комнаты и коснулся ладонью прохладной поверхности плоского камня, лежащего на столе.
Помещение окутало лёгкое приятное свечение от магической вещицы.
Не было пути назад…
* * *
Мир Магии. Замок Леотира.
Из Триангулума всё ещё доносился рокот пулемётов и грохот взрывов, а в комнате с артефактами в особняке Леотира продолжалась интереснейшая беседа, которой не было конца и края.
— Не понял… — помотал головой Эмиль, прокручивая запись на камере, — Говоришь, обожглась о камень? — он посмотрел на Татьяну.
— Да, — кивнула та, инстинктивно потирая ладонь.
— И больше ничего? — он сощурившись покосился на Норанда и пробежался взглядом по остальным, включая учёных, — Никто ничего не заметил? — удивился дотошный мент.
Консультантки, словно сёстры-близняшки, синхронно покривили губами, пожали плечами и помотали головами. Вероника, состроив милую мордашку, прикусила язычок, а оборотень замялся и потупил взор.
Физики приготовились внимательно слушать.
— Но как так? Когда мы все услышали взрывы, Норанд говорил на своём языке, — начал пояснять Эмиль, — А Вы… — он обратился к Валерию Анатольевичу, -..Вы его поняли, без всяких переводчиков, — следователь ещё раз запустил компрометирующий кусок из видео. — Вот же! Смотрите! — И здесь пролезла его профессиональная наблюдательность, — А он, — Артурович кивнул в сторону аборигена, -..смею заметить, русского не знает, от слова «совсем» и свободно может общаться только на латыни.
— Поразительно! — мотнул головой Рубаков, — А я даже не обратил внимания, — он удивлённо усмехнулся.
— И кстати, — следователь уставился на оборотня, вновь установив на запись камеру, которую так вовремя подогнало начальство, — О каком таком надёжном укрытии Вы знаете и молчите до сих пор? — попёрло из Лазаревского мента.
Давненько он не «вытряхивал» информацию из подозреваемых. А тут, хлебом не корми, дала о себе знать привычка действовать на нервы и цепляться к словам, умело вырывая их из контекста.
— Ва-а-ау! — прикрывая ладонями рот, восторженно растянулась в улыбке Татьяна, до которой только сейчас дошло, что она сама лично активировала переговорщик. Сердечко заколотилось… — Это что, я сама? Это я так смогла? — красавица, смущаясь и часто хлопая ресницами, разрумянилась.
— Ну… если к случившемуся не приложила свои магические способности Вероника, — Эмиль улыбнулся и перевёл камеру на «темномагичку», -..то выходит, что сама.
Та в ответ, лишь вздёрнула носом и как-то лукаво взглянула на свою ученицу.
— Ух ты-ы-ы! Таню-ю-юха! Кру-у-уто! — восхитилась Юлия, не обращая внимания на кривлянья Вероники.
— Ясно… что ничего не ясно, — выдохнул следователь, — Ну так что, будем отвечать? — пытливый мент, вновь переключился на оборотня.
Тот недовольно поморщился…
И надо же было именно в этот момент случиться чуду, которое завладело вниманием Эмиля и отвлекло его от показательного допроса.
Таинственное волшебство зарождающееся за плотной парчовой занавеской, своим проскальзывающим холодным свечением и нарастающими звуками уже успело разжечь интерес у всех собравшихся.
Учёные, переглядываясь друг с другом, приготовились лицезреть очередное колдовство, наивно полагая, что кто-то из девушек, Татьяна или Вероника, а может быть и обе сразу решили продолжить демонстрацию своих навыков.
Однако, взволнованные и удивлённые лица обеих красавиц говорили об обратном.
Взмахом руки Вероника сдвинула занавес в сторону и перед любопытными зрителями предстало невероятное зрелище.
В нише стены, на изящной кованной подставке, лежала большая каменная книга, от которой исходило лёгкое приятное глазу свечение. Рядом в небольшом углублении жужжа и потрескивая, дёргался маленький металлический шарик — извещатель.
В комнате на минуту повисло молчание.
— Вот это да-а-а! — прошептала Юлия.
Девушка, конечно, видела ранее, как её подруга активировала «Магический лист» и отправляла сообщение, но вот как приходили послания — ни разу.
Впрочем и для всех остальных, кроме Норанда и Татьяны, это было ново и довольно-таки эффектно.
— Из Таматархи пишут, — пояснил оборотень и, без лишних объяснений, вспоминая как в подобных ситуациях поступал Леотир, смело подошёл к артефакту и коснулся своей рукой правого края каменной книги.
Продолжая снимать видео на камеру и поглядывая на остаточную ёмкость аккумулятора, Эмиль удивлялся этому уникальному зрелищу.
— Смотрите, смотрите! — Юлия указала рукой, — там появляются буквы!
— Pax optima rerum est, — Вероника прочитала вслух и, сказанное ей, моментально стало понятно всем присутствующим благодаря каменному переводчику у кресла — «Мир — самая ценная вещь».
— Но это же моё сообщение! — разволновалась Татьяна, — Я же посылала именно этот текст, — она расстроенно всхлипнула носом, — Получается оно не дошло до адресата? — девушка виновато взглянула на присутствующих.
— Хм-м-м, — Алексей Александрович потёр лоб, — Сигнал, дошёл отсюда в столицу княжества, — он активно жестикулировал, — Не был принят и поэтому без изменений вернулся обратно? И-и-и… получается, он дважды преодолел расстояние в несколько сотен километров? Как давно вы посылали своё сообщение? — Старобинский обратился к Татьяне, — Я бы хотел кое-что посчитать… — физик был на своей волне.
Консультантка задумалась.
— Смотрите! Смотрите! Эта надпись исчезает! — выкрикнула Юлия.
На глазах присутствующих поверхность каменной книги очистилась и вскоре на ней начал проявляться текст иного содержания.
Девушка осмелев, подошла ближе к артефакту и начала читать вслух послание, которое переводе звучало так:
«Я правитель Таманидского княжества Константин. Желаю вести переговоры..»
* * *
Да! Решился князь на довольно-таки рискованный шаг — выступить в роли парламентёра. Но иного пути в сложившейся ситуации он и не видел.
«Неведомая магическая сила», засевшая в замке волшебника, разгромила полностью лагерь эльфов и посланные на разведку в эти края, отряды княжеской дружины. При этом, после всего случившегося, «смертоносный иноземный вихрь», вершащий на Таманидских землях хаос, ранее назвав себя женским именем — «Tatiana», не посчитавший нужным представиться по титулу и званию, прислал пожелание «Мира» аж с двух магических листов одновременно.
Константину очень хотелось внести ясность в происходящее на вверенных ему территориях.
Фраза — «Мир — самая ценная вещь», в ответном послании для приветствия была выбрана не случайно. Князь посчитал, что если иноземцы направили ему текст однозначно трактуемого содержания, то они обязательно должны были понять, что и местные жители настроены к ним дружелюбно.
Однако, волнение Татьяны совершенно сбило всех с толку.
И лишь дальнейшее предложение Константина встретиться для переговоров и заключительная фраза на «магическом листе» — «Cedant arma togae», всё расставили на свои места.
* * *
— «Пусть на смену войне придёт мир», — повторил Рашид Алиевич, не сводя глаз с уникального артефакта, — Надо же… и здесь цитируют Цицерона, — тонко подметил физик, добавляя в схожесть миров ещё один элемент.
— А давайте напишем, что мы… — загорелась идеями Юлия.
— А давайте мы не будем ничего писать..
