Читаем без скачивания Зрячий - Олег Быстров

Так мы и уехали, провожаемые его тоскливыми взглядами и плаксивыми стенаниями, пообещав прислать помощь из ближайшего полицейского участка.

Кабриолет, подозрительно поскрипывая и постукивая на каждой кочке, доставил нас к особняку. Так мы и явились в Агентство: покрытые с ног до головы толстым слоем пыли и грязи. Камзол Евы утратил свой первоначальный цвет и выглядел теперь однородно серым, пышный хвост волос превратился в жалкую кисточку, и только глаза горели на перепачканном лице неукротимым огнем.

Я пребывал всё в той же кожаной жилетке, которую дал мне Рубец, в наплечниках и наколенниках. Перчатки куда-то пропали, и я совершенно не мог вспомнить куда. Волосы стояли колтуном, и вдобавок к дорожной грязи весь я был покрыт бурыми пятнами самого неприятного вида.

В Агентстве нас ждали. В приемной снова дежурила Лили, она попыталась нам улыбнуться, улыбка получилась жалкой, и девушка сразу же попросила подниматься наверх, к господину директору. В директорском кабинете, помимо господина Аусбиндера, находились агент Серый, расположившийся у окна с независимым видом, и статный седой полицейский с полковничьими погонами, нервно мерявший шагами комнату.

Директор сидел за столом. Он оценил наш внешний вид покачиванием головы и жестом пригласил садиться. Полицейский тут же подошел и замер в шаге от нас, вытянувшись в струну и вздернув подбородок. Агент отвернулся и стал смотреть в окно.

– Не знаю, будет ли для вас новостью, оператор, – начал господин директор, обращаясь ко мне и будто не замечая до поры Еву Марию, – что в районе заброшенного цирка в Предместье обнаружены тридцать два мертвых тела. Сейчас туда направлены все мобильные силы Криминальной и Тайной полиции. Господин начальник Крипо, полковник Штотц, – жест холеной кисти в сторону седого полицейского, – поедет туда тотчас же после ваших объяснений. Мы слушаем вас…

– Сегодня с десяти утра, – ровным голосом начал я, – на арене старого цирка поводилась встреча сообществ исторического фехтования «Спата» и «Елмань». Я участвовал в качестве приглашенного… – и без выводов и ненужных подробностей изложил суть событий, ровно до того места, когда за мной погнался старшина.

Полицейский полковник кивал. Не знаю, насколько его удовлетворил мой рассказ, но свое место в расследовании он, определенно, знал и что в государственные секреты его не пустят, тоже понимал. Главный полицейский произнес короткую, но прочувствованную речь о распоясавшихся хулиганах, взявших моду махать мечами, уточнив, что, мол, и на них найдется управа. С чем и откланялся: «Извините, господа, я должен лично руководить работой своих людей!»

Мы не возражали. Напоследок полковник напомнил, что позже мне придется дать подробные показания полицейским дознавателям. Что ж, мне не привыкать…

Как только дверь за ним затворилась и в комнате остались лишь посвященные, господин Аусбиндер дал волю чувствам:

– Какого черта, Мартин! Я же вам говорил, да что говорил – приказывал: работать с архивами, документами, учеными мужами. Кто просил вас лезть на рожон, размахивать саблей и рисковать порученным делом?

– Но господин директор, я лишь собирался познакомиться с людьми. Поговорить, разузнать подробности, – сделал я попытку отбиться. Не хватало еще, чтоб озабоченный руководитель отстранил меня от поисков. С него станется, передаст всё та́йникам – недаром же агент Серый в этом кабинете? – и дело с концом. Точнее, конец делу.

– Разузнали, поговорили?

– Не успел. Кто мог предполагать, что именно в этот день и час маньяк устроит там кровавую баню? – и следом я рассказал всё остальное: про информационную работу, про то, как засек маньяка поблизости от Арены и как Ева спасла меня от разъяренного старшины.

– Представление, стало быть, устроено в вашу честь? – Директор остро взглянул на меня и следом удостоил вниманием Еву. – А вы, сударыня, как вы оказались вовремя в столь нужном месте?

Ева еще выше вздернула благородный подбородок. Ровным голосом, чеканя слова, поведала она окончание истории. Пришлось сознаться и в нашей договоренности.

– Я восхищен! – с сарказмом воскликнул директор и трижды хлопнул в ладоши, подчеