своём.
Вот упрямая!
— Ночью?
— Да! Иди сам назад, — отталкивает обеими руками мальчика.
— Да что тебе понадобилось в лесу ночью, чокнутая? Хочешь, чтобы тебя волки сожрали? — Руслан решает припугнуть.
— Их здесь не бывает.
— Ну точно! А где они бывают? В сказках что ли?
— В зоопарке, — отвечает мелкая, продолжая двигаться вперёд.
— Ага. А ещё медведи и кабаны.
— А кабаны это что такое? — спрашивает Настя.
— Это здоровые лохматые свиньи вот с такими клыками, — Руслан руками показывает огромные клыки.
— Не бывает таких, — спорит с ним Настя.
И тут с верхушек сосен с шумом прямо на них летит большая тень.
— А! — испуганно кричит Настя и бросается бежать.
— Стой! Да стой же! — Руслан спотыкается об упавшую Настю.
— Ударилась? — Рус помогает ей встать и только сейчас замечает, что они остались в кромешной темноте.
На его телефоне заряд батареи оставался низкий и Руслан его не включал, а Настя, походу свой выронила, когда упала.
— Н-нет… Кто это был? — пищит девочка, прижимаясь к Руслану.
— Всего лишь сова.
— А почему она такая большая?
— Потому что крылья раскрыла, когда твою розовую пижаму увидела, — хмурится Руслан, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть. Но даже света фонарей санатория не видно сквозь частые стволы вековых сосен. — Напугалась?
Он почувствовал, как Настя кивнула.
— А телефон твой где?
— Я… я не знаю… — показывает пустые ладошки. — Я его в то чудище кинула.
— Сама ты чудище! Сову она боится, а волков с медведями — нет.
— А они правда здесь есть?
Руслан не успевает ответить, как вдалеке раздаётся крик ночной птицы.
— А! — Настя вцепляется руками в Руслана.
— От меня ни на шаг! Поняла? — Руслан достаёт телефон и включает фонарик. Осматривает ближайшие кусты в надежде увидеть полоску света от мобильника Насти, но ничего не находит.
— И что теперь делать? — всхлипывает девочка.
— Об этом надо было думать, когда ты в лес собиралась! Идём! — Руслан крепко держит её за руку, но Настя и сама теперь его ни за что не отпустит.
Заряда батареи хватает ненадолго, и дети остаются в кромешной темноте.
— Руслан, — хнычет Настя. — Я устала.
— Замёрзла?
— Нет.
— Иди сюда.
Он садится, приваливается спиной к дереву и усаживает девочку к себе на ноги.
— А почему мы дальше не пойдём?
— Потому что можем заблудиться. Рассветёт, попробуем найти дорогу.
— Мне надо телефон найти. Меня мама ругать будет.
— Папа ей новый купит, — успокаивает он девочку. — Лучше скажи, ты зачем в лес пошла?
Ясмина
— Настя! Господи! Как же ты всех напугала! — прижимаю к себе своё неугомонное чадо и вытаскиваю из спутавшихся волосиков мусоринки хвои.
Когда Руслан ответил на звонок, детей нашли быстро, но то, что я успела пережить за это время, не передать никакими словами. Звук на телефоне был убавлен, и хорошо, что Настя его услышала. Телефон лежал совсем рядом от того места, где они ждали утра, но в темноте дети его не заметили. Настя так и не уснула, а вот Руслан под утро успел задремать, пока его не растормошила Настя, услышавшая непонятное гудение.
— Мы думали, что вас похитили, — качает головой Алан.
— Ха! Если бы её похитили, то сразу бы вернули, — шутит Руслан. — Насть, ау!
Дочь поворачивается к нему, и Руслан щёлкает камерой на телефоне отца.
— Крутяк! Местная кикимора! — дурачится, глядя на экран.
— Рус, перестань. Не смешно, — строго шикает на него отец, хотя на Настю, которая виновата намного больше, Алан смотрит с заботой и нежностью.
Я взглядом прошу его не ругать мальчика. Если бы не Рус… Я даже думать боюсь, что могло произойти.
— Не смешно. Согласен. Потому что ещё и денег бы дали, лишь бы избавиться от такого «счастья», — подшучивает Рус, и Настя бьёт его кулачком в ногу. — Во, она ещё и дерётся! Я бы больше просил. Пап, слушай, я знаю, как можно неплохо заработать!
— Иди мыться, остряк, — отправляет сына Алан.
— Сейчас пойду. Вы лучше спросите, зачем она в лес ночью пошла.
— Насть? — смотрю на дочь, но она прячет своё личико у меня на груди.
— Мне тоже интересно, — Алан присаживается перед Настей на корточки. — Зачем, Настён?
— Я цветочек хотела найти, — невнятно бубнит дочка.
— Какой цветочек, Настя? — не могу поверить в услышанное.
— Волшебный, — бормочет еле слышно.
— Точно. Сегодня же была ночь на Ивану Купалу, — удивляется Алан, а я вспоминаю, что вчера вечером Татьяна Давидовна рассказывала им разные истории про цветок папоротника, и при этом добавила, что у них возле санатория его растёт очень много. Но я и подумать не могла, что Настя задумает его найти.
— Настюша, обещай мне, что ты больше не будешь искать по ночам никакие волшебные цветочки.
— И мне, — просит Алан.
— Не буду. Он же один раз в году цветёт, — сопит юная искательница волшебных цветов.
— А в следующем году вы к ней верёвку привяжите! — даёт дельный совет Руслан.
— Я вас обоих привязывать буду, — хмурится Алан, который наверняка опасается ещё одной такой вылазки.
— А меня-то за что?! — возмущается Рус.
— За компанию.
— Алан, не надо привязывать Руса. Он хороший, — заступается за мальчика моя егоза, а у самой глаза почти слипаются.
— Так, давайте есть, мыться и надо поспать.
— Я не хочу есть. Я спать хочу…
Увожу дочь в ванную и включаю тёплую воду. Никаких ссадин на ней я не вижу, и если не считать хаоса в волосах, но ничто не говорит о её ночной вылазке. Из ванны вытаскиваю её почти спящей и прямо в полотенце опускаю на кровать.
Не могу отойти и смотрю на спящую дочь. Вот как ей могло прийти в голову искать цветок папоротника?
— Уснула? — в наш номер тихонько заходит Алан.
— Да. А Руслан?
— Тоже спит. — Алан качает головой. — Ни за что бы не подумал, что он будет так себя вести.
— У тебя замечательный сын, Алан, — отвечаю, вставая.
— Не поверишь, я только недавно это понял, — признаётся и берёт мои руки в свои. Притягивает к себе так, что я слышу, как бьётся его сердце. — Благодаря тебе и Кнопке.
Он нежно касается моей щеки и заправляет волосы за ухо, зарывается пальцами в них, и из его горла вырывается слабый стон.
— Яся, — выдыхает моё имя и накрывает губы поцелуем.
Глава 40
Целует долго, чувственно, пока меня не отпускает пережитое напряжение.
После всего случившегося этот поцелуй опьяняет как бокал креплёного вина, дурманит, сметает все преграды. Дыхание сбивается, и я сама не замечаю, когда начинаю отвечать. Голова кружится, и, если бы Алан меня не держал, я бы вряд
