Отстранившись от своей спутницы, Дэниел, сдвинув брови и сжав в тонкую полоску губы, медленно направился к Дженнифер и Брендону, расстегивая пуговицу черного пиджака, срывая галстук и верхние пуговицы на рубашке.
Музыка закончилась, и Дженни, чтобы окончательно разозлить Дэниела, резко притянула к себе Брендона, впиваясь со всей силы в его губы, оставляя след крови на нижней губе. Звучит следующая композиция Криса Айзека «Wicked Game». Тесно прижавшись к своему партнеру, Дженнифер кладет голову на его плечо и, довольная своей выходкой, закрывает глаза. Невероятно счастливый Брендон в предвкушении скорой победы вдруг вздрагивает, заметив подошедшего Дэниела.
– Добрый вечер, Брендон, Дженнифер. С наступающим Рождеством! Позволь-ка, дружище, твою партнершу, – не дожидаясь разрешения, Дэниел выдергивает раскрасневшуюся Дженнифер из рук Брендона и, заключив её в объятия, страстно целует в губы, давая Брендону понять, что тот может быть свободен. Оторвавшись от губ Дженнифер, Дэниел устремил на нее взгляд, перемешанный с болью, страстью, гневом и любовью одновременно. Оскорблённому и униженному Брендону ничего не остается, как уступить, но положение спасает Брук, тут как тут очутившаяся рядом с Брендоном.
Глава 18
– Ты специально спустила так низко штанишки? Чтобы были видны трусики? Это приглашение? – облизывая нижнюю губу, спросил, сладко улыбаясь, Дэниел.
– Может, и приглашение, только не для тебя, – в упор глядя на него, Дженнифер тоже облизнула губу.
– Врёшь, – коварно прищурив глаза, прошептал Дэниел.
– Что ты тут делаешь? – вскинув брови, удивилась Дженни.
– С тобой танцую. Зачем ты выстригла челку? – поправив непослушные волосы, искренне удивился Дэниел.
– Тебе не всё равно? – фыркнула Дженни, отворачивая лицо.
– Опять дерзишь? Знаешь, мне очень приятно, что именно сегодня на тебе мои трусы, – залезая под джинсы, Дэниел оттянул широкую резинку боксёров и, слегка щёлкнув ими, заставил Дженни глубоко вздохнуть и раскраснеться еще сильнее, словно елочный красный фонарик, подобно тем, что висели в основном зале на высоченной, почти под потолок, елке.
– Не лапай меня, – вынув его руку из джинсов, прошипела Дженни. – Не пора ли тебе вернуться к своей девушке? Она уже явно скучает без своего кавалера, – кивая в сторону, заметила Дженни.
– Моя девушка сейчас в моих объятиях, а до остальных мне нет никакого дела, – снова залезая к Дженни под джинсы, Дэниел сильно сжал её ягодицы и, не говоря больше ни слова, ворвался в её губы сладким, страстным поцелуем, отчего Дженни затрепетала в его объятиях, не в силах отстраниться от столь желанного и в тоже время ненавистного мужчины. Нежно лаская своими губами губы Дженни, её язык своим языком, посасывая и дразня, Дэниел с каждым поцелуем становился всё более настойчивым, жадным и совсем не хотел скрывать своего желания. Не обращая внимания на взгляды гостей, которые с интересом поглядывали на них и о чем-то перешёптывались, Дэниел, не отрываясь от Дженни, умело продолжал вести её в танце.
Обескураженная его смелостью Дженнифер даже забыла, где она, она забыла, что на них смотрят, может быть, даже осуждают ее, она забыла обо всем, полностью отдавшись своему партнеру.
Танец неожиданно закончился, вместе с ним закончилось и волшебство этого танца. Очнувшись, Дженни испуганно стала оглядываться по сторонам, заметив косые, насмешливые взгляды танцующих. Сгорая от стыда, вырвалась из объятий Дэниела и, продираясь сквозь толпу, направилась к выходу, не заметив обиженного Брендона и обалдевшей Брук. Дженни хотела как можно быстрее спрятаться ото всех, не видеть и не слышать эти насмешки. Выскочив из зала, Дженнифер оказалась в пустом холле и, еле дыша, начала судорожно соображать, куда бежать дальше.
– Дженнифер, стой, – окликнул ее Дэниел, хватая за локоть. Подхватив девушку на руки, он устремляется на второй этаж.
– Как стыдно! Какого чёрта ты поцеловал меня на глазах у Брендона и на виду у всех? – разрыдавшись, спросила Дженни.
– А ты сама не догадываешься? – занося в спальню, вопросом на вопрос ответил Дэниел. – Дженнифер, прекрати уже дуться на меня! Теперь я полностью чист перед тобой и, чтобы ты знала, что я тебя не стесняюсь, а уважаю и безумно люблю, поцеловал у всех на глазах! И Брендон теперь тоже знает, что ты моя, и только моя! Понятно тебе это? – укладывая её на кровать, воскликнул Дэниел.
– Я уже жалею, что рассказала тебе о своих планах на вечер. Я так жалею, что согласилась прийти сюда. Я так и знала: ты специально появишься здесь с какой-нибудь девкой, чтобы позлить меня. Зачем ты это делаешь? Это что забавляет тебя?
– Я просто хотел, чтобы ты так же сильно ревновала меня, как я тебя. Черт! Сколько мне ещё нужно доказывать, что я люблю тебя?! Я бегаю за тобой, словно преданный пёс! Что ты делаешь со мной?! – воскликнул в сердцах Дэниел. – Дженни, давай забудем все обиды! Не заставляй меня больше унижаться! Я и так задвинул куда подальше свою гордость. Я не знаю, как тебе ещё объяснить, что мне нужна только ты! – присаживаясь на край кровати, Дэниел обхватил голову рукой и тихо застонал. – Можно я прижмусь к тебе?
– Можно, – тихо ответила Дженнифер, не в силах сопротивляться. Тут же прижавшись к любимой девушке, Дэниел распустил мягкие длинные волосы и, зарывшись в них, глубоко вдохнул аромат любимой женщины, ощущая теперь всем сердцем невероятное счастье и покой.
– Мне нравится твоя блузка и твои приспущенные штанишки, твои ботинки и челка, которую ты остригла. И мне чертовски приятно, что ты в моих трусах. Я люблю тебя! Почему ты молчишь?
– Мне страшно. Я тебе не верю, прости, – повернувшись к нему, прошептала Дженнифер.
– Я понимаю тебя и не обижаюсь. Дай мне немного времени, я изменюсь, я обязательно изменюсь. Наберись только чуть-чуть терпения.
– Ты серьезно?
– Серьезнее не бывает. Я очень люблю тебя, малышка. Люблю! О, слышишь? Часы пробили полночь, с Рождеством! – навалившись на Дженнифер, Дэниел бережно расстегнул пуговицы на ее блузке и ласково, не торопясь, стал осыпать Дженни страстными, сладкими поцелуями.
– С Рождеством! Дэниел, что ты делаешь? – захихикала Дженни, распаляясь от его ласк.
– Я люблю тебя, я просто люблю, – стягивая с Дженни джинсы и трусики, Дэниел ловко расстегнул ширинку на брюках, выпустив на свободу своего «друга», и осторожно овладел Дженни, издав тихий сладостный стон.
– Дэниел, Дэниел, – задыхаясь от любви, только прошептала Дженнифер. Обхватив его ногами и запустив пальцы в его волосы, она, полностью растворяясь в нем и отдавая всю себя без остатка, позабыв все обиды, снова окунулась в то счастье, которое ей дарил Дэниел.
