Читаем без скачивания Заложники пустоты - Виталий Абоян

С того дня работа пошла легче. К сожалению, несколько миллионов лет эволюции совсем не изменили человеческую натуру: люди признают только силу. Силу и страх.

Синдиновых наркоманов в Цюрихе уничтожили. Кого-то – физически, кто-то загнулся от ломки, кто-то ушел в Исламский союз. Но уничтожили не всех. Тритонам делали предложение. Перед тем как расстрелять – наркоманом быть можешь, твои проблемы, а вот тритон – преступник, враг номер один для возрождающейся экономики.

Большинство доморощенных ломщиков соглашались, но от них было мало толку, а профессионалы попадались редко – как только тритоны поняли, что запахло жареным, настоящие специалисты затаились и начали потихоньку покидать границы Анклава. Но не все.

Вот тут и появился Бигглс. Чем он брал это отродье, Моратти до сих пор не понял. Но у него процент согласных на всё тритонов приближался к ста. И находил он их, будто шестым чувством чуял.

Тритонов собирали не просто так. Их берегли именно для такого случая, как сейчас. Для того, чтобы они взломали сеть Мертвого.

Тритоны были обычными наркоманами, даром, что подсевшими на дорогой и необычный «синдин». И люди из лаборатории СБА постарались, чтобы они сидели на наркотике как можно глубже. Именно на этот отряд и работала лаборатория СБА, производя около литра «синдина» в сутки. Тритонам не давали умереть, но и жить они должны были по расписанию, созданному людьми Ника. Иногда им даже разрешали порезвиться в тех обрывках, что остались от сети после Катастрофы. Чтобы не теряли квалификации. Или, чтобы не скучали.

Завтра особый отряд займется настоящим делом. Завтра Циммерман поведет в бой своих ненавистных врагов. Как-то он читал, что в России в середине двадцатого века было такое военное формирование как штрафной батальон. Проштрафившиеся перед своей страной бойцы могли смыть вину кровью. В большинстве случаев их использовали как живой таран, бросая с кулаками на танки.

Завтра штрафбат Моратти сможет проявить себя. Завтра Ник предоставит им возможность приблизить наступление эпохи Цифры. Одно отличие от изобретения русских: искупить не получится, заключение пожизненное.

Моратти улыбался, взирая невидяще на вазу со свежими яблоками.

Кстати, нужно найти Теодора.

17

– Игорь Александрович, у нас ЧП.

– На каком объекте?

Игорь Александрович Холодов – президент корпорации «Науком» – был мужчиной крупным, напоминая телосложением медведя. Поэтому рядом с тоже довольно высоким, но щуплым молодым машинистом он походил на огромный кряж, грозно нависающий над бритой наголо головой. Правда, в выражении лица Игната Углова – того самого машиниста – не было и следа страха или робости перед начальством. С начальством он был хорошо знаком, и не раз им отмечен за проявленное профессиональное мастерство. Начальство Игнату вполне доверяло.

– Не здесь. Внешнее вмешательство. Но, похоже, хотят добраться сюда.

После слова «внешнее» Игнат ткнул пальцем в направлении потолка президентского кабинета, а, сказав «сюда», показал зачем-то на стол Игоря Александровича. Впрочем, и в том, и в другом случае жесты действительности соответствовали мало, хотя и давали четкое понимание ситуации человеку сведущему.

– И получится сюда добраться? – спросил Холодов. На его лице отразилось легкое волнение, но голос звучал, скорее, с иронией: трудно поверить, что кто-то способен проломить брешь в совершенной сети подвластной Игорю Александровичу корпорации.

Углов развел руками.

– Маловероятно. И потом, у нас в любом случае остается запасной вариант.

– Откуда работают ломщики?

– Пока определить не удалось. Но это и не имеет большого значения – работать они могут откуда угодно. Мы постараемся выяснить, кто это.

– Думается, я знаю кто, – многозначительно заметил Холодов.

Машинист снова развел руки, как бы говоря, мол, скорее всего дела обстоят именно так.

– Тут другая странность имеется, – сообщил Углов. – Саму атаку мы остановим. Если вдруг не получится, запросим помощи. Мы и так со дня на день ждем обновления системы. Но вот, что интересно – ломщики не пытаются ворваться в саму Сеть, их не интересует наша информация как таковая.

– Захват спутников?

