– Мы вообще ее не отдадим, Меррей! Я ее не отдам!
– О-о-о… – протянул дядя. – Да ты что, умудрился в ее втюхаться? Ну дурак!
– Нет, я не… В общем, я не отдам ее.
– Глупости, племяш. Она просто одна из тысяч красивых шлюх, такие только задом умеют вертеть да головы кружить. Не думал, что ты так легко попадешься. Ну да ничего. Пару дней побудешь без ее магии, и это пройдет. Пришлю тебе лично пару таких знойных красоток, которые мигом выбьют из тебя эту дурь.
– Она не такая! Как ты не поймешь, Меррей?! Она. Мне. Нравится! Я не отдам ее на съедение этому Нерку!
– Все они не такие, – скривился дядя. – Шиасу, ну не дури. Это просто юбка. Причем юбка со специализацией на сексе. Вспомни, ты сам мне рассказывал, как она подмигивала этому Зоалу. Ее любой бы устроил. Ты просто был ее тюремщиком, вот она и строила тебе глазки. Был бы на твоем месте Зоалу, я, Нерк или любой уродец из низших, она строила бы глазки ему. Может быть, методы были другие. Но они же на то и суккубы, чтобы уметь подбирать ключик к любому сердцу. И штанам.
– Я не спал с ней!
– Вот поэтому так и мотает. Трахай ты ее, вполне возможно, через пару дней, может, больше, понял бы, что она абсолютно не отличается от любых других баб, что побывали у тебя в койке.
– Меррей, я не хочу это слышать! Я не отдам тебе Айллу!
– А мне и не надо. Неркам отдадим – и все дела.
– Ты понял, о чем я!
– Да, о глупостях. Твои слова – это слова мальчишки, у которого взыграли гормоны. Причем под действием крайне сильной специалистки. Это не слова моего наследника и правой руки главы клана. Если продолжишь в том же духе, отправлю на ближайшие десять лет муштровать низших на границу. Там из тебя быстро все эти романтические бредни вылетят.
Шиасу содрогнулся. Меррей мог так поступать. Именно туда отправились недавно двое из его двоюродных братьев. На границе приходилось быть всегда начеку. Из хаоса постоянно лезли всякие твари, дюже охочие до любого мяса. И их было много. Чаще всего в эту глушь отправляли стадо низших и несколько нормальных капитанов. Те периодически менялись, потому что спокойно выдержать эту безрадостную ссылку мало кто мог. Особенно если учесть, что атмосфера там почти убивала – чтобы мозг мог спасаться от опасных эманаций, приходилось спать по две трети суток. Столько дрыхнуть мало кому удавалось, поэтому приходилось пить сонные зелья, которые отупляли, одновременно вызывая агрессию. Демона, который пробыл на границе год, потом несколько месяцев держали подальше от нормальных сородичей, раньше полугода редко кому получалось прийти в себя. А что с ним будет после десяти лет? Неужели суккуб того стоила? Шиасу мотнул головой.
– Мне все равно. Я ее не отдам.
– Да, тяжелый случай. Ладно, хочешь я дам тебе с ней потрахаться перед отправкой?
– Меррей! Это ничего не изменит.
– Хорошо. Тогда просто отправляем.
– Нет, она остается в моем доме. Она – моя.
– Шиасу, – голос главы клана заледенел, – мне надоел этот разговор. Мы немедленно отправляемся в твой особняк, забираем оттуда Айллу Нокрейн Сацину и отдаем ее Неркам. Если ты хочешь этому воспрепятствовать, тебе придется бросить мне вызов и победить. Вот и решай, что тебе важнее.
