Женя ухитрялся одновременно орудовать вилкой и развлекать светской беседой давешнюю девчонку-огородницу, которую мать отрядила прислуживать нам за столом. Через три минуты мы уже знали, что зовут ее Мира, что кроме отца и матери, которых мы видели, у нее есть два старших брата, Март и Курт, они сейчас чинят телегу в сарае, а младший, Люшка, с утра ушел коз пасти. А еще через час мы стали счастливыми обладателями целой кучи забавной, но абсолютно бесполезной, на мой взгляд, информации.
"В городе? Да, конечно, я бывала в городе. Целых три раза. Правда, это было давно, и я уже мало что помню. А вот Март и Курт иногда ездят на заработки. Жить в городе? Нет, не хочу. Там интересно, но очень шумно и страшно. Да и папа нипочем не согласится. Неа, здесь не страшно. Ну, постояльцы, конечно, всякие бывают, но Март и Курт здорово дерутся на мечах, с ними не поспоришь. Да я и сама, если что, могу за себя постоять. Прямо сковородкой по лбу. Ну что вы смеетесь, господин? Чистая правда! Я однажды так и сделала, когда Март и Курт в город уехали, а один мерзавец стал руки распускать. У него вот такенная шишка на лбу выросла. А потом я пожаловалась доброму господину Ринальдо, и он сломал негодяю руку. Ну что вы опять смеетесь?! Он правда очень добрый, всегда меня защищает и подарки привозит. Это папин старый знакомый. Он часто приезжает, они о чем-то с папой подолгу разговаривают. Иногда забирает с собой Марта и Курта с мечами. Жаль, что вы его не застали, он третьего дня утром уехал в Хольдан… Да, вы правы, клиентов не очень много. От сезона зависит. Есть постоянные клиенты, они хорошо платят. И папины знакомые приводят постояльцев. Иногда даже с той стороны гор… "
Вереск весьма убедительно делал вид, что содержимое тарелки - это самая увлекательная вещь на свете, а все прочее его не касается. Однако я заметила, что он внимательно прислушивался к разговору и, в отличие от меня, не находил эту информацию бесполезной. Мне было лень играть в шпионские игры и выискивать в вопросах и ответах скрытый смысл. Меня больше занимала общая картина.
Женя, безусловно, был хорош. Как всегда. Он улыбался так тепло, так обаятельно, а главное - так искренне, что даже мое сердце трепетало, разрываясь между восхищением и ревностью. Он красиво флиртовал и щедро сыпал комплиментами, заставляя девочку краснеть, бледнеть, стыдливо опускать глаза, кокетничать… и отвечать на нужные вопросы.
И все- таки каким-то трезвым уголком сознания (возможно, как раз тем, где поселился ехидный и рассудительный внутренний голос) я осознавала, что Жене недостает изящества. Вероятно, со временем из него вышел бы неплохой разведчик, но -только со временем, после соответствующего обучения и при наличии опытного наставника. В каждом его слове, в каждом жесте и взгляде сквозила бесконечная самоуверенность. Он вел себя так, словно ему от природы было дано право спрашивать - и он привык получать ответ. Пока что ему это сходило с рук - исключительно за счет харизмы и природной сексуальности, однако будь на месте Миры мужчина (или будь девочка чуть старше и искушеннее), Женя рисковал нарваться на встречный вопрос: "А почему это вас интересует?"
За этими размышлениями я несколько отвлеклась от хода беседы, и резкое изменение эмоционального фона стало для меня полной неожиданностью. Мира выглядела так, словно села на змею. Что же ее до такой степени напугало? Если не ошибаюсь, последний вопрос был насчет второй гостевой комнаты, той самой, в которую нас не пустили.
- Я… не знаю. Извините. Мне не стоило с вами разговаривать. Папа не разрешает… - тихо пробормотала Мира и испуганным зайчонком шмыгнула к двери. Ее догнал мягкий мелодичный голос:
- Простите моего друга. Он не имел в виду ничего дурного.
Я застыла с открытым ртом, так и не донеся до него стакан с морсом. О небо, неужели Вереск, этот кусок льда, воплощенный холод, умеет ТАК говорить? Его голос обволакивал и согревал, как уютный теплый плед, гладил, как мамины руки, прогоняя все страхи и тревоги. Если бы я не видела глаз полуэльфа - без всякого проблеска Дара - я бы решила, что это магия, мощная и древняя, как мир.
- Дело в том, что по роду деятельности нам еще не раз придется воспользоваться этой дорогой, - успокаивающе пояснил Вереск, - и, разумеется, нам потребуется место для ночлега. Однако, как видите, с нами путешествует дама, - безупречно учтивая улыбка в мою сторону, - и ночь, проведенная в одной комнате с мужчинами, может весьма досадным образом сказаться на ее репутации. Кроме того, это просто неудобно. Вполне естественно, что нас интересует вторая гостевая комната.
- Я правда не знаю, - смутилась девочка. - Она закрыта уже, почитай, с весны. Там, кажется, пол провалился или что-то в этом роде, я не видела… и папа не говорил, когда собирается закончить ремонт. Извините, я пойду, а то мне еще посуду мыть. Ваша комната наверху, сразу возле лестницы.
Ловко балансируя горой грязных тарелок, Мира исчезла за дверью.
Женя выглядел изумленно-растерянным, словно ребенок, который внезапно осознал, что не все в мире подчиняется его желаниям, и немало этим фактом озадачен. Теперь, когда глянец самонадеянности на лице Мистера Совершенство потрескался и местами облупился, обнажая живое мальчишеское лицо, я с удивлением осознала, что Женя на два, а то и на три года моложе меня (а вовсе не мой ровесник, как я предполагала вначале). Но даже после того, как героический образ потускнел, я не испытала разочарования. Скорее наоборот, моя симпатия только возросла, поскольку теперь она относилась к реальному человеку, а не глянцевой картинке. Это начало меня пугать. Что же такого должен сделать Женя, чтобы нездоровое влечение к нему притупилось?
"Переспать с тобой, - цинично заметил внутренний голос. - Такая взрослая, а не можешь отличить любовь от навязчивой идеи."
"Поговори у меня!" - возмущенно пригрозила я. Тоже мне, психоаналитик непризнанный нашелся.
***Разумеется, я слукавила, когда на вопрос о перспективе ночевать в одной комнате с Вереском ответила "Мне все равно". Однако тревога, которую я испытывала от этой мысли, не имела никакого отношения к соблюдению или несоблюдению благопристойности. Тут я не соврала: дорога есть дорога, и экстремальные условия позволяют трактовать правила приличия весьма вольно. Я бы без всякого смущения провела ночь в одной комнате, скажем, с Костей или с Женей. Но с Вереском все было по-другому. Хотя разум подсказывал, что моей физической безопасности ничего не угрожает, интуиция кричала о том, что от этого парня стоит держаться подальше. Впрочем, не исключено, что мне передавалась его собственная паранойя: за несколько дней совместного путешествия я убедилась, что полуэльф остерегается оставаться со мной наедине. В другой ситуации мне бы, безусловно, польстило, что воин, вооруженный двумя мечами, воспринимает безоружную меня как серьезную угрозу. Однако в сложившихся обстоятельствах это не на шутку пугало. (Настолько, что я не решилась воспользоваться преимуществами ночевки в относительно цивилизованных условиях и улеглась на кровать прямо в одежде - она создавала хоть какую-то иллюзию защищенности.)
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
