, как и жил, – молча. Долговязый Джон кинулся бежать, так что пуля догнала его уже на бегу. Он сунулся лицом в землю, подрыгал ногами и затих.
Эдуард, схватившийся было за пистолет, замер. Оба пистолетных ствола в руках этой ведьмы смотрели прямо ему в лицо. Черт… Не успеть, она выстрелит раньше. Сколько еще у нее зарядов в этом диковинном оружии? Девчонка легко спрыгнула с дерева, обошла тела солдат и подошла к командиру.
– Брось оружие!
А у нее, оказывается, красивый голос! Когда она говорит тихо…
Дядя СашаУтро было для меня мрачным. Как, впрочем, и всегда. Ну не люблю я это время дня! Не люблю вставать и вылезать из теплой постели на улицу. Даже из-под одеяла не люблю высовывать нос.
Но пришлось. Ибо ничто так не расхолаживает личный состав, как спящее не вовремя начальство. Вот и вылез на улицу, увы, не из-под теплого одеяла, а всего лишь из-под запасного паруса, который Клим с ребятами притащили со шхуны.
