как хочет показать, и начал проявлять внимание к другим девушкам, и Валенсия ревновала. Она старалась не показывать этого, но слишком много в ней было огня и страсти, чтобы скрывать их, – в голосе Дэлора слышалась тихая грусть. – Я все же добился своего. Мы стали жить вместе, и это были счастливые дни. Жаль, что все так закончилось.
Ди Соро опустил голову, наверное, вновь переживая то время, а я не знала, что сказать. Исповедь генерала тронула что-то в моей душе. Слыша о том, что он построил карьеру военного с самых низов, я не представляла, что стоит за этими простыми словами. Дэлор рисковал здоровьем и жизнью, тренировался, надрывая жилы, в боях терял друзей и знакомых. Он не был уверен, что выживет сам. Разве я могу осуждать его за то, что он долгое время не хотел никаких серьёзных отношений?
А еще я поняла кое-что: Дэлор – одинок. У него нет семьи. Совсем. Даже каких-нибудь пятиюродных дядей с хутора Синие Липяги. Скорее всего, есть какие-то армейские друзья, но это совсем не одно и то же. Может быть, именно поэтому он так сильно привязался к Валенсии? Ведь, по сути, она была самой обычной женщиной, пусть и аристократкой, но не одаренной магически, да еще и вдовой, а здесь такие женщины считались вроде как вторым сортом. Однако её чувства были искренними. Это и зацепило Дэлора, который, судя по его словам, не видел этого в высшем обществе. Он выбрал женщину действительно по любви.
Было ли мне неприятно слушать про бывшую любовь генерала? Нет. Совсем нет. Я не ревновала к ней, скорее, отмечала уважение, с которым говорил Дэлор. И это несмотря на то, что именно из-за неё генерал попал в рабство! Ди Соро открылся для меня совсем с другой стороны.
Я понимала, почему он поведал мне все это. «Вдохновлять надо личным примером», – как-то сказал Дэлор, и его откровенность толкала на ответную искренность. Кроме того, мне было стыдно. Я ведь даже не пыталась присмотреться к нему и понять, просто сбегала, убеждая себя, что он такой же, как мой бывший.
– В своем мире я была замужем. Неудачно, – выдавила я.
– Ты – вдова?
– Нет. Мы развелись. У нас это несложно сделать. Мой муж изменял. В последние месяцы брака, даже не особенно скрываясь. Однажды я застала его с любовницей в нашей квартире. Он занимался сексом с женщиной, которую считала подругой, – погрузившись в воспоминания, я смотрела на свои сложенные на коленях руки. – Когда муж заметил, что у его развлечения есть зритель, то сказал, что я должна была сама сообразить: мне – неполноценной – не место рядом с ним.
– Неполноценной? – эхом откликнулся Дэлор. – Но почему?
Я не смогла ответить, боялась, что голос меня подведет. Просто смотрела на свои дрожащие пальцы и старалась взять собственное тело под контроль. В конце концов, столько лет прошло! Почему же так больно?
– Подожди. Ты не могла ходить, и поэтому он…
Не поднимая взгляда, я просто кивнула. Неудивительно, что генерал сообразил сам, он ведь расспрашивал меня о первых днях жизни в новом мире и знал об инвалидности.
Я не заметила, когда Дэлор поднялся с матраса и опустился на колени рядом со мной. Почувствовала лишь то, как он взял мои ладони в свои.
– Маша, это недостойный любого честного человека поступок, но это не значит, что все мужчины такие.
– Я знаю, но вновь поверить сложно. Понимаешь, у меня ведь тоже не было родителей, которые могли бы помочь. Когда он ушел, пришлось все делать самой. Было тяжело…
– Самой? Твой бывший муж разве не оплачивал еду, сиделку и все остальное?
– Нет, – я наконец посмотрела на Дэлора.
Он нахмурился, заглянул мне в глаза и спросил:
– Как ты жила? Кто о тебе заботился?
– В основном сама. Раз в неделю приходили люди из опеки и помогали. Иногда что-то делали соседи, знакомые. Я работала удаленно. Зарабатывала не очень много, но на жизнь хватало. Была еще пенсия по инвалидности.
– Это поразительно, – пробормотал ди Соро. – Знаешь, я знал много людей, которые сдавались после того, как теряли магию, способность ходить, внешнюю привлекательность и так далее. Они угасали, утратив волю к жизни, и уходили к богине раньше срока. Но ты… Я теперь понимаю, почему Иодель выбрала тебя. У тебя сильная воля.
Дэлор смотрел с восхищением, и я смутилась от незаслуженной похвалы.
– Ты слишком хорошо обо мне думаешь. На самом деле, я жила по привычке. У меня постоянно появлялись мысли о суициде. Просто повезло встретить на своем пути неравнодушных людей, которые помогли. Никакой особой силы воли у меня нет. Вот и все.
В ответ генерал поднес мою ладонь к губам и поцеловал, но я освободила руку.
– Ты не хочешь дать мне шанс? Может быть, у нас получится построить крепкие отношения?
– А если нет?
– Если нет, то мы будем честны друг с другом. Никаких измен, заигрываний с другими мужчинами.
– И ты сам готов соблюдать эти условия? – с удивлением спросила я. – Не изменять, не заигрывать с другими женщинами?
– Конечно!
– Но…
Что вообще происходит? Я собиралась объяснить, почему не хочу с ним сближаться, а теперь мы обсуждаем условия наших будущих отношений! Он не гипнотизер случаем?
– Маша, ты согласна?
– Нет! – я отодвинула стул на полшага от Дэлора и встала.
– Почему?
– Потому что не подхожу тебе.
– Чем же конкретно ты не подходишь? – вкрадчиво поинтересовался ди Соро.
Ох, он опять включил свое обаяние на полную мощность. От его голоса мурашки по коже.
– Ты внешне напоминаешь моего бывшего мужа, и я боюсь, что это станет препятствием. Извини.
Я посмотрела на дверь. Кажется, наш разговор слишком затянулся.
– Так вот почему ты тогда в номере гостиницы убежала в ванную! – сообразил Дэлор.
– Да. Думаю, мы все решили, обсуждать больше нечего.
Уйти я не успела. Генерал, когда хотел, двигался очень быстро. Он как-то оказался передо мной, преградив путь. Я отступила и уперлась задом в край стола.
– Все проблемы можно решить, а препятствия обойти, было бы желание, – мягко сказал Дэлор и придвинулся ко мне ближе.
– А если его нет?
– Тогда нужно его разбудить.
Он говорил явно не о том желании.
