Смех вырвался из нее, искренний и сладкий, осветив тонкие черты, доставляя ему тот же волнующий кайф, который обычно достигается только победой.
«Сфокусируйся!»
— ЧТЗ нам нужно как можно покинуть машину КМС, — сказал Вейл. — Пока полицейский не проверил номера. И я почти уверена, что мы в данный момент, словно рыба в бочке для других игроков.
ЧТЗ. КМС. Проверит номера. Поймет ли он когда-нибудь земную речь?
Почувствовав его замешательство, она сказала:
— Сокращения. ЧТЗ — Чтобы ты знал. КМС — какой мерзкий свинорыл. Я шучу, шучу. Как можно скорее. — Она постучала себя по подбородку. — Знаешь, если мне удастся украсть сотовый телефон, я смогу найти сообщения о появлении других воинов. Учитывая, что вы, ребята, появляетесь из ниоткуда всякий раз, когда проходите через невидимый дверной проем, я уверена, что люди обращают на это внимание.
Сотовый телефон?
— Хотя, возможно, было бы разумнее украсть деньги и купить телефон, так как существует огромное количество защитных установок на б/у устройствах… Чу-у-увак. Не могу поверить, что я так легко возвращаюсь к преступной жизни. — Простонав, она спрятала свое лицо в ладонях. — Кэрри смотрит вниз и разочарованно качает головой.
— Кто такая Кэрри?
— Другое исключение из правил. — Она подняла голову и мягко ему улыбнулась. — Она была моей любимой приемной мамой.
Пока она объясняла различные аспекты системы приемных родителей — переезд из одного странного дома в другой, некоторые хорошие, некоторые не очень хорошие, некоторые достаточно плохие, чтобы ей пришлось бежать и жить на улице, чтобы выжить, ему приходилось прилагать усилия, чтобы не отвлекаться. Так красива и добра.
Сильнее, чем он думал.
— Слово «любимая» означает, что у тебя было несколько приемных мам, — сказал он.
— Да. — Она кивнула. — У меня их было много. Кэрри единственная, с кем я поддерживала связь после того, как меня объявили взрослой, но она умерла несколько лет назад.
— Мне жаль, что твой отец позволил этому случиться с тобой, — сказал он. Ему была ненавистна мысль о том, что Вейл отвергнута человеком, который должен был любить ее, не имея собственной семьи — о ней заботились другие, как Минка — она страдала так сильно, что ей ничего не оставалось, кроме побега.
О, как ему понравилось убивать приемную семью Минки!
Желание отомстить за Вейл поглотило его, и он был готов положить головы мучителей к ее ногам. «Забудь о войне, хотя бы ненадолго. Что может испортить одно личное дело?»
Абсолютно все!
— Давай не будем делиться друг с другом другими личными подробностями, — прохрипел он. Как он и предупреждал Шайло, заводить друзей во время войны было глупо.
Боль промелькнула на ее лице, но она быстро взяла себя в руки, надев маску безразличия.
Он ненавидел боль и ненавидел эту равнодушную маску.
Ноксу нужно было выбраться из этой машины. Глотнуть свежего воздуха и начать двигаться. И ему нужно было избавиться от сладкого запаха Вейл, прежде чем разрушит свою жизнь, просто для того, чтобы сделать ее счастливой.
Отчаяние грызло его, когда он потянулся к дверной ручке.
— Пошли отсюда. Думаю, опасность миновала. — Его инстинкт молчал.
— Да. Хорошая идея, — сказала она, и ее колючий тон возродился. — Как гласит старая пословица, делиться секретами — значит ошибаться.
Если ему удастся прожить этот день, не вырвав свое сердце и не отдав его ей, он будет считать это победой.
Он вышел из машины и закинул сумку на плечо, глубоко дыша. Различные запахи смешивались вместе, благословенно заслоняя аромат Вейл.
Как только она встала рядом с ним, он взял ее за руку, не обращая внимания на то, как это правильно это ощущалось, окутал тенями свое оружие и повел ее вниз по тротуару. Мужчины отскакивали с его пути, а женщины останавливались, чтобы посмотреть.
— Эй, смотри. Мы сочетаемся, — сказала Вейл. — Черные рубашки и кожаные штаны кажутся нашей униформой. Команда Нейл. Нет, Команда Вейлокс.
