Читаем без скачивания Принуждение к контакту - Денис Бурмистров

Должно быть, ловушка. Вся территория Зоны давно обесточена, местные генераторы тоже не смогли бы работать без обслуживания пятьдесят лет. А значит, надо быть аккуратнее, не вляпаться бы сослепу.

Следующую комнату Руслан нащупал буквально через несколько метров. Некоторое время размышлял, стоит ли заходить внутрь, но потом решил, что назначение комнаты поможет понять примерную схему подземелья. Потому как уж чего-чего, а военных объектов на своем веку он насмотрелся предостаточно.

Ничто не указывало на опасность, и пилот с превеликой осторожностью вошел. Развел руки, определяя расстояние до стен.

Что-то мягкое и упругое, должно быть матрас. А тут что? Ага.

В голове возник привычный образ двухъярусной кровати. Спустя несколько секунд он дополнился низкой деревянной тумбочкой, узким откидным столом и шкафчиком для вещей. Внутри шкафчика висело что-то из плотной ткани, но расползающееся под пальцами. Судя по всему, солдатская шинель, приведенная сыростью в негодность.

Жилой кубрик оказался узким и маленьким, с глухими стенами. Громов вновь вышел в коридор и пошел дальше, методично стуча топором по стене.

По пути попался еще один кубрик, похожий на предыдущий. Потом еще один, с перевернутой кроватью и со стеклянными осколками на полу. Потом Громов долго плутал по длинному залу со столами и скамейками, сшибая мебель неуклюжими движениями. Когда влетел в какой-то алюминиевый чан с дребезжащей внутри поварешкой, догадался, что оказался на кухне. Пришлось возвращаться, хотя и подмывало пошарить в поисках еды.

За время плутаний коридор дважды сворачивал направо под прямым углом, воображение услужливо дорисовывало еще один поворот и еще один отрезок, тем самым закольцовывая его. С одной стороны, это было хорошо – бункер оказался не таким уж и большим, а с другой стороны – с завершением коридора пропадут и шансы найти выход.

Спустя несколько шагов и еще один кубрик коридор действительно свернул направо.

Руслан резко остановился, словно налетел на невидимую стену.

Ему не хотелось идти дальше! Просто конкретно, физически не хотелось. Назад – бога ради, но вот вперед…

– Да что такое, – попытался унять мандраж Руслан.

И понял что не так – здесь не было эха. Совсем. И стены на ощупь были какими-то липкими, маслянистыми, хотя и не пачкали пальцы.

Громов попятился, в очередной раз сказав «спасибо» пресловутому «шестому чувству», положил ладонь на правую стену и двинулся в обратном направлении. Некоторое время его преследовало чувство, словно кто-то крадется сзади, вперив взгляд в затылок. Он даже останавливался и замирал, слушая тишину.

Рука вновь ушла в пустоту. На сей раз эхо, возвращаясь к Громову с задержкой, помогло определить, что пилот попал в просторный зал.

Однако дальше пришлось повозиться. Помещение представляло собой некую аппаратную, с отделенными кабинками операторов, возвышениями для координаторов и длинными пультами связистов. Если когда-то тут и царил армейский порядок, то теперь все было разбито и развалено. Продвижение по залу в полной темноте превратилось в настоящее испытание на координацию. Приходилось переступать и подныривать, не зная куда ставить ногу или как низко наклонять голову. Несколько раз Руслан падал, застревал и оступался. Больно врезался голенью в металлический край стола, поцарапал щеку об ощетинившуюся гвоздями доску.

Что тут произошло? Почему так все перевернуто? Словно смерч пронесся, разрывая и круша. Неужели это все последствия Посещения?

Что-то громко щелкнуло, словно старик суставами. Руслан замер, затаив дыхание. Думал, что показалось, но щелчок повторился, а следом еще один. И еще. И еще. Щелчки раздавались с разных сторон, они учащались, сливались в странный хор. Громов сжался, как пружина, затравленно вертел головой, выставив топор.

Оглушительный скрежет сдвигаемой мебели заполнил зал. Что-то больно ударило пилота в спину. Руслан дернулся, резко обернулся.

Невидимые силы подхватили его, вздернули, словно марионетку, завертели на месте.

Кажется, Громов орал. Орал от страха, от бессилия, от боли. Его вертело словно лягушку в центрифуге, дергало в разные стороны, швыряло на стены. Мимо пролетали обломки мебели, осколки разбитых панелей связи, мусор и песок. Иногда что-то врезалось в Громова, выбивая искры из глаз. Иногда он врезался во что-то, выбивая воздух из легких.

Топор он потерял сразу. Еще успел ощутить досаду по этому поводу, но через миг было уже не до этого. Сил не хватало, чтобы совладать с невидимым спрутом, оплетшим тугими струями воздуха все его тело. Будто действительно незримый кукольник дергал за нити свою куклу.