Северная группировка спутников «Науком» была самой большой. Как ни крути, подобное «хозяйство» могло пригодиться кому угодно. Куда проще и дешевле украсть спутник, перехватив его управление, чем запускать свой, новый. Если ломщикам нужны только спутники, тогда это можно списать… да, на кого угодно можно списать. Правда, с «Науком» мало кто отважился бы иметь дело. Но всё же…

– Нет. Спутники они тоже не трогают. Они, конечно, поковырялись в прошивке, но контроль у нас. В общем-то, взлом выглядит довольно странно. Не могу ручаться, но похоже на то, что они хотят для чего-то использовать наши спутники. Как компьютеры пользователей Сети при DDoS атаке.

– Ты такими словами не ругайся, – усмехнулся Холодов. Хотя смешно Игорю Александровичу не было.

Дождались, значит. Почти четыре года прошло, ни одной серьезной атаки. Какая-то мелкая шушера, разумеется, регулярно билась о непреступную защиту сети «Науком». Пару раз даже государственные спецслужбы пробовали свои силы. Но это всё было мелочью, не стоящей внимания. По такому поводу Углов не стал бы беспокоить лично президента корпорации. А тут – стал. Несмотря на шутливый тон, Игорь Александрович прекрасно понимал серьезность возникшей проблемы. Дело даже не во взломе – Игнат гарантирует, что во внутреннюю сеть тринадцатого полигона ломщики не попадут при любом раскладе. Дело было в самом факте взлома, в людской наглости. А наглость должна быть наказана, иначе…

До сегодняшнего дня «Науком» оставался силой, которую признавали все. Ненавидели, желали всяческих невзгод, но считались и боялись. Сегодня эта ситуация начала меняться. Бояться не перестали, но всё же лезли всерьез, понимая, что ответ неизбежен. Или, всё же, не понимая – слишком добрыми стали милые московские недруги, можно их и пощипать? Ну, что ж, когда-то это должно было случиться. Отчего бы и не сегодня.

– Я не уверен, – еще раз начал объяснения Углов, – но не исключено, что с помощью наших спутников пытаются взломать что-то, к нам отношения не имеющее.

Холодова слова машиниста удивили. Он был абсолютно уверен в значимости своей корпорации, и не мог даже и представить, что еще может быть интересного, кроме продукции «Науком». Спутников, вооружения, Сети. Кроме полигона № 13, на котором он сейчас сам и находился. Но, если Игнат не ошибается, ломали что-то другое. Что-то, о чем он, Игорь Александрович Холодов, попросту не знал.

– Что это может быть?

Тон президента «Науком» резко изменился. Он не привык чего-то не знать. С тех пор как появился Московский клуб, ему ничего не нужно было знать за его пределами. Всё, что было передового и ценного на планете, значилось в собственности кого-то из членов клуба. А то, чего там не было, быстро таковым становилось. Весь мир жаждал выведать их секреты, кто только не пытался взломать сеть Анклава Москва, чтобы порыться в файлах московских корпораций. Но Максимилиан всем пообломал зубы.

Машинист развел руки в привычном жесте. Теперь это означало, что он не знает. Так пусть узнает! Для чего он, в конце концов, здесь еще нужен?!

– Вы можете выяснить, что это?

– Когда ломщики начнут ломать – да. Пока они только прощупывают сеть и готовят программное обеспечение – нет. Мы можем их скрутить прямо сейчас. Не уверен, что получится локализовать группу или группы, но, скорее всего, и это удастся.

– Не нужно, – отрезал Холодов.

– Что? – не понял его машинист.

– Не нужно скручивать. Пускай резвятся. Главное, не пускайте их дальше положенного уровня доступа.

– На крайний случай у нас есть муляж. Мы…

– Нет. Если они столь хороши, как ты рассказываешь, они всё поймут. Пускай пока продолжают работать. Со спутниками что-нибудь решим. И постарайтесь как-то… поучаствовать в процессе. Если они ломают что-то важное, то мы должны добраться до него первыми.

– Так точно, – по-военному отрапортовал Углов.

– И вот еще что. – Машинист весь обратился во внимание. – Я должен знать наверняка, кто за всем этим стоит.

Машинист ушел, оставив Холодова в раздумьях.

Стало быть, на арене появилось что-то, вызывающее интерес больший, нежели сеть полигона № 13. Причем интерес этот столь велик, что ломщики не побоялись использовать для этого спутники «Науком». Вряд ли они не понимают, насколько адекватным будет ответ корпорации. Но всё равно лезут. Что это значит?

Игорь Александрович вздохнул. Значить это могло только одно: если тот, кто захватил спутники, получит желаемое, на угрозы всесильной «Науком» ему будет плевать. Вывод малоутешительный, но это единственный вывод, который смог сделать Холодов. В версию, будто в его сети резвится какой-нибудь идиот, не понимающий, что его ждет впоследствии, Игорь Александрович не верил.