Шиасу напряженно смотрел на дядю. Такое обманчиво юное лицо, он привык видеть его с детства. Именно Меррей всегда занимался воспитанием юного демона. Родителям сначала было не до того, а потом они погибли. Глава клана, несмотря на свою насыщенную жизнь, всегда находил время для него с братом. Учил думать, драться, управлять. Как-то само собой получилось, что постепенно стал поручать ему часть своих дел. Шиасу справлялся. Особенно с военными операциями и чем-то похожим. В политику особенно не лез, но порой подавал идеи, как вот тогда с Айллой. Проклятье, знал бы, чем дело кончится, никогда бы даже ее имя не произнес…
Стало горько. Никогда не видеть ее… Перед мысленным взором пронеслись их совместные недолгие дни. Стало еще и больно. Она не заслуживала такой судьбы. Или все же это было обманом? Умелым соблазнением, как говорит Меррей? Дядя ему никогда не врал. Всегда доверял. Помогал. Как он может бросить вызов тому, кто заменил ему родителей? Тому, кто был больше, чем они? Другом, наставником, всем, по сути. Из-за женщины…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
из-за суккуба… из-за Айллы… В голове опять все смешалось. Что-то подталкивало его сопротивляться. В конце концов, он имеет право отстаивать ту, что стала ему дорога. Да, клан не получит прибыли, но и хаос с ней. Зато у него будет Айлла. Но дядюшка уперся рогом. Даже если сделка сорвется, он все равно не отдаст ему девушку. Шиасу знал такое настроение у Меррея. Тот сам обозначал его так: «Нужно держать слово. Даже дурное». Сейчас, похоже, старший Ракхар пошел на принцип.
Неужели выбор стоит так – или дядя, или Айлла?
Сможет ли он бросить вызов, по сути предать свое самое близкое существо? Это же будет предательство, так? Не подчиниться приказу, попытаться… убить? Нет, нет и нет. Не убить, конечно. Победить. Победить? Поднять оружие всерьез против Меррея? Даже думать об этом было страшно.
– Дядя… не нужно так. Я не хочу… идти против тебя, – попытался он воззвать к разуму главы клана.
– Так не иди, – раздраженно бросил он. – Просто подчинись и делай, что сказано, что тут непонятного?
– Я не хочу ее отдавать.
– Тогда дерись. И победи.
Шиасу понял, что проиграл. Он не поднимет руки против дяди. Айллу убьют. И он будет в этом виноват. Даже не дядя и не Нерк. Именно он, Шиасу Леар Ракхар, будет тем, из-за кого она погибнет. Внутри все скрутило болью.
«Дерись! – кто-то властный и яростный приказывал изнутри. – Дерись! Защищай свое! Будь мужчиной!»
«Это просто женщина, – увещевал другой. – Одна из многих. И вообще ты уверен, что она тебя любит? Дай ей возможность – так она бы уже трахалась с кем-нибудь, кто в тот момент оказался бы поблизости. Суккуб же. Неужели ты разрушишь отношения с одним из двух оставшихся близких родственников из-за той, которой, скорее всего, на тебя наплевать?»
От этой мысли тоже стало больно. Любит ли она его? Шиасу закрыл глаза. Он не знал. И, наверное, не хотел знать.
«Разве важно, любит ли она? Куда важнее, люблю ли я?»
– Итак, – насмешливо спросил Меррей. – Твое решение – деремся или отдаем красотку? Я весь в предвкушении.
Молодой демон открыл глаза.
– Я не буду на тебя нападать.
– Шиасу! Ты дома?! – веселый, полный беспечной молодости голос заставил девушку вздрогнуть. Кто это может быть? Ракхар говорил, что сюда чужие не допускаются. А из «своих» она знала только Меррея. Но это явно не он. – Шиасу! Ты где?! Шиасу!
Голос звучал юно, звонко и явно ближе, чем раньше. Айлла тряхнула головой. Неужели ей повезет? Или очередная обманка вселенной? Нужно играть до конца! Бороться дальше. Вдруг именно это – ее шанс? Ведь может быть такое? Может? Отчаянная надежда болью отозвалась в сердце. Девушка выпрямилась, поправила халат, вытерла слезы и заставила магию очарования сделать себя красивей. Она не сдастся, хаос победи, им ее не сломить. Никогда.
– А кто тут у нас та-акой громкий?!
– При-и-вет!
Они встретились все у того же бортика лестницы. Молодой демон оказался ужасно похожим на Шиасу. Только совсем еще юный. Не так как Меррей, в котором за молодым смазливым личиком крылся тысячелетний опыт, а совсем иначе – у этого Ракхара глаза сияли задором, азартом, какой-то всепоглощающей веселостью. Радостью от одного того факта, что он есть в этом мире.
Демон и демоница с интересом оглядели друг друга. Айлла знала, что он сейчас видит. Полураспахнутый халат, почти полностью открытую грудь, губы, покрасневшие от поцелуев. Бутылку виски и бокал в руках. Растрепанные волосы и зовущий взгляд. При этом прекрасная синеволосая незнакомка улыбается и явно чувствует себя здесь по-хозяйски. Довольная, веселая, сексуальная.
