Читаем без скачивания Стальные стрелы - Сергей Зверев

Алексей быстро (у него начали трястись мокрые от крови пальцы) уложил Эльдара лицом в траву и вытащил из куртки его левую руку.

Краем глаза он заметил движение, скосил глаза и увидел, как Серега, бросив автомат на траву, сосредоточенно вогнал через иглу одноразового шприца в ногу Эльдару промедол, предотвращая наступление болевого шока у раненого.

Чижов только потянул руку к кармашку разгрузки, как уже двое ребят вытащили свои индивидуальные медицинские пакеты.

(Индивидуальный пакет не претерпел изменений со времен войны. Только сейчас в нем бинт облачен в резиновую оболочку, предохраняющий его от намокания, и снабжен двумя ватными накладками, скользящими по бинту и позволяющими заткнуть пулевые отверстия на теле человека.)

«Давящая повязка!» – вспомнил Алексей занятия.

«Повязку-то мы наложим, а дальше что?» – спросил сам у себя Чижов. От безысходности он выругался вслух – «а затем необходима немедленная доставка в ближайшую больницу. А где здесь ближайшая больница? В Урус-Мартане? С отдельной палатой?»

Алексей дальше думать не захотел, оторвал кусок бинта, вытер им кровь, рассмотрел входное отверстие с неровными дрожащими краями на плече и недалеко от шеи Эльдара, потом бесцеремонно перевернул того на правый бок (азербайджанец скрипнул зубами и выругался) и глубоко вздохнул.

Выходное отверстие было таким же маленьким.

Это значит, что в Эльдара «залепили» из ствола 7,62.

Будь пуля калибра 5,45, со смещенным центром тяжести, то вполне вероятно, что она вышла бы у собровца где-нибудь в районе пупка.

– За…сь! – кратко выразил свое удовлетворение Алексей и при помощи Сергея быстро перевязал товарища.

Затем его поставили на ноги, сняли автомат и тяжелую разгрузку, и группа возобновила движение, но уже вдвое медленнее.

Алексей, закусив губу, мрачно шел за Эльдаром и размышлял, перебирая варианты. В глубине души он понимал, что боится признать, что ранение товарища ставит всю группу под опасность уничтожения. Похоже, что все кончено. Пока они выберутся из леса и вызовут «вертушку», то их могут или догнать, или же его товарищ истечет кровью.

– Пойдем покурим, Боря, – коснулся руки Зернова Алексей. Они отошли метров на двадцать от расположившихся на отдых ребят и присели на поваленный ствол старой гнилой груши.

В лесу уже наступила темнота. Во время движения Алексей взял несколько севернее, чтобы спуститься ближе к равнине и провести ночь в более теплой зоне. Эльдар шел на «автомате», вяло переставляя ноги, и несколько раз падал. Чижов понял, что утром ему необходим врач. Он объявил привал на невысокой возвышенности, заросшей лесным орехом. Оттуда была видна какая-то грунтовая дорога. В теплом темном воздухе иногда вспыхивали и мигали огоньки фар. Они еле пробивались сквозь густые, шевелившиеся на ветерке листья. Ночью ветер обычно дует вверх по ущелью, и если хорошенько прислушаться, то можно было услышать звуки проезжавших редких автомашин.

Алексей повернулся спиной к дороге, приготовил компас, фонарик, сунул сигарету в рот и вытащил карту.

– У нас есть ночь, чтобы определиться, куда идти, – сказал он мрачно и расстелил карту у себя на коленях. – Где у тебя есть люди, Боря? Эльдару совсем плохо, он сейчас на промедоле держится, но эта мера временная… промедол потерю крови не заменит. Ему надо в больницу.

Зернов тоже прикурил и с силой выдохнул из легких дым. Ему пришлось сдержаться, чтобы не дать выхода своим эмоциям.

– Я не хуже тебя понимаю, куда ему надо, – сказал он ровно. Алексей сдавил сигарету зубами, но промолчал. Нервы у каждого в группе были натянуты до предела, все понимали, что если в ближайшее время Эльдару не окажут медицинскую помощь, он умрет. Ему повезет, если он умрет с оружием в руках, принимая бой, так как никто не сомневался, что после таких ужасающих потерь чеченцы организуют самый неутомимый и тщательный поиск диверсантов. Ну, может, еще сутки у спецназа были… или того меньше. А вместе с ним погибнет и вся группа.

– Боря, давай о деле. – Алексей уже взял себя в руки. Не будут же они кричать друг на друга, подыскивая слова пообиднее и стараясь выплеснуть на товарища свою досаду и загнанный в самую глубину души страх. Он выбросил сигарету и посветил фонариком на карту. – Где у тебя есть надежные люди? – повторил он.

Боря, почувствовав в тоне Алексея деловой настрой, сразу же успокоился и задумался.

– Мы вот сейчас примерно здесь, – ткнул пальцем Чижов в карту и глянул на оперативника.

Боря посмотрел.

– Шелковской район, – проговорил он.

– Не пойдет, – ответил Алексей.

– Ачхой-Мартан.

– Далеко.

– Грозный.

– Тоже.

– Аргун?

Алексей замолчал, рассматривая расположение населенных пунктов и тоненькие ниточки дорог, соединяющие их.

– Ближе никого нет? – тихо спросил он и поднял голову. Боря сжал губы и отрицательно качнул головой.

– Херово. – Алексей помолчал. – Ну хорошо… не хотел я, но делать нечего. Есть у меня одна мыслишка… – проговорил задумчиво Чижов. Он несколько раз кивнул головой, словно соглашаясь со своими мыслями.

– Пару часов пусть Эльдар отдохнет. За это время срубить и сделать носилки. Будем брать машину… вон на той дороге… очень кажется мне, что утром здесь будет полно «чехов», – предположил собровец, постукивая торцом фонарика по колену, – значит, у нас остался только один вариант.

Боря взглянул на смутно видневшееся в темноте лицо Алексея:

– А…?

– Не хочу говорить, Боря. Уж очень много зависит сейчас от удачи… пошли к ребятам.

Арби заехал в село к Рамазану ранним утром. В дом заходить он отказался, объяснив это тем, что у него совершенно нет времени. Впрочем, Рамазан и не настаивал. Они присели на широкую дубовую лавочку, стоявшую возле калитки, в тени огромного раскидистого ореха. Арби быстро и озабоченно курил.

– Кто-то взорвал ракеты, которые шли к Балаеву. Все три грузовика. Шамиль… – Арби запнулся, подбирая слово, которое могло бы передать степень гнева его командира. – Шамилю это не понравилось, – наконец сообщил он, решив не рассказывать об ужасной сцене, когда Балаев приказал расстрелять человека, отвечавшего за посты в ущелье.

Рамазан равнодушно слушал. Конечно же, он уже знал об этих событиях, «хабар» до него дошел моментально, и он только отстраненно подумал, что без русских здесь дело не обошлось.

– Мы быстро выяснили (при этих словах Рамазан кивнул, к Джангуразову вчера приезжали), что никто из наших к этому делу не причастен. Если бы кому-нибудь нужны были эти ракеты, то их бы забрали, а не взрывали на месте. К тому же несколько дней назад люди ночью слышали вертолет. Но он никого не бомбил и не стрелял, а это значит, что он высадил десант. Сразу после уничтожения ракет расстреляли пост на въезде в ущелье.

Арби поискал глазами, куда выбросить сигарету, не нашел и бросил ее под ноги и растоптал окурок тяжелым ботинком. Возле дома было чисто, мать следила за этим. Рамазан поморщился, но промолчал. Его знакомый был так озабочен, что не обратил на это внимания.

– Это русский десант, – наконец закончил он свою мысль. – Не более десяти человек. И они сейчас недалеко от твоего села.

Он повернул голову и посмотрел на Рамазана. Тот сплюнул себе под ноги, пожал плечами и повернулся к Арби.

– Ну и что ты от меня ждешь? – спросил негромко Султабеков. – Какое мне дело до этого десанта? Я в охране у Джангуразова, ты ведь знаешь… что ты мне предлагаешь? Чтобы я схватил автомат и побежал их ловить? У меня ракеты утащили?

Арби досадливо сжал губы. Он примерно знал, что ответит ему старый знакомый. Джангуразов подчинялся самому Мастагову, формальному руководителю республики, а вот Арби служил у Балаева. А то, что между ними имелись некоторые противоречия (Мастагов не одобрял его масштабные террористические акции, проводимые в России, например взрывы жилых домов), не было секретом для любого чеченца.

– Этих русских мы найдем сами, – раздраженно махнул рукой Арби и поправил автомат. – Я просто прошу тебя, по старой памяти, выдели людей для патрулирования вокруг села. Пусть они выставят засады. Мы сейчас начнем прочесывать то направление, по которому ушел десант. Просто пусть в селе будут готовы, если они на вас выйдут.

Рамазан промолчал. Он понял, что в этом случае Арби прав. Действительно, оказаться на пути отступающего спецназа, который будет использовать любые средства для того, чтобы оторваться от преследования, было бы крайне нежелательно. Русские вполне могут пойти на захват заложников. Рамазан раздраженно сплюнул еще раз. Это непосредственный командир Арби показал всему миру, как надо делать подобные вещи! А то, что враги боевиков тоже могут вполне эффективно пользоваться таким страшным и подлым оружием, им и в голову не приходило! Конечно, не на официальном уровне. Да кто там сейчас будет разбираться…

– Хорошо… – нехотя проговорил Рамазан. Он вытащил сигарету. – Я скажу людям и объясню, как им следует поступить. А ты держи меня в курсе.