все события минувшего дня. В довершение всего, на него выжидающе уставилась девочка.
Она молчала, но ее взгляд был очень красноречив. Алефу показалось, что по её выражению он может угадать все рифмы которые она могла бы сейчас сказать.
Перед Алефом лежал толстый лист лопуха, а на нем кучкой лежали ягоды.
Волк, что мгновенье назад вылизывал его, кивнул на угощение.
Алеф нерешительно потянулся за листом и подтащил его к себе. Под одобрительный взгляд хищника он съел все ягоды.
Вскоре прибыли и другие волки. Каждый из них по очереди лизнул Алефа в лицо, а затем они стали тыкаться в него носами, заставляя подняться и идти. Паучок поддерживал их инициативу.
Волки сопровождали его еще один день. Когда он совсем выбился из сил, один из хищников, позволил ему сесть на себя верхом. Однако спустя время, когда он немного передохнул и набрался сил, Алефу вновь пришлось идти ногами.
Еда которую он взял с собой в замке казалась чем-то невероятным. Никогда еще простая пища не казалась ему такой вкусной.
На следующее утро, волки вывели его к границе леса. Один из хищников, лизнул Алефу руку, а затем уткнувшись головой подтолкнул к открывающемуся полю.
– Мы прощаемся? – спросил он.
Три хищника одновременно кивнули, затем тот волк, что был ближе всех, снова его подтолкнул.
Алеф сделал несколько шагов, а затем обернулся. Звери сидели и смотрели на него. Один из них кивнул, будто прощаясь. Затем они поднялись и скрылись в чаще.
Парень оглядел деревья, они были все такими же пугающими, но Алеф уже знал что они не представляют угрозы. Это просто иллюзия.
Он хотел было продолжить путь, но маленькая чертовка, хищно оскалив зубки пропела издевательским голоском.
Ты думал что я про тебя позабыла? Ты сдохнешь, и из тебя сварят мыло!
Голос девочки прозвучал так неожиданно, что Алеф едва не упал на пятую точку.
Волков больше нет, ты снова один. Сопляк возомнивший, что он господин.
Девочка скорчила рожицу.
Мы все тебя просим, шагни же назад. Паук быстро свяжет могильный наряд.
Алефу хотелось закричать. Но он сделал глубокий вдох.
Она просто читает глупые стихи и все. – подумал он. – Не более. Она ничего не значит и ничего мне не сделает. Нужно не обращать на нее внимания.
Алеф сделал шаг, затем еще один, и вот он уже снова идет вперед. Нить тянулась в обход деревень, вдоль дороги.
Один раз, паук заволновался и заставил его остановиться. Он не говорил, но Алеф понял, что тот хочет чтобы парень лег в траву и затаился.
Мимо него проскакал отряд всадников. Присмотревшись к ним, он увидел что это какие-то разномастные чудовища, возглавляемые скелетом.
Он догадался, что это лишь очередная иллюзия, а монстры на самом деле обычные люди. Что-то в его голове вызывает галлюцинации, делая всё вокруг страшным.
Он не знал к чему все это, но пообещал себе, что больше не будет бояться. Эта мелкая девчонка, больше не заставит его дрожать от страха.
Думаешь, что ты страх победил. Я ведь не пёс, все еще впереди.
Она оглядела меня. Затем махнув рукой, будто решив сделать что-то против желания, она пропела:
Чтобы быстро не сгнил плющами увитый, И не пищал как щеночек побитый, В город иди, и будем мы квиты. Не стать королем мальчишке без свиты.
При этих словах, паучок возбужденно заскребся под кожей. Ему явно понравилось предложение девчонки.
Алефу же оставалось идти за направляющей. Похоже, что у него не было иного выхода.
Глава 13. Дело всей жизни
Я попрощался с Сирюгой и другими жителями. Морея почему-то не стала меня провожать. Я долго высматривал ее, но она так и не появилась.
Ехали молча. Федей то и дело поглядывал на меня, но заговаривать не решался.
Я поглаживал грудь, где на кожаном шнурке, повисли два именных кольца, смотрел в даль и думал о разном.
Конечно же много думал о Галее, и как у нас все могло бы получиться?
Думал о том что сказала Морея и что делать дальше.
Вскоре на пути показалось первое человеческое чучело. Бывший разбойник покачивался на ветру с тихим скрипом. Да уж, теперь у меня точно не повернется язык назвать его бедолагой. Сполна заслужил.
– Висит, – мотнул головой в его сторону Федей.
– Висит, – подтвердил я.
– Там ведь еще две разорённые деревни. – Федей мотнул головой куда-то за спину. – Там вообще все с землей сравняли.
Я не стал ничего отвечать. Говорить совсем не хотелось. Но Федею похоже было все равно. Его перестала смущать моя неразговорчивость.
Однако рассказал он интересные вещи.
– Аккурат до моего приезда – говорил Федей, – руины оставшиеся от последней деревни, посетила госпожа Лерея.
– И кто эта Лерея?
– Жена покойного Акиллы Вульфсона. – ответил Федей, удивленный моей неосведомленности. – Я ее мельком видел, но скажу тебе, глаза у нее горят не хуже чем у старого господина.
Вспомнив взгляд Айрона, я внутренне содрогнулся.
– Она тоже
