Глава 34 Северное сияние
Юле не спалось. Она лежала в разложенном кресле и щурилась от лунного света. Вампира рядом не было, наверное, гуляет. На этот раз они приземлились в поле на берегу маленькой речки. Падальщики и прочие чудовища здесь не водятся, а значит, Юля может спокойно выйти на улицу. Так она и поступила. Укрывшись пледом, Юля вышла из вертолета и села в траву. Свежий ветер колыхал ее волосы, заставляя девушку щуриться от наслаждения. Сейчас ей было спокойно. Она посмотрела в ночное небо. Тысячи звезд мигали ей таинственным ледяным светом. Юля заворожено наблюдала за ними. Когда-то на хуторе она также, как сейчас смотрела на звезды, только тогда еще не было ни армейского пледа на плечах, ни вертолета за спиной, ни самой войны.
Юля решила пройтись по берегу. Вертолет стоял на небольшом холме, и ей для начала ей нужно было спуститься. Подойдя к спуску, она заметила сидящую на берегу фигуру. Отсюда фигура казалось сплошь черной, но, конечно, же это Давид. Кто же может оказаться здесь в глуши без транспорта? Разве что пришельцы подвезли. Юля осторожно спустилась и, кутаясь в плед, подошла к вампиру.
— Не спится? — спросила она, глядя на серебряную рябь на воде.
— Нет, — улыбнулся он, — красивая ночь, правда?
— Да, очень, — согласилась Юля и села справа о него, — Теперь такие редко бывают, сплошные тучи.
— Когда-то я жил на островах Новая Земля. Ты когда-нибудь видела северное сияние?
— Нет, — Юля взглянула на него, как ребенок смотрит на папу, рассказывающего волшебную сказку.
— Это безумно красиво, — Давид задумался, — Мне нравилось уходить одному куда-нибудь в поля и смотреть на него. Небо переливалось тысячей оттенков, это как гипноз, ты смотришь, и не можешь оторваться…
Юля мечтательно вздохнула.
— Хотела бы я увидеть северное сияние…
— Значит, увидишь, — улыбнулся Давид, — Я обещаю.
Юля засмеялась. Вампир обещает показать ей северное сияние. Как не стыдно врать? Внезапно Юля заметила, что Давид что-то держит в левой руке, в то время как она сидела справа. Он явно не хотел, чтобы она это видела, иначе не прятал бы руку. Что-то белое, похоже, бумага.
— Что у тебя там? — она попыталась заглянуть через него.
— Ничего, — напрягся вампир.
— Как это? Тогда покажи, зачем прячешь?
— Просто кусок бумаги, нашел тут…
Заметив, как вампир пытается извернуться, Юля покачала головой.
— Давид. Врать ты не умеешь.
Он нахмурился и промолчал, как школьник, не сделавший уроки. Юля протянула руку.
— Дай посмотреть, что там.
Давид молча, с обреченным лицом протянул ей сложенный пополам листочек бумаги. Она развернула его и, пробежавшись глазами по первым строчкам, с восторгом произнесла:
— Вау! Давид, ты пишешь стихи?
Вампир совсем зажался и тихо буркнул:
— Нет, это так просто…
— Сейчас посмотрим, какой из тебя поэт, — улыбнулась девушка и начала вслух читать:
Настала ночь. Мне не уснуть.Судьбу хотел бы обмануть.Хотел бы изменить себя,И жить как прежде, не любя.И снова ты сидишь одна,Как одинокая луна.Твои божественны черты.Ты далеко, хоть рядом ты.Но ты не смотришь на меня,Ты скажешь «ненавижу».Но ни за что и никогдаТебя я не обижу.Моя царица, я твой рабОтныне до конца.Позволь же мне стереть печальС любимого лица.И снова ты, и только ты,Глаза небесной красоты,Всегда лишь ты, я как в бреду,Я за тебя в огонь войду,Я брошу мир к твоим ногам,Я за тебя и жизнь отдам.Я обману судьбу свою,Поверь мне, я тебя люблю.
Дочитав последнюю строчку, Юля расплылась в улыбке. Она посмотрела на Давида с таким восторгом, что он смутился еще больше.
— Давид, это здорово! — выпалила она.
— Ты так думаешь? — скромно улыбнулся он.
— Да не то слово! — засмеялась она, — Это потрясающе…
— Значит, тебе нравится? И ты не считаешь меня идиотом? — в надежде спросил он.
— Да нет, ну что ты? Твоя девушка, наверное, будет очень рада услышать такие слова. А мне никто никогда не писал стихов…
Юля погруснела. Она вновь вспомнила Эдика. Эдик не писал ей стихов, он вообще едва мог связать пару слов в предложение, особенно, когда видел Юлю.
— У меня нет девушки, — тихо ответил Давид.
Образ Эдика исчез так же мгновенно, как и возник. Юля посмотрела на вампира. Он улыбнулся и, глядя ей в глаза, добавил:
— Я написал это для тебя, Юль.
Пару секунд Юля пыталась осознать его слова. Давид, что, признался ей в любви? Вампир? Да быть не может. Это неестественно, нереально…
— Слышишь, я люблю тебя, — повторил он.
Юля онемела. Она нервно покачала головой, словно желая развеять это глупое видение, поднялась и быстро зашагала к вертолету. Давид пошел за ней. Он уже понял, что поспешил с признанием. Юля только-только начала привыкать к нему, они только начали общаться почти как друзья, а он все испортил. Нужно было дать ей больше времени. Прошел один месяц, а рана, нанесенная ей гибелью любимого, болит несколько лет.
Давид был подавлен. Он перечеркнул все, чего достиг за этот месяц. Юля же чувствовала себя как зверь в клетке. Душа металась так, словно хотела покинуть тело. Юля шла, не оборачиваясь, она знала, Давид идет за ней. Любит… Правда, любит или издевается? Нет, Давид врать не умеет. Это она поняла за тот месяц, что провела с ним бок о бок. И вообще, если бы она не знала, что он — вампир, посчитала бы его отличным парнем. С ним весело, он умудряется любую ситуацию извернуть так, что проблема исчезает. Сколько раз Юле становилось плохо от смеха за последний месяц? Она едва ли не начала считать Давида другом. Наверное, вампиры тоже не все злобные монстры, или просто Давид — исключение. Бедная Ольга, у нее тот еще зверь в группе. Хоть Юля и видела Давида в деле, вместе они уничтожили пять ботов, видела каким быстрым и опасным он может быть, но почему-то совсем перестала бояться его. Она могла спокойно сесть рядом, пихнуть его в плечо, просто поправить рубашку. Как любая женщина, она прекрасно понимала, что означает взгляд, каким Давид смотрит на нее, но старалась игнорировать эти мысли. Давид — вампир, а значит, ей нельзя влюбляться в него. Он же позволил себе это. Нет, Давид не обманул ее. Его глаза сказали то же самое. Он ее любит. И что теперь делать? Юля не знала.
Она вошла в вертолет и легла в кресло, делая вид, что пытается уснуть. Она слышала, как вампир сел около нее. Она приоткрыла один глаз. Давид сидел на корточках, оперевшись на подлокотник ее кресла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