— Мы — не команда, — сказал он по привычке. В Ивилэнде, он привык быть объектом восхищения и насмешек. Абстрагировавшись, он сосредоточился исключительно на своей миссии. Ничто не могло отвлечь его от мыслей.
Неужели смертный только что раздел Вейл своим взглядом?
Что-то темное и огненное вспыхнуло внутри Нокса. Похожее на ярость. Из-за такой мелочи? И неужели Вейл обязательно так чувственно качать бедрами?
Она врезалась в одного мужчину за другим, как будто физический контакт с незнакомцами был ее желаемой целью.
— Если бы твоя походка не была живым примером брачного танца, — промолвил он, — ты бы не так часто падала в объятия других мужчин.
— Гм, всегда, пожалуйста. — Она протянула руки, чтобы показать четыре миниатюрных кожаных мешочка. — Я отвлекала ребят, чтобы стащить их бумажники. Думаю, что у меня достаточно денег, чтобы купить телефон. — Освободившись от хватки Нокса, она вытащила из каждого мешочка листы зеленой бумаги. — Да. Весьма.
Она обчищала карманы, а он и понятия об этом не имел. Нокс провел языком по зубам.
«Соберись. Будь более внимательным».
После того как она бросила бумажники в металлическую корзину с надписью «Почтовая служба Соединенных Штатов», в животе у нее громко заурчало.
Новый укол вины заставил его рявкнуть:
— Я же сказал тебе съесть фрукты.
— Я так и сделала. Просто провела две недели с очень небольшим количеством пищи, поэтому мое тело требует больше, больше, больше.
Он расслабился, но лишь слегка.
— Очень хорошо. Я позабочусь о тебе. — Он не должен наслаждаться этой мыслью. Нет, не должен.
Почувствовав запах мяса и хлеба, он взял ее за руку и подвел к невысокому приземистому мужчине с седыми волосами, который держал в руках небольшой коричневый пакет. Еда должна быть внутри.
Седовласый остановился, поднял глаза и побледнел.
— М-могу я вам помочь?
— Твоя еда. Я хочу ее. Отдай ее мне.
Не колеблясь ни секунды, седовласый протянул ему пакет.
Вейл оттащила Нокса, прежде чем тот успел потребовать свой приз.
— Извините, обычно он ведет себя воспитано, — бросила она через плечо. Затем, свирепо посмотрела на Нокса. — Тебя арестуют, и я не буду вносить залог.
Что бы это могло значить.
— Ты не можешь просто забирать вещи у людей, — сказала она.
— А почему бы и нет? Ты взяла машину и несколько бумажников. — Может быть, и правильно.
— Я взяла тайно, из-за крайней необходимости. И меня снедает чувство вины за это!
Факт… не очень хорошо получилось.
— Мы посетим безопасный дом Ронана, купим телефон, а потом купим еду. Если Ее Высочество согласны?
— Согласна, — сказала она с насмешливым реверансом.
Внутренняя навигация заставила его обогнуть еще два угла, пока он не наткнулся на большой каменный дом.
— Вот он.
— Мне следовало догадаться, что чей-то древний безопасный дом, в конце концов, превратится в кофейню.
Нокс вошел, прохладный воздух прогнал тепло, оружие все еще было скрыто тенями. Вейл осталась позади него. Аромат… Он не был уверен, что это такое, но ему понравилось.
— Я собираюсь заказать пару напитков, — пробормотала Вейл.
— Делай то, что должна. Пока он обходил здание, изучая стены, столы и стулья, даже пол, она стояла в очереди и разговаривала с кем-то, стоящим за деревянной стойкой.
Под новым букетом ароматов он уловил предательский аромат Ронана; что-то, что заставило его подумать о пустынном оазисе, купающемся в солнечном свете. Мужчина приходил недавно, но не задержался надолго.
Нокс решил не утруждать себя расспросами землян. Он не поверит ни единому их слову.
Вернется ли сюда Ронан?
Если Нокс подождет и Ронан вернется, их драка привлечет внимание властей. Свидетели доставят неприятности.
Вовлечение смертных не было запрещено, но за этим последуют осложнения. Ему придется увести воина на безлюдную местность, а это будет не менее проблематично.
