Читаем без скачивания От чужих берегов - Андрей Круз

– Есть какие-то разговоры, на нескольких каналах,– кивнула она.

– Дай послушать,– протянул я руку.

Действительно, болтовня в эфире была. Похоже, говорили как раз на судах в заливе реки, где образовался импровизированный город. Какого-то «военного» обмена слышно не было – или просто дисциплину связи блюли, или говорить им было не о чем. Если местное воинство охраняет периметр и имущество внутри него, то у них уже давно все обязанности распределены, боевые расписания составлены, и болтать особо не о чем. Вот и молчат.

– Ну что, попытаемся связаться? – озадачился я.

Мне никак не удавалось определиться с решением, что же лучше: подкатить сначала к мосту и глянуть на него издалека или все же сначала попробовать установить связь? Решающую гирю на весы моих сомнений бросил Сэм, сказав:

– Я все же глянул бы сначала. Издалека и аккуратно.

– Фейс-контроль? – спросила Дрика.

– Вроде того, дочка,– подтвердил Сэм.– Хотя бы убедиться, что пост на мосту, если такой есть, стоит спиной к Порт-Артуру, а не наоборот.

Это да, все может быть. Пост быть должен – нет места удобней и безопасней, чем баррикада, устроенная на середине моста, висящего на огромной высоте. Подход к ней сперва по дамбе, потом по самому длиннющему мосту, и никак иначе. Но кто там сидит и зачем – лучше глянуть заранее. Сейчас на все лучше смотреть заранее.

Развернувшись, мы неторопливо поехали в обратном направлении, потому что вынуждены были огибать по часовой стрелке огромное болото, временами превращавшееся в настоящее озеро.

Пейзаж оставлял очень странное впечатление. Куда ни глянь – везде можно было увидеть возвышавшиеся над деревьями гигантские нефтяные танки, заводские корпуса, трубы и градирни, с другой стороны – фермы, затерявшиеся среди деревьев. Ближе к городку – вполне приличные дома с бассейнами, в которых явно должны были жить если не богачи, то те, кого относят к «верхнему среднему классу». Такие дома обычно в других местах привычно видеть, не среди индустриального пейзажа и гниловатых болот. Хотя где-то управление окружающих заводов тоже должно жить, верно? Должно было жить , если точнее. Пока ни одной по-настоящему живой души на глаза нам не попалось.

Граница городка не ощутилась: не было ни высотных домов, ни многоэтажек – ничего. Разве что дома стали чуть попроще, чем за городской чертой, и сбились немного теснее, но все равно застройка была куда как просторной. Проскочили пару магазинов, какое-то странное длинное здание с галереями и колоннами, заправки – людей не было. Зато были уже привычные зомби, давно превратившиеся в естественную часть городского пейзажа. Все больше неактивные, валяющиеся на земле или сидящие под стенами. На шум моторов реагировали вяло, хотя некоторые все же поднимались на ноги и тупо брели следом.

– Здесь вообще защищаться невозможно было бы, хуже, чем в Юме,– сказал я, разглядывая пейзаж за зарешеченным окном фургона.

– Почему? – спросила Дрика.

– Ни одну улицу перекрыть невозможно – все очень просторно, между участками даже заборов нет.

– Да? – чуть озадаченно переспросила она.

– Юма так и накрылась,– высказал я свое мнение.– Там вроде военные с полицией пытались что-то делать, но тоже самый глухой переулок шириной в главную улицу большого города. Банально не хватило сил перекрыть каждую дыру: мертвецы лезли отовсюду.

– Наверное,– кивнула она, подумав.– Я когда убегать собиралась из дома, еще думала, что нет ни одного места, к которому нельзя подойти сразу со всех сторон. У нас в городе такого не было.

– И в Амстердаме был, и видел другие подобные города. Все очень-очень тесно,– прокомментировал я.– При желании можно перекрыть все подступы. А учитывая количество каналов, то вообще прибрежный район можно изолировать начисто.

Не стал я добавлять, что из таких мест, если подступы перекрыли мертвецы, зато и не выбраться. Теснота тоже в обе стороны работает. Но у Дрики в Амстердаме оставалась мать, от которой ни слуху ни духу, так что лучше я не буду развеивать надежды.

Мысли сразу перескочили на моих. Они не в Москве, они в крепком каменном доме за ее пределами, вооруженные, запасшиеся едой, но… Но с тех пор как Интернет перестал функционировать, связи с ними не было. Вся надежда теперь на брата жены, который там вроде как за главнокомандующего оставался. Или, может быть, они уже дом покинули? Под Москвой военных хватает, еще тогда, когда экран моего лэптопа показывал страницы новостных сайтов, я узнавал, что многие из них принимали к себе людей. Я бы все же попытался в таком местечке пристроиться. Хотя… на каких еще условиях, тоже вопрос.

