Вот уже половина изумрудным светом покрыта.
«Стоять! — взор заволокло пеленой, и я уже не видел, что там происходит. Знал одно, нужно… — Терпеть!»
Кровь из вены льется, полностью выжимаю из себя все имеющиеся магические силы до капли, направляя энергию в алхимический стол.
«Терпеть!»
— Егор! — как будто издали донесся до меня голос брата. — Егор, очнись.
— Что? — попытался я спросить, но из горла только хрип вырвался.
— Приподними ему голову.
«Алтана?» — удивился я новому голосу.
Но тут же все мысли улетучились, в губы что-то ткнулось и тут же в пересохшее горло полилась живительная влага, которую я пил и пил, да не мог напиться.
Оказывается, уже вечер настал. Алтана нам ужин принесла, что проделывала каждый день с прошедшего сватовства, ну а тут ее жених без сознания валяется, чуть ли не при смерти. Вот панику и подняла, как же, если еще и я помру, то ее точно за противного ей жениха замуж выдадут. Ну, это она потом так говорила, а в тот момент просто перепугалась. Петру ее еле удалось успокоить, он-то к таким моим обморокам привычный уже. Я поначалу чуть ли не после каждого преобразования, когда с вином и семенами работал, в таком состоянии валялся, пока полностью со своим новым телом не сжился и не восстановил контроль над своими магическими силами.
— Получилось?
— Что, получилось? — недовольно переспросила у меня Алтана.
Но я не у нее спрашивал.
— Да, все выглядит так, как ты и рассказывал, — поспешил обрадовать меня брат.
— Что — получилось? — злобно зыркнув на Петра, переспросила у меня Алтана. — Вы чем вообще тут занимались?
— Работали.
— И все? Просто работали?
— Вот когда станешь моей женой, тогда подробней и отвечу, — не в первый уже раз ей так отвечаю.
— Хорошо, я подожду, — не стала настаивать на своем Алтана.
Говорил же, умная она, Дашка бы скандалить продолжила, а эта не стала, хоть ей и хотелось, с перепугу-то, но сумела совладать со своими эмоциями.
— Я поесть принесла, остыло уже, наверное, пока «будили» тебя, — передразнила она Петра. — Видели бы вы себя со стороны, «уставшие»… ладно, кушайте и отдыхать ложитесь, только уже не на полу.
Оставив за собой последнее слова, Алтана вышла из мастерской.
— Что это было? — проводив ее взглядом, посмотрел я на Петра.
— Ну, ты сознание потерял, — смутился тот. — Я тебя хоть и удержал, не позволил грохнуться, но до лавки дотащить сил уже не хватило.
Ну да, устал он за эти дни не меньше моего, хоть я его и отправлял отдыхать, он упорно моего графика придерживался, помогая мне во всем, чем только можно. Вот и обессилил совсем братишка, когда я вырубился, сил его только и хватило на то, чтобы меня аккуратно на пол опустить, перевязать руку и одеялом накрыть.
— Я печку растопил, а то дождь, похолодало на улице, ну и ждал пока ты очнешься. А тут невеста твоя примчалась, — еще и на шутки его хватает, значит не все так плохо, как он выглядит. — Увидела тебя на полу, чуть переполох не подняла на все поселение. Еле уговорил ее не шуметь, но вот дать отдохнуть, чтобы не трогала тебя, отговорить не смог. Пока ты не очнулся, все не успокаивалась, грозилась даже шамана позвать, чтобы дух твой с того света вернул, очень уж ты на покойника сейчас внешне похож.
Н-да, напугал я невесту свою. То-то она так быстро убежала, обычно контролировала, чтобы мы точно поели, сейчас же, после испуга, отходняк у нее начнется, вот и не пожелала слабость свою нам показывать.
— Что со столом? — задав вопрос, я хоть и с трудом, но начал на ноги подниматься.
— Все получилось! Как ты и говорил, как все символы зеленым засветились, ты тогда и вырубился, а я тебя держал и наблюдал, как эти символы двигаться начали. Такой хоровод был, — воскликнул он восторженно. — Похороводили они, значит, и исчезли, вместо них завитушки разные по краю стола появились.
— Получилось, — утвердившись на ногах, я и сам в этом убедился, подойдя к столу.
