Комната выглядела размыто. Элемин замечала какие-то отдельные предметы, но тут же забывала о них, переводя взгляд на следующие. Её внимание привлекло странное светящееся пятно на стене. Прищурившись, лучница приблизилась к нему, и поняла, что там находится небольшая ниша, а в ней… девушка затаила дыхание, осознав, что именно испускает столь яркое сияние: осколок Камня порталов, похожий на тот, что они с Фарланом нашли в ледяной пещере. Элемин поднесла руку, чтобы дотронуться до него, и её обожгло болью.
Девушка резко проснулась и села. Секунд десять ей понадобилось на то, чтобы вспомнить, где она находится.
— Кошмар? — с пониманием протянул Фарлан, сидящий напротив.
— Не думаю… — неопределённо ответила лучница.
Элемин легла обратно и попыталась уснуть, вслушиваясь в завывания холодного ветра. Однако приснившееся всё никак не выходило у неё из головы.
— Куда мы пойдем теперь? — наконец нарушила тишину она.
— Сейчас главное — покинуть горы как можно скорее. Тёмные эльфы не отстанут от нас… В горах они как дома, а северо-восточные леса для них непривычны, поэтому у нас будет больше шансов оторваться.
— Может, мы могли бы отправиться в Фальтер? — осторожно поинтересовалась девушка.
— Зачем тебе туда? — с подозрением посмотрел на нее эльф, — решила сдаться, чтобы Крадущиеся приняли тебя обратно?
— Ты прекрасно знаешь, что они не позволят мне вернуться. Скорее всего, даже если отдам им осколок.
Эльф безразлично пожал плечами:
— Тогда что ты забыла в Фальтере?
Немного помедлив, Элемин всё же пересказала ему свой сон.
— Я бы мог поверить в это, если бы сам не убедился, что твоя магия надёжно заблокирована… Поэтому, думаю, это всего лишь сон, — высказался эльф.
— Дело не только в этом. Теперь, после этого сна, я наконец вспомнила… Как-то раз я видела, что отец ночью принёс нечто подобное. Он думал, что я уже сплю, потому не стал плотно закрывать дверь в кабинет. Услышав, что он вернулся, я проснулась и встала, потому что в тот раз он уезжал надолго, и я сильно по нему соскучилась. Однако я не решилась войти внутрь и осталась стоять около входа. В узкой щели двери я видела, как отец спрятал какой-то светящийся камень в потайной сейф. В тот момент я не придала значения этому, решив, что это как-то связано с его работой. Денталион всегда старался ограждать меня от подобного, поэтому вскоре я забыла о загадочном кристалле. Но сейчас поняла, что он был очень похож на осколок, который мы нашли сегодня.
Фарлан надолго задумался, прежде чем ответить, и Элемин уже решила, что он вновь откажет.
— Тогда это всё меняет. Поездка в Фальтер будет опасна, но в данный момент у нас больше нет никаких подсказок насчёт того, где искать остальные осколки… Однако окончательное решение будем принимать тогда, когда покинем горы.
Элемин кивнула, вполне довольная его ответом. Девушка решила, что даже если Фарлан не захочет ехать в Фальтер, то она поедет туда одна, чтобы проверить свою догадку. Сообщать это вслух она не стала, подозревая, что рыжеволосый мечник такое решение не одобрит.
Однообразное путешествие по горам продолжалось ещё пару недель. За это время Элемин с Фарланом несколько раз столкнулись с небольшими отрядами тёмных эльфов, но спутникам удалось отбиться. Один раз среди них был демон, которого Фарлан победил без особых сложностей, воспользовавшись зачарованным мечом. Контроль над собой в этот раз он не потерял.
— Демоны настолько опасны? Почему нельзя допустить, чтобы они властвовали в нашем мире? — по правде говоря, Элемин не слишком волновало это, просто ей было скучно идти в тишине, а болтовня с Фарланом — единственное развлечение, которое она смогла придумать.
— Им нельзя доверять. Они могущественны, жестоки и властолюбивы, — ответил эльф, озираясь вокруг.
— То же самое можно сказать и про некоторых людей.
— Но демоны ненавидят людей и желают сделать их всех своими рабами, а если не получится — уничтожить. Ты хотела бы иметь такую судьбу?
— Ну по сути я уже была рабыней короля, пока не сбежала. Он мог отдать любой приказ Крадущимся, и мы были обязаны его выполнить независимо от своих желаний.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ошибаешься, у тебя всё-таки была какая-то свобода. Иначе как бы ты оказалась здесь?
