Хлопок двери и удивленный возглас прилетели откуда-то сбоку. Выпутывая руку и сдергивая с глаз повязку, я уже знала, кого увижу там: растрепанный и злой, в дверях стоял Никлас. Я повернула голову, чтобы встретиться с ледяной зеленью таких знакомых глаз. И проснулась.
Дыхание частило, словно я не спала, а бегала, а сердце билось едва ли не в горле. Я длинно выдохнула, успокаиваясь, нервно провела ладонью по взмокшему лбу. Разумеется, никаких пут на мне не было. И в спальне никого не оказалось тоже. Легкое чувство разочарования от этого факта пришлось задавить на корню и попытаться уснуть снова.
Стоит ли говорить, что остаток ночи спала я отвратительно. Так что утро, начавшееся по обыкновению рано, застало меня в самом скверном расположении духа. Перед занятиями необходимо было посетить дом, а также столярную мастерскую. Работы продвигались хорошими темпами, и в некоторых комнатах можно было уже жить. Еще несколько недель – и я смогу сюда переехать. А там и дети приедут. Эти мысли немного примирили с невеселой действительностью.
В столярной мастерской уже лежали эскизы, нарисованные мною собственноручно, и сегодня предстояло глянуть на изготовленные образцы. Обычную мебель всегда можно заказать по рисованным каталогам, но тут необходима была особая работа. Просторные своды подвала натолкнули меня на мысль устроить там тренировочный зал. Один такой я уже обставляла в поместье под Сарэтой.
В просторном зале я бродила среди оконченных и не очень предметов мебели, которым вскоре предстояло украсить собой богатые дома Тариты. Шалт Болтан куда-то исчез, разыскивая мастера, а я просто любовалась и прикидывала, не нужно ли и мне что-то еще прикупить, когда за целой стопкой ширм послышались голоса:
– А то ты не понимаешь, зачем зеркалами подвалы отделывают? – проворчал один под мерные шорхающие звуки.
– А ты почем знаешь? – шорханье прервалось, но тут же возобновилось с новой силой.
– Так доставку сопровождал вчера. Скамьи еще эти хитрые, – послышался шлепок по дереву.
Похоже, я обнаружила свой заказ и пару не в меру болтливых подмастерьев.
– А выглядит такой невинной, – послышалось снова.
Это стало последней каплей.
Я обошла разделяющее меня и болтунов препятствие, критически оглядела действительно обнаружившиеся детали тренажеров, не обращая внимания на притихших парней. Обошла вокруг самую высокую часть с уже обитой мягкой кожей спинкой, ласкающим движением провела по гладкому дереву. За спиной у меня как-то подозрительно засопели.
– Полируйте лучше, – голос обрел томную хрипотцу, – не хочу получить занозу в самый ответственный момент.
– О, вы уже оценили нашу работу, – послышался громкий возглас подошедшего мастера.
Он смерил недоуменным взглядом пунцовых парней, мнущих в руках какие-то тряпки, и махнул им скрыться с глаз долой.
– Да, все отлично, – ответила уже нормальным голосом и, игнорируя смеющийся взгляд тролля Болтана, стоящего позади мастера столяра. – Хотелось бы заказать еще кое-что…
В общем, задержавшись в мастерской, я едва не опоздала на тренировку.
Глава 10
Женщина – слабое, беззащитное существо, от которого невозможно спастись.
К тренировкам на полигоне мы перешли спустя несколько недель занятий. Не думаю, что в планы герцога Витта входило обучение меня боевой магии, но мои бессменные преподаватели решили иначе. Раньше, здраво оценивая размер своего немалого магического резерва, я им гордилась. А вот теперь моему самолюбию был нанесен серьезный удар.
Маги привычно активировали защиту периметра, заставили меня повторить заученные за последние дни отражающие и атакующие структуры и обрадовали щедрым предложением:
– Атакуй!
– Глупая шутка? – решила уточнить. Ведь с падением уровня дара даже полноценный плотный щит маг выстроить уже не мог.
– Да ты не стесняйся, – подбодрил меня второй и все-таки активировал небольшой амулет защиты.
– Я уже давно ничего не стесняюсь, но если в вас попаду, то меня, может, и оправдают, только вам будет уже все равно.
– Учить уже взрослых одаренных – сплошная морока, – вздохнул старый маг, – полная голова предрассудков и сомнений. Деточка, если ты в меня попадешь – я тебя поцелую. Даже, пожалуй, облобызаю троекратно.
На это заявление я только фыркнула. И на деточку совсем не обиделась. Тогда маги переглянулись, и выражение их лиц при этом мне совершенно не понравилось.