По крайней мере, мои начали готовиться к обороне сразу же, как только началось… хотя какое там «сразу же»? Готовиться мы начали тогда, когда я решил получить разрешение на покупку гладкоствольного оружия. Сходил, куда полагается, и через две недели вышел из магазина на Ленинском проспекте с помповиком «моссберг» в чехле и несколькими коробками патронов в сумке. А потом, еще через пару недель,– со вторым дробовиком, уже самозарядным. Именно тогда я стал готовиться, причем сразу ко всему, что может случиться. Есть оружие, умеешь стрелять, научил стрелять своих – и ты уже готов к каким-то большим проблемам, не суть важно каким.

Можно говорить что угодно, аргументировать как угодно свое нежелание и неумение владеть оружием, но, когда дело доходит до необходимости защищаться – вся эта болтовня облетит ненужной и глупой шелухой. Ни милиция, ни военные, ни МЧС, и никто другой не смогут вовремя добраться до каждой квартиры, помочь каждому, эвакуировать каждого и каждого же защитить. Если ты боец и тебе есть чем драться – ты не только защитишь себя, ты еще и другим способен помочь. Если же ты не можешь этого делать, несмотря на возраст, да и хотя бы по половым признакам должен мочь,– ты груз. Обуза, если говорить прямо. Из-за таких, как ты, не спасут какого-то старика, инвалида, женщину, ребенка – тех, кого действительно надо спасать. Ты своей беспомощной рыхлой тушей еще немного пригрузишь и без того глубоко сидящую лодку спасателей, добавишь веса в тот груз, который они должны дотащить до безопасного места.

Две недели хождений. Не купи себе новый мобильный или нетбук, в котором ты будешь гонять эльфа по сети не только дома, но и где попало, зарабатывая уровни и окончательно теряя мозговую связь с реальностью,– купи ружье: это ведь сопоставимые затраты. Научись стрелять. Защити тех, кого должен защитить, наверняка ведь такие есть у каждого. У кого семья, у кого родители, у кого друзья и родственники. Сделай что-то такое, что должен сделать мужчина. Или ты… эльф, наверное. Восьмидесятого уровня.

В таких размышлениях, сам того не заметив, проскочил до поворота на дамбу, попутно сбив фургоном мертвую собаку, подвернувшуюся под колеса. Ее туша прогрохотала под днищем, заставив немного подпрыгнуть и качнуться тяжелую машину, а затем ее еще пикап Сэма переехал. Должно хватить – одной зловредной тварью в этом мире меньше.

Сразу за поворотом обнаружились первые признаки присутствия организованных людей в окрестностях. Большой рекламный щит непонятно чего был обклеен кое-как белой синтетической тканью, а на ней несмываемой краской написано: «В Порт-Артур. Держись правее, мост слева закрыт для движения». Отлично, по крайней мере, это доказывает, что здесь действительно не анархия.

По правую руку остались сгоревшие останки бензоколонки «Шелл», затем мы увидели большое здание с выбитыми витринами, возле которого скопилось, сидя под стенами, немало мертвяков – местный «Уолл-Март». Затем дорогу с двух сторон стиснули байю, и она превратилась в дамбу, причем большая красная стрелка опять настойчиво направила нас на правую сторону, по которой мы и ехали.

– Притормози в том месте, где дорога раздваивается,– сказал в рацию Сэм.– Присмотримся к тому, что там впереди.

– Хорошо.

Так и сделали, прижались к обочине, не доезжая метров пятьсот до подъема на мост. Выбрались из машин, взялись за бинокль. Мелькнула у меня мысль понаблюдать в винтовочный прицел, он все же десятикратный, но потом я спохватился – а если за нами с моста наблюдает снайпер или кто-то за крупнокалиберным пулеметом, как он поймет такие мои действия? И решил глупостей не делать. Мудрое решение, как мне самому показалось.

– Держи,– сказал Сэм, передавая мне бинокль.– Они всерьез укрепились. Левый мост перекрыт, на правом есть проезд.

– Точно,– сказал я, разглядывая вполне серьезную баррикаду из бетонных блоков и бесчисленных витков колючей спирали.

Прямо за ней виднелись угловатые очертания верхней части корпусов двух БМП «брэдли», уставивших в нашу сторону длинные тонкие жала своих автоматических пушек. В самой стене укрепления тоже виднелись бойницы, и что в них стояло, мне было не разглядеть. Но наверняка ничего хорошего для нас, случись нам вести себя неправильно.