Вся глиняная поверхность стола приобрела красный оттенок, все мной написанные и начертанные символы исчезли. Маги прекрасно умеют хранить свои секреты, по теперешнему виду стол этот никто и никогда воссоздать не сможет. Появившиеся же завитушки — это управляющие ключи, с помощью которых и предстоит в будущем на нем работать.
— Получилось, — повторил я, погладив идеально-ровную поверхность стола, до сих пор в это не верю.
Этот вариант алхимического стола был специально под меня и все мои хотелки в свое время разработан учениками магистра Абалея. Пришлось, конечно, приплатить им, не самому же магистру этим было заниматься, он только подтвердил, что да, вариант рабочий, им можно пользоваться. После чего я не один месяц изучал все символы и правильность их нанесение на поверхность, частенько прибегая к зелью памяти. И вот теперь… я уже совсем не жалею, что попал в этот мир. Похоже только здесь, ни на кого не оглядываясь, я и смогу осуществить все свои мечты, в том числе те, о которых раньше даже боялся мечтать.
— А когда…
— Работать на нем начнем? — усмехнувшись, уточнил я у Петра. — Как в себя приду окончательно, так и начнем. Но ему в любом случае нужно постоять хотя бы три-четыре дня, напитаться свободной энергией, чтобы хоть немного наполнить встроенный в него нефритовый накопитель. Так что, пока он будет напитываться, мы другими своими делами займемся.
— Оружием?
— И оружием в том числе, — кивнул я согласно. — Планов много. Но сейчас, давай ужинать и на пару дней спать завалимся. Надо отдохнуть хорошенько, так как скоро совсем похолодает и нам снова не до отдыха будет, до морозов многое еще предстоит успеть сделать.
* * *
Мы и вправду с Петром двое суток только и делали, что ели и спали, тут Алтане спасибо, не дала с голоду умереть. На третий же день мы достаточно оклемались и снова за работу взялись.
— Куда складывать? — спросил вошедший в мастерскую Коян.
В своей мастерской мы с Петром в основном вдвоем работали, но, когда нужно, помощников у нас хватало, иначе бы мы и за год с намеченными делами не справились.
— На верстак.
Выложив принесенные формы, Коян ко мне повернулся…
— Отец спрашивает, еще какой помощи не надо?
Пацан — даурская копия Петра, правда он постарше даже меня будет, Алтаны ровесник. У нас частенько зависает, очень уж ему интересно новое узнавать, ну и руки у него тоже из нужного места растут, так что мы его привечаем. Протезы деду, кстати, Петр именно с Кояном вдвоем и делали, Дашка же их только кормила, поила и порядок в мастерской наводила.
— Пока нет, но скоро понадобится, от женщин ваших все зависит, — рассматривая формы, ответил я Кояну. — Отцу спасибо скажешь, идеально все сделано.
Дядька Шаран плотник хороший, увидев, как мы с Петром станки взялись мастерить, вместе с сыном принялся нам помогать с этим делом. По окончании работ, опробовав полученный результат, и себе загорелся такие же сделать, тогда уже мы ему помогали. С тех пор, если нам помощь какая нужна, он никогда нам в ней не отказывает.
Вот и формы из железноствола для изготовления патронов он взялся делать. Как и говорил, отлично все сделал. Сама форма из двух идеально подогнанных половинок состоит, в которых дядька Шаран, после вымачивания заготовок в масле, железным эталоном выдавливанием сделал слепки патронов. После чего в эту форму загнал уже настоящие патроны (хоть форма и не должна была деформироваться, так, на всякий случай это делал), после чего на шесть часов оставил уже не совсем древесину застывать, окончательно приобретать некоторые свойства металла.
Ну и вот результат, готовые формы для самостоятельного изготовления двух видов патронов — для Шарпсов и Винчестеров. Нам с Петром осталось только заготовки для гильз, из того же железноствола, в масле замочить и с порохом разобраться. Но это мы уже сами будем делать, так как порох, он не совсем порох, моего мира вещество. И я очень надеюсь, что секрет изготовления этого «пороха» надолго останется достоянием только нашей семьи. Ведь он мало того, что абсолютно бездымный, так еще и намного мощней, чем здешний дымный. Ну и для его изготовления никаких затрат практически нести не нужно, как говорится: «из подручных средств он делается».
