– Да, вы правы, у меня имеются и другие обязанности, – произнес Вальдик странным тоном. – Например, перегнать ваш автомобиль. Я доставлю вам его в течение дня…
– Спасибо! – сухо сказала Наталья и, не прощаясь, закрыла дверь. Наверное, напрасно она поступила так с Вальдиком, он ведь не виноват в том, что цель его жизни – пробиться наверх любыми путями. В основном, через постель не первой свежести влиятельных дам. Что же, каждому свое.
Но ей было не до Вальдика. Ее проблемы были несоизмеримо серьезнее. И положительного решения для них в природе просто не существовало. Или все же… ДВЕРЬ…
Наталья скинула резиновые шлепанцы и отправилась в ванную. Разделась и встала под горячий душ. Упругие струи стегали по ее телу, женщина потеряла счет времени.
ДВЕРЬ, ДВЕРЬ, ДВЕРЬ… И почему она постоянно думает о ней? Это что, ее идея фикс? Значит, дело плохо, надо срочно обращаться к психиатру.
Но какая, собственно, разница, что с ней? Ее состояние, ее здоровье не имело ни малейшего значения. Потому что Стасик мертв.
Выходить из душа не хотелось, но Наталья уже почувствовала, что кожа на пальцах начинает собираться складками. Она распахнула дверцу душевой кабинки и попала в настоящую турецкую баню – пар заволок всю ванную. Женщина завернулась в большую махровую простыню, встала перед зеркалом, провела по нему рукой, смахивая конденсат.
И увидела, что позади нее открылась дверь! Прямо в стене ванной! Тогобицкая тотчас повернулась, но никакой двери там уже не оказалось. Момент был упущен. Хотя о чем она ведет речь? Эти галлюцинации – очень тревожный звоночек!
Наталья вышла из ванной и отправилась в спальню. И заметила свои рисунки, лежавшие на полу. Да, она вынула их из ящичка, потому что освободила его, дабы использовать как «саркофаг» для хомяка Гоши. Только ведь она высыпала тогда рисунки в кучу, а теперь странички лежали ровными рядами, друг за другом, словно мраморные надгробия на кладбище.
Наталья медленно подошла к рисункам, чувствуя, как на нее накатывает страх. Кто разложил листки по полу, причем так, чтобы картинка оказывалась вверху?
Дверь в квартиру была много часов открыта, это наверняка сделали те подростки, с которыми она прошедшим вечером столкнулась на лестничной клетке. Но ведь ребята тусовались на шестом этаже. И даже если бы вдруг как-то узнали, что квартира на пятнадцатом стоит незапертая, то вряд ли удовлетворились бы тем, что разложили рисунки по полу. Они бы вынесли из квартиры все самое ценное! И превратили бы жилище в хлев!
Наталья опустилась на корточки и прикоснулась к одному из рисунков. Странно, но он не сдвигался с места. Как будто листы бумаги были приклеены к полу. Наталья схватилась за другой. То же самое! Как ни старалась, она не могла сдвинуть с места ни одно из изображений.
Ничего не понимая, Наталья встала прямо на рисунки – и внезапно ощутила тепло. Оно шло откуда-то снизу, из-под пола. И вдруг все нарисованные двери засветились – из просветов между листами бумаги вырывались тонкие яркие лучи. Наталья зажмурилась. Сейчас ДВЕРЬ откроется…
Но ничего не происходило. Она ждала минуту, другую, третью. Ногам стало холодно, и Наталья, поняв, что свет исчез, открыла глаза. И увидела, что стоит на куче смятых, впопыхах набросанных друг на друга рисунков. Именно так все здесь и было прошлым вечером.
Однако что же она видела пару минут назад? Если это было видение, то Наташа и сама того не поняла. Видение уже стало неотделимым от реальности! И не было никаких предвестников того, что она вот-вот появится. ДВЕРЬ. Стены не колыхались, ничто не смещалось. Она просто оказалась внутри галлюцинации, и все.
Так прошло невесть сколько времени – Наталья, как зачарованная, стояла на собственных рисунках и ждала. Чего именно? Чуда? Милости? Избавления?
Потом ей пришла в голову мысль, что со стороны она выглядит, наверное, не только смешно, но и нелепо. Но ведь в квартире она находилась одна! Хотя, как уже много раз бывало, у нее возникло непонятное чувство, будто кто-то за ней пристально наблюдает.
Наталья отошла в сторону, сгребла рисунки в охапку, отнесла их на кухню и выбросила в мусорное ведро. Так-то лучше! Или нет? Она не знала, что делать. Или не знала, что делает?
И вдруг слезы потекли по ее щекам. Текли и текли, Наталью сотрясало от рыданий. Она никак не могла остановиться. Даже если бы и хотела. Но она не хотела. На кухонном столе лежал сборник комиксов, который Стасик читал сутки назад. Да, прошли всего сутки, а создавалось впечатление, что миновал целый век.
Наташа сидела на полу около мусорного ведра и ревела. И вдруг ей показалось, что из ведра вырываются лучи света. Слезы немедленно высохли, женщина вытащила листы бумаги.
Конечно же, они не светились! Такого и быть не могло, это противоречило бы всем законам физики. Или там, за ДВЕРЬЮ, действуют свои законы? Или там вообще нет законов?
Обругав себя, Наталья методично извлекла все рисунки (некоторые из них были в жирных пятнах – ведь в ведре находились остатки яичницы, выброшенной ею же самой утром предыдущего дня) и стала рвать на мелкие кусочки. Рисунок за рисунком, дверь за дверью.
Наконец перед ней выросла солидная горка из клочков бумаги. Вот и все, что осталось от ее кошмара. Наташу вдруг пронзила уверенность – больше этот сон ее преследовать не будет. Как же просто все оказалось!
А потом вдруг вспомнила, что произошло. Ее сын умер, а она, как последняя идиотка, расселась на кухне и рвет какие-то бредовые рисунки, некоторым из коих по двадцать с лишним лет! Даже если и избавилась от кошмара, разве это как-то облегчит ее положение? Вернет Стасика? Сделает здоровым Романа?
Женщина сгребла клочки и снова бросила их в ведро. А затем захлопнула крышку, щелкнула выключателем и вышла из кухни. Ее все тянуло обернуться и проверить, не пробиваются ли сквозь крышку лучи света, но Наталья сдержалась. Все это блажь, глупости и ерунда!
Глава 20
Вскоре снова пожаловал любовник золовки Вальдик – парень, как и обещал (вернее, как ему было поручено Ириной), пригнал «Мазду». Протягивая Наталье ключи от автомобиля, он переминался с ноги на ногу. Женщина молча взяла связку, сухо поблагодарила и закрыла перед носом жиголо дверь.
Ну, да, поступила с ним неучтиво. Более того – несправедливо. Не такой уж слащавый Вальдик и плохой, наверное, раз с машиной помог. Хотя это была наименьшая проблема Наташи. Но не приглашать же его на чашку чая или кофе, в самом деле!
И все же она распахнула дверь, ожидая, что Вальдик все еще стоит на коврике. Жиголо там не было. Наталья подбежала к окну кухни, выглянула – и заметила спортивную фигуру любовника Ирины, сворачивающего в соседнюю улицу. К уху он прижимал мобильный телефон. Наверняка не хочет топать до метро, поэтому вызывает такси. Быстро темнело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
