— Не нужно, — благодарю вас, — сказал Роденейв. — Мы их все равно выбросим в корзину.
— А, тогда... — канцлер поднялся.
— Если вы удовлетворены, канцлер, мы можем двинуться дальше, — сказал Гаффенс.
Группа пошла к выходу. Рольф Авершам задержался. Он поднял одну из пленок, посмотрел на свет, нахмурился. Он повернулся к Гаффенсу, который уже выходил из лаборатории.
— Мистер Гаффенс, — позвал он...
4
Вэйлок сидел в кафе «Далмация», вертя в руках стакан. Делать ему было нечего, и он не мог придумать, чем бы себя занять.
Из Актуриана донесся звук тревоги. Вэйлок повернулся, но ничего особенного не увидел.
Прошло полчаса. Распахнулись ставни на верхнем этаже, заскрипели цепи и над площадью повисла Клетка Стыда.
Вэйлок привстал. В Клетке Стыда сидел Винсент Роденейв, его взгляд раскаленной иглой вонзился в мозг Вэйлока. Вэйлок почти физически ощутил это, но в нем не родилось никакого сочувствия, он лишь пожалел, что хорошо продуманный план сорвался.
XIV.
1
Полночные улицы Кларжеса тихие, притаившиеся, лишь иногда откуда-то доносится приглушенный гул субвея.
Сегодня на улицах почти никого нет. В ночных кафе и театрах веселятся Гларки. Тот, кто решил снять напряжение, расслабиться, уехал в Карневаль.
Площадь перед Актурианом была пуста. В такое время в кафе «Далмация» обычно мало посетителей. Сегодня все столики заняты.
С реки наплывал редкий туман. Клетка Стыда стояла на площади, как нечто зловещее, жуткое, пришедшее из глубины веков.
Откуда-то донесся мрачный звон. Полночь. Цепи заскрипели, дверь Клетки Стыда открылась. Винсент Роденейв был освобожден.
Он осмотрелся, замер. Странные шорохи. Он сделал первый шаг. Откуда-то справа вылетел камень, ударил его в плечо. Роденейв вздрогнул. Леденящий кровь вой раздался в темноте. Это было неожиданно, странно, ведь Вейрды всегда действуют в полной тишине.
Роденейв бросился бежать в кафе «Далмация». Град камней обрушился на него. Они вылетали из мрака, как метеоры. Сегодня Вейрды были настроены очень агрессивно.
Над площадью появился какой-то предмет, вот он приземлился — воздушный кар. Дверца открылась и Роденейв нырнул внутрь. Кар взлетел. Несколько камней ударились о его обшивку, но не смогли пробить ее. Темные фигуры вышли из укрытия и растерянно смотрели на удаляющийся кар. Это была нарушением правил — Вейрды впервые вышли на открытое пространство.
2
Роденейв сидел, скорчившись в кабине кара. Глаза его напоминали осколки мутного стекла. Он поблагодарил спасителя и погрузился в свои мысли.
Вэйлок посадил кар и повел Роденейва к своему дому. Роденейв колебался, стоя на пороге, но все-таки решил войти. Он упал на диван:
— О, Господи. Все кончено. Обесчещен. Выброшен. — Он взглянул на Вэйлока. — Почему ты молчишь? Тебе стыдно?
Вэйлок промолчал.
— Ты спас меня. Но в этом нет ничего хорошего. Где теперь моя работа? Я встречусь с терминатором, как Серд. Это катастрофа для меня.
— И для меня, — сказал Вэйлок.
— А тебе-то что? Твои пленки остались.
— Что?
— Пока остались.
— Где они?
Выражение лица Роденейва внезапно изменилось:
— А теперь хлыст в моей руке.
Вэйлок задумался:
— Если ты сдержишь свое слово и отдашь мне пленки, я сдержу свое.
— Со мной все кончено. Зачем мне теперь женщина?
Вэйлок ухмыльнулся:
— Анастазия излечит твою боль. И еще не все потеряно. Ты образован и умен. Весь мир перед тобой. Есть много мест с гораздо большими возможностями продвинуться.
Роденейв фыркнул.
— Где пленки? — мягко спросил Вэйлок.
Они смотрели друг другу в глаза. Роденейв не выдержав, отвернулся:
— Они за обшлагом пальто канцлера.
— Что?
— Этот идиот секретарь поднял тревогу. Он прошел через пост проверки с куском пустой пленки. Тревога отключилась и тогда я взял канцлера за руку и сунул ему пленки за обшлага.
— А потом?
— Гаффенс увидел пустую пленку. Он сразу заподозрил меня, прошел в лабораторию и просмотрел остальные пленки. Все пустые. Но на всех отпечаки моих пальцев. Поэтому меня передали на допрос убийцам, а затем бросили в Клетку Стыда.
— А Имиш?
— Ушел с пленками.
Вэйлок вскочил. Час ночи. Он прошел к телефону, набрал номер резиденции канцлера в южном пригороде Трайенвуд.
После долгой паузы на экране появилось лицо Рольфа Авершама:
— Да?
— Я должен говорить с канцлером.
— Это невозможно. Он отдыхает.
— Всего несколько минут.
— Мне очень жаль мистер Вэйлок. Может вы назовете удобное для себя время?
— Завтра в десять.
Авершам посмотрел в книжку.
— В это время канцлер занят.
— Тогда в любое время, какое назначите вы.
Авершам нахмурился:
— Может быть, я выделю для вас десять минут в десять сорок.
— Прекрасно.
— Вы скажете, в чем состоит ваше дело?
— Нет.
— Как угодно. — Экран погас.
Вэйлок повернулся к Роденейву.
— Ты не сказал, для чего тебе нужны эти пленки.
— Я не уверен, что тебе нужно это знать, ответил Вэйлок.
3
Джакинт Мартин не могла заснуть. Ночь была душной. Джакинт вышла на балкон. Ночной город лежал под ногами. Какая-то необъяснимая тяжесть навалилась на Джакинт. Ей захотелось плакать. Великолепный Кларжес не должен погрязнуть в грехе. Человеческий гений создал этот город и он же должен спасти его теперь. Он должен встать стеной на пути гнусных монстров.
Утром она позвонит Роланду Зигмонту, председателю Общества Амарантов. Он человек с головой, он разделит ее беспокойство, он уже согласился действовать с ней против Вэйлока. Нужно, думала она, настоять на конклаве. Необходимо добиться встречи всего общества. Встретиться и все обсудить, чтобы выработать один общий план действий против общих врагов Кларжеса. Золотой Век должен продолжаться...
XV.
1
Резиденция канцлера располагалась в большом парке с мраморными статуями. И дом и сад были выдержаны в стиле старого Бижу. Дом завершался шестью башнями, стены их украшены мозаикой и витражами. Между башнями балконы с причудливыми металлическими решетками. Посадочная площадка находилась за воротами и строго охранялась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