– Тогда защищайся, – успела услышать я, и профессор Хинч вскинул руку.
Гоняли меня знатно. Тонкая молния воздушного плетения раз за разом просачивалась сквозь все доступные мне виды щитов и впивалась пониже спины. Это было обидно и довольно болезненно. Стоило найти подходящее сочетание узора и наполнения, останавливающее заряд, как оно на лету трансформировалось в лучистый огненный пульсар и избиение бедной маленькой меня продолжилось. Иногда, правда, получалось уворачиваться и уклоняться. За четверть часа, что длилось это представление, я напрыгалась по площадке, повалялась по примороженной земле, побегала кругами, но эффективной защиты так и не нашла. А эти двое только посмеивались.
Вот тогда я и решилась, формируя в ладони искристую иглу холода, но когда структура почти сплелась, крохотная искра, сорвавшаяся с пальца профессора Капелли, ударила в один из узлов, развеивая ее безобидными снежинками. Та же участь постигла вьюгу, водный хлыст и волну. Не давая мне доплетать структуру, новая искра просто разрушала ее, обращая в снежинки или брызги воды, так что вскоре я была еще и мокрой и к тому же пахла тиной. Ведь вода для заклинаний тянулась из прилегающего к площадке прудика, покрытого надломленной ледяной корочкой, и была изрядно мутной.
Уже откровенно скрежеща зубками от негодования и бессилия, я применила последнее, что было у меня в арсенале. Заклинание сна действовало обычно только при прикосновении, но сейчас его пришлось бросить, просто приблизившись к профессору, насколько позволил амулетный щит.
Отбежав еще на несколько шагов и ожидая очередного подарочка на свою многострадальную попку, я наконец обернулась. Профессор Хинч задумчиво наблюдал, как сладко дремлющий водник опустился, подхваченный амулетом, на стылую землю и продолжил отдыхать уже там.
– А расскажи-ка мне, девочка, – послышалось ласковое, когда я подошла поближе и уперла руки в колени, пытаясь отдышаться, – что заставило тебя натренировать заклинание сна до такой степени?
– Я так детей укладываю, – огрызнулась.
Разумеется, к малышам никаких заклинаний я не применяла, и мы понимали это оба. К детям вообще стараются не применять магию, чтоб не повредить растущим и развивающимся организмам. Только вот рассказывать о своих приключениях тоже не собиралась, да и злилась еще за устроенное мне избиение.
Заклинание развеяла быстро, да и было оно кратковременным, через десяток минут само бы распалось. Профессор поднялся покряхтывая не без нашей помощи, хотя, на мой взгляд, он несколько переигрывал и вскочить мог и сам, причем весьма резво, оглядел себя и распахнул мне навстречу объятия:
– Иди сюда! – улыбка делала его совершенно обаятельным, но я попятилась.
– Зачем это?
– Принимать заслуженное поздравление, разумеется, – объяснил он мне как маленькой. – Целовать тебя буду.
– А можно пожертвовать выигрыш в фонд адептов пострадавших от преподавательского произвола? – поинтересовалась, чем демон не шутит.
– Струсила? Брезгуешь? – водник опасно прищурился, а Винер Хинч поглядывал на нас со стороны с усмешкой.
Осталось только с показной покорностью шагнуть к магу. Тот удовлетворенно кивнул и запечатлел у меня на лбу отеческий поцелуй.
– А знаешь ли ты, над чем тебе предстоит работать? – неожиданно спросил профессор Хинч, когда мы уже покинули полигон и шли к зданию Академии.
– Дайтон Витт говорил о каких-то защитных амулетах мелкосерийного производства, – пожала плечами, схем мне еще не давали и образцов я не видела.
– Именно. Если быть точным, это кросстихийные амулеты общей защиты для самых высокопоставленных лиц.
– И тебе предстоит работать именно над защитой от сна и других отключающих сознание заклятий водного спектра, – добавил водник. – Твоя стихия последняя в плетении. Никак не могли подобрать достаточно мощного водного мага, готового заряжать эти дорогие вещицы.
Информация к размышлению была самая что ни на есть интересная, а если учесть, что курировал проект глава отдела магических разработок – совсем не безызвестный мне зеленоглазый брюнет, – то любопытно становилось вдвойне.
Судя по всему, о готовности моей к работе передали старшему Витту, иначе чем бы объяснялось его приглашение, переданное одним из расторопных и незаметных слуг.
– Доложили об успехах? – я расположилась в кресле, с благодарностью приняв бокал вина.