— Ладно, может, в чём-то ты и прав, — признала девушка, — жаль, что я не рассказала обо всём Ламберту… С ним нам было бы проще.
— Что за Ламберт?
— О, я разве не рассказывала? Это мой напарник. Мы с ним давно вместе, ещё со времён учебы в Академии. Ты же знаешь, я попала туда позже, чем другие. Большинство детей начинают обучение с пяти лет, а мне к тому моменту было уже семь. Сначала было очень трудно… Все они уже что-то умели, а я казалась совершенно бесполезной. Обращение с оружием, изготовление зелий, воровские навыки и общение — во всем я была хуже других. Отец надеялся, что меня ждёт спокойная жизнь, поэтому не научил меня ничему из этого.
Фарлан внимательно слушал ее, не перебивая. Редко когда она рассказывала о своем прошлом так охотно.
— Академия находится в окрестностях Фальтера. До столицы не меньше целого дня пути, поэтому мы жили там же, где и учились. Иногда нас отправляли на задания в близлежащие города или даже в сам Фальтер, но я всё равно виделась с отцом очень редко. Изначально у меня не было друзей: никто не хотел общаться с такой неудачницей. Но годы шли, я перестала быть худшей в нашей группе, и на меня постепенно стали обращать внимание. Ламберт стал моим самым близким другом. Обучение заняло двенадцать лет. А в конце было финальное испытание… — девушка вздохнула, вспоминая об этом.
— Ты можешь не рассказывать, если тебе тяжело вспоминать это, — предложил Фарлан, заметив её реакцию.
— Нет… Всё нормально, я должна поделиться… — помотала головой Элемин, — к концу обучения осталось всего десять человек из двадцати двух. Нас заперли в огромном загородном особняке, где воздух, казалось, пропитался смертью. Преподаватели объявили, что четверо учеников, которые останутся живы до рассвета, будут признаны завершившими обучение и станут полноправными агентами. Мы должны были убивать людей, с которыми учились вместе, понимаешь? Спрятаться где-нибудь и переждать было нельзя: они следили за нами и не позволяли этого. Это была самая ужасная ночь в моей жизни… Наверное, я выжила лишь потому, что Ламберт был вместе со мной. Мы справились, потому что действовали сообща.
— И что, неужели преподаватели разрешили это?
— Нам ничего не сказали. А когда наступил рассвет — самый долгожданный для меня рассвет — то мы стали одними из победителей. Позже нас сделали напарниками — младшие агенты всегда работают в парах.
— Жестоко. Денталион никогда не рассказывал об этом.
— Насколько я знаю, раньше такого не было. Но с тех пор, как бывший глава королевской разведки, Леонхарт, умер семь лет назад, его место занял герцог Лерайе, и многое начало меняться.
— Любопытно…
Элемин не сразу заметила, что количество снега значительно уменьшилось, и вскоре на земле остался лишь тонкий белый слой. Идти стало проще, но теперь постоянно промокали ноги, поскольку земля была размокшей.
— Кажется, мы были в горах так долго, что зима уже успела закончиться… — недовольно пробормотала лучница, в очередной раз проваливаясь в грязную лужу.
— Нет, мы всего лишь спускаемся с гор, и в этих краях значительно теплее, — терпеливо пояснил эльф, — если всё пойдет по плану, то достигнем Траума дней через девять, а там будем искать корабль до Фальтера.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Воодушевлённая его словами, Элемин зашагала вперёд с новыми силами. Ещё немного, и они покинут дикие края, которые уже порядком ей наскучили.
Совсем скоро снег полностью исчез, и девушка вспомнила забытое за несколько месяцев чувство: как же приятно пружинит под сапогами земля, покрытая травой. Тёмные эльфы им больше не встречались, путешественники оставили их владения за спиной, и потому теперь могли немного расслабиться. Шаг за шагом они углублялись в хвойные леса. Элемин с восторгом оглядывала высокие сосны, пушистые ели и мощные кедры, её радовало это изменение пейзажа. Время от времени им на пути попадались маленькие ручьи. Вода из них была кристально чистой и ледяной, от неё ломило зубы, но несмотря на это она обладала потрясающим вкусом. Девушка наконец смогла отогреться: благодаря тёплому климату им теперь не приходилось каждую ночь кутаться в плащи и прижиматься ближе к огню, чтобы не окоченеть от холода.