В какой-то момент, когда кручение и удары превратились в единый неразличимый кошмар, пилота резко подбросило вверх, потом в сторону и швырнуло через весь зал. Живым снарядом он врезался в гнилую дверь, выбил ее и с хлестким шлепком вошел в вонючую воду.

Не успев нахлебаться вдоволь, с шумом вынырнул. Не устоял и опрокинулся на спину, ударился локтем о стену. Вновь вылетел на поверхность, поднялся на ноги.

И обнаружил, что воды чуть выше колена.

Где-то за спиной бесновалась ловушка, грохоча железом по бетону. Но звук был глухим, далеким.

Измотанный и напуганный, Громов привалился плечом к склизкой стене, безразлично ткнулся лбом в холодный камень. Некоторое время стоял, приходя в себя и пытаясь отдышаться.

Болело все тело. Потеряны топор, пила и рюкзак с водой. Потеряна карта. Шумело в голове, на затылке волосы были липкими от крови. К тому же, судя по всему, он растянул себе плечо и отбил локти, которыми прикрывался.

Но он выжил. Чудом, Провидением, удачей. Значит, надо продолжать искать выход.

Громов растопырил руки и с удивлением понял, что оказался в узком коридоре с невысоким потолком. Пальцы нащупали тянущиеся вдоль стены толстые кабели с полусферами плафонов. Очень похоже на аварийный туннель для персонала. Или на еще один коридор, проходящий под залом.

Руслан, перебирая руками по стенам, пошел прочь от шумящей ловушки, с трудом передвигая ноги в тяжелой воде. От воды пахло болотом и плесенью, даже не стоило и думать чтобы пить ее, хотя и очень хотелось. Но уже в который раз Громов сказал себе «нет», закусывая губу.

Вскоре шум воды поглотил скрежет и щелчки ловушки. Коридор все так же шел прямо. В нем не было ни комнат, ни ответвлений. Это вселяло надежду.

Что-то коснулось ноги. Коснулось и пропало. Руслан инстинктивно прижался спиной к стене, прислушиваясь.

Что-то вновь коснулось штанины, но ненастойчиво, безразлично. Что-то просто плавало рядом, тяжелое и большое.

Громов протянул руку и ткнулся пальцами во что-то мягкое, но упругое. Похоже на резину, обтянутую тканью… Это может быть…

Пилот отдернул руку и поспешно сделал два шага по стенке. Потом поспешил дальше, перебирая ногами.

Ему не хотелось оставаться рядом с человеческим трупом.

Через несколько шагов вода спала. Шмякая мокрыми ботинками, пилот вышел на сухой пол, а еще через пару метров наткнулся на ведущие вверх ступени. Ступени привели к двери, которую Руслан распахнул настежь, навалившись плечом.

И тут же скривился, закрывая ладонями глаза от кажущегося нестерпимым света. Когда отнял грязные пальцы от лица, то не смог сдержать радостного возгласа.

Перед ним был круглый зал, должно быть точная копия предыдущего. Сквозь проваленный купол на обломки кирпича и бетона с торчащими жалами ржавой арматуры падал дневной свет, проникая сквозь неплотные заросли молодых деревьев. Что-то давным-давно продавило толстенные стены бомбоубежища и ворвалось внутрь, оплавив края пролома.

Громов бросился мимо ржавых пультов и затянутых тонкими жгутиками вьюна шкафов, мимо истлевших скелетов на стульях и странных фиолетовых пятен на стенах. Наружу, скорее наружу!

Задел что-то ногой. По полу, шурша по песку, проехал штык-нож с расколотой ручкой, ржавый и тупой. Руслан, почти не думая, подхватил его, сжал в кулаке.

По обломкам пополз вверх, срываясь и съезжая. Цеплялся за тоненькие ветки, обламывая их. Подтягивался, впившись пальцами в крошащийся бетон, бился коленями о стену, стараясь найти опору. Кое-как выбрался, отполз в траву и перевернулся на спину, подвывая от усталости.

Он не знал, сколько пролежал вот так, впитывая разбитым телом земную прохладу. Возможно, несколько раз проваливался в короткий и тревожный сон, похожий на потерю сознания.

Потом внутренний голос сказал, что пора идти. Пилот открыл глаза.

Солнце припекало из недосягаемых высот. По щеке щекотно елозила сломанная травинка. А в нескольких сантиметрах, смущенно выглядывая из-под плоского бетонного обломка, торчала блестящая веретенообразная штука с глубоким черным цветом под кажущейся стеклянной поверхностью. Величиной с ладонь, не больше.

Руслан протянул руку и тронул пальцем находку. Потом еще раз. Взял в ладонь, ощущая приятную гладкую фактуру. Как только он сжал пальцы, руку охватило легкое онемение, приятное и расслабляющее.