Читаем без скачивания Естественно, магия (СИ) - Валентин Искварин

Оборотная сторона листа была занята алфавитным указателем. Виктор нашёл строчку, начинающуюся с «Менделя, ул.», далее следовал квадрат карты — Q09 — и ближайшая остановка автобуса — «Зелёный овраг»: E15, N1, N12, N37. Он предположил, что цифробуквенные сочетания — номера автобусных маршрутов, разделённых по сторонам света. Действительно, E15 уходил на восток, а все N-ные маршруты заканчивались в северной части города.

Виктор поискал глазами остановку, но увидел только хвост автобуса N12 и даже не расстроился. Через двести метров нашлась и остановка. Ещё через пять минут подъехал N1, идущий к мосту через Хладную.

Две остановки — мимо высоких серых домов — автобус просквозил, не притормозив: пассажиров на вход и выход не оказалось. Виктор оплатил проезд, ещё четыре империала долой. Пейзаж за окном сменился высоким забором и цехами фабрики. На остановке у проходной с весёленьким логотипом «Сметанкино» вошли три женщины и один мужчина. Снова автобус пошёл, как на взлёт, удары воздуха в форточку слились в усыпляющий шорох. Виктор поёжился. Остановки не объявляются, нужно справляться по схеме. Ой! да вот после того подъёма уже выходить!

Мягко, почти не снижая скорости, автобус прошёл лёгкий вираж и нырнул в карман, чтобы высадить пассажира. Да, это «Зелёный овраг». Виктор кивнул отъезжающему железному зверю, благодаря за приятную стремительную поездку. Водитель, видимо, заметил кивок в зеркало заднего вида и коротко просигналил.

Как же мило! После жутких самарских дорог, бешенных четырёхколёсных хищников, сражающихся за людские деньги, после пробок, постоянных аварий, несносных и ужасающе бессмысленных гаишников — видеть и чувствовать всё это. Хорошо, что он не помнит начало девяностых: дед, презрительно морщась, говаривал, что с тех пор вежливости у людей прибавилось…

Всё связано. Полиция, выскакивающая только тогда, когда в ней есть необходимость, разумная и предупредительная. Дороги качественные и распланированные под развитие города. Отличный общественный транспорт, при котором иметь личный автомобиль и смысла нет. Вежливость, спокойствие, размеренный темп жизни.

И всё же, что-то тут не так. Молодой маг чувствовал это, но пока не мог определить, что же именно его не устраивает. Ещё казалось, что разобраться со странностью местного процветания — жизненно необходимо! Всё это -

Так! Улица Менделя «где-то там»: на карте она не показана вообще. Какой-нибудь жалкий проулок, наверное, топографическое недоразумение, недостойное упоминания. Но шоссе перейти надо: на этой стороне уже квадрат Q10.

И снова чудеса благоустроенности и заботы о людях: за дорогой на стенде красовалась мини-карта Овражного микрорайона. М-да, улицу Овражную, на которой сейчас стоит Виктор, пересекает улица Грунтовая, по Грунтовой идти до улицы Мендельсона, а уж она упирается в улицу Менделя, жалким отростком повисшую на схеме. Ну вот, поломалось изящество тотального планирования.

Виктор спускался с холма в сторону реки. Позади остались два ряда высоких новеньких домов с ещё не обустроенными дворами. Потянулись коттеджи, заметно мельчающие с каждой сотней метров. На перекрёстке улицы Грунтовой, кстати, тоже закатанной в асфальт, магазинчик, с трудом отличаемый от простых домишек, безо всяких претензий показывал покупателям облупленный фасад.

Асфальт иссяк на середине улицы Мендельсона. Щебёнка скончалась сразу за поворотом на Менделя. Да, это нора. Как по заказу. Самая крысиная нора: участок с домом номер одиннадцать располагался на краю оврага. Им и заканчивался — задняя изгородь отсутствовала. Виктор усмехнулся. Забавно было бы прорыть подземный ход из домика в овраг. Правда, увы, ни капли не оригинально, а потому бессмысленно.

Жестяная крыша домика полностью забыла о том, что такое краска, истекая ржавыми разводами и лохматясь колониями мха. Деревянные стены облуплено синели, намекая, что скоблёное дерево — лучшее украшение жилища. Окошко в кухню — разбито; труба, к которой подставлялся самовар, проржавела насквозь. Нету здесь бабушки. Вообще никакой, и уже давно.

Калитка чуть выше пояса была чисто символической преградой. Алюминиевый шпингалет прирос окислами к петле. Ну вот, здесь молодого мага никто не ждёт. Разве что…

Тело покрылось мурашками. Его телепортировали. Так что ничего нельзя исключать! Причём, учитывая, что перенесли его из Самары в другую Самару, у магической телепортации навряд ли много ограничений. С другой стороны, если тут окопались враги, то почему они не выпрыгивают, как чёртики из табакерки, не строятся вокруг некоего беглого ученика в каре и не ведут в очередную неизвестность!?

Или они сами не маги? Они же Охотники! С другой стороны, кто справится с магом лучше, чем другой маг? Ответ прост: снайпер с «барретом». Виктор поёжился.

— Наследник что ля?

Виктор вздрогнул от неожиданности и обернулся. Невысокая полная бабулька стояла на восьмом участке, опершись на забор левой рукой; правую, испачканную в земле, вытирала о передник.

— Да, Ангелины… Петровны внук.

— А… ну ладн' тады, — бабка вроде собиралась уходить, но понизила голос до шёпота и прошипела: — А мож' продадите, а? пока в овраг всё не съехало?

— А зачем вам участок, съезжающий в овраг? — искренне удивился Виктор.

Но старуха только фыркнула и поковыляла вглубь участка к недорассаженной моркови. Виктор улыбнулся, с трудом выколупал шпингалет из ржавчины и открыл калитку. Домик закрывался ещё более незатейливо — на палочку.

Внутри царило запустение с налётом усталого, стариковского отчаянья. Зеркало запылилось, но в последний раз его протирали небрежно, бессильно. Садиться на лавочку боязно: она выдерживала сухонькую старушку, но добрый молодец семидесяти килограммов весом её непременно сломает. Рукомойник, старая мебель, промятое до пружин кресло, железная кровать — всё это изрядно притомилось быть в услужении у разных людей. И Виктор надеялся, что он недолго будет досаждать этому домику.

Радовало, что есть печка, есть газ (двухконфорочная плитка с недоеденными местными грызунами остатками сбежавшей каши) и, возможно, электричество (единственная лампочка в распластавшейся по потолку люстре перегорела, так что проверить не получится).

А вдруг и оставаться не придётся? Виктор вспомнил, что в доме может быть послание. Надо сосредоточиться и поискать тайники! Тайники если и будут, то — магические, так что визуальный поиск бесполезен. Маг закрыл глаза.

Постепенно чернота стала расползаться в отдельные разноцветные полосы и нити. Белые — очевидно, воздух. Остальные светились вперемешку тусклыми змеями, пожирающими пространство. Получалось даже красиво.