— Красотками интересуетесь? — раздался вдруг мягкий, грудной голос.
Гард не слышал, как отворилась дверь.
Перед ним стояла женщина.
«Час от часу не легче! — подумал комиссар. — Только этого недоставало!»
Собственно, уютный будуар должен был подготовить Гарда к явлению «таинственной незнакомки», а не «таинственного незнакомца», и такая мысль подсознательно мелькала у него, когда он разглядывал комнату, но как-то не задержалась, проскочила мимо, и потому реальность потрясла его больше, чем можно было предположить.
— Красотками? — не понял сначала Гард, но тут же сообразил, что имела в виду незнакомка. И тогда он бросил на столик газету с изображением полуголой девицы и почти профессионально произнес: — А что? Недурна!
С одной стороны. Гард невольно сыграл себе на руку, произведя на даму недвусмысленное впечатление, но, с другой стороны, был этим внутренне бесконечно смущен.
Незнакомка плавно пересекла комнату и, присев на мягкое кресло напротив Гарда, улыбнулась. Она была определенно хороша собой. Темно-лиловое платье плотно облегало ее стройную маленькую фигуру. На плечи тяжело падали волнистые каштановые волосы. Никакой косметики на матовом лице, хотя отчетливо были видны морщинки вокруг умных глаз. Высокий, чистый лоб. Удивительная грациозность и естественность движений. Возраст? Гард никогда не умел угадывать женские годы. Он вообще терялся перед женщинами, не умея ни допрашивать их, ни вести с ними светские беседы.
— Давайте знакомиться. Дина Динст. С кем имею честь?
Глубокий, грудной голос приятно контрастировал с миниатюрной фигуркой. Гард приподнялся с дивана, поклонился и снова сел.
— Я хотел бы видеть шефа, — сказал он.
Дина Динст очаровательно улыбнулась.
— Я уполномочена представлять шефа, — сказала она. И вероятно, оставив надежду выяснить имя своего собеседника, по крайней мере на этом этапе разговора, без паузы добавила: — Итак, чего вы хотите?
Чего хотел Гард? Немногого. Он хотел выяснить, с каким ведомством имеет дело, кто его шеф, чем оно занимается и какова судьба Майкла Честера и еще ста сорока девяти детей.
Гард сказал:
— Вышла ошибка, мадам. Я уже докладывал вашему помощнику. Могу повторить.
Гард старался быть лаконичным, поскольку актер из него был неважный и убедительно сыграть гангстера он все равно не мог. Главное — не проявлять чрезмерного интеллекта, мало сочетающегося с ролью заурядного порученца.
— Повторите, — предложила Дина Динст.
Комиссар вздохнул: мол, надоело мне это дело!
— Вышла ошибка, мадам, — сказал он по возможности равнодушным голосом. — Мне ведено доставить груз обратно, мальчишку то есть.
— Кем ведено?
— А тем, кто мне приказывает, — схитрил Гард. — С грузом что-то напутали.
— Что именно?
— Черт его знает! С каким-то кодом.
Дина Динст с любопытством вскинула на Гарда глаза.
— Вам даже известно о коде?
— Я пользуюсь доверием, — сказал комиссар, «скромно» опуская ресницы.
И тут же он пожалел, что так опрометчиво помянул код. Очевидно, это считалось большой тайной, о которой не всем было дано знать. В другой бы ситуации Гард объяснил мадам, что даже самые страшные государственные секреты рано или поздно становятся известны большому кругу посторонних лиц, поскольку секреты сами себя не охраняют, а охраняются живыми людьми и, стало быть, утечка информации возможна. Эти слова могли бы показаться ей убедительными, и то обстоятельство, что сидящий перед нею рядовой порученец что-то знает о коде, не вызвало бы у нее подозрения. Но комиссар промолчал: умное оправдание выдавало его с головой, а глупо оправдываться все равно не имело смысла. Пусть думает, как хочет! — такая «философия» по крайней мере была характерна для Боба Лангера и Юджина Харри, когда Гард безуспешно обрушивал на них доводы, основанные на логике.
— Так, — кратко резюмировала Дина Динст. — А какова судьба девочки, которую должны были доставить вашим рейсом?
— Откуда я знаю? — добродушно ответил Гард. — Доставкой занимаются другие. Я выполняю более сложные поручения.
Его тупости мог позавидовать сам министр Воннел.
— Значит, не знаете. — Дина Динст задумалась. — Имя девочки вам известно?
— Нет.
— А ребенка, которого вы должны забрать?
Гард подумал: «Еще перепутают!»
— Майкл Честер.
— Кто вам назвал это имя?
— Эммануил Бент, вы же слышали, — сказал комиссар.
— Прекрасно. — Дина Динст даже повеселела. — Когда вам следует возвращаться?
— Сегодня же! — твердо сказал Гард. — Если я не выполню поручение, мне голову снимут, мадам, и даже вы не поможете.
Дина Динст вновь с любопытством посмотрела на Гарда. «Каким же я кажусь ей болваном, — подумал комиссар, — если она точно знает, что я _не тот_!»
— Вернуть ребенка невозможно, — улыбнувшись, сказала Динст.
— Почему? — внутренне холодея, произнес Гард. — Дайте мне мальчишку, три ампулы морфинила — и все дела!
— Мальчик уже в работе!
Не сдержавшись, она звонко рассмеялась.
От этих слов и от сопровождающего их хохота у Гарда мучительно закололо в пояснице. Пересилив себя, он изобразил на лице полное равнодушие.
— Ну что ж, тогда я вернусь на континент, доложу как есть, а вы, мадам, расхлебывайте сами.
— Вам нечего беспокоиться, — сухо заметила Дина Динст. — Мы уже доложили.
Вот оно что! Пока он спал, они, конечно, связались со своими людьми в Нью, получили исчерпывающую информацию, и разговор, который вела сейчас с Гардом эта женщина, имел, вероятно, единственную цель — разведывательную. Она тоже его прощупывала, как он прощупывал ее, но с несравненно большим эффектом: Гард был слепым, Дина Динст — зрячей.
Фигуры в игре постепенно занимали свои законные места. Скоро должен был наступить момент, когда обе стороны, закончив разведку, перейдут в решительное наступление. Но прежде Гард все же обязан сделать еще одну попытку выкрутиться малой кровью. И он пустил последний пробный шар.
— Да, дело серьезное, — сказал он, словно бы размышляя вслух. — Не знаю, чего вы там доложили, но мне точно известно: если мальчишка не будет доставлен, возможны крупные неприятности.
— Какие же? — с интересом осведомилась Дина Динст.
— Вмешательство официальных органов, — четко произнес Гард, явно нарушая границы избранного амплуа, но теперь это, кажется, уже не имело значения.
— Зачем вам заботиться о том, что не входит в ваши обязанности? — с улыбкой сказала Дина Динст.
— Вы так думаете? Хорошо. Тогда мое дело сделано. Мне что? — вновь прикинулся Гард. — Дали мальчишку — порядок, не дали — уеду без него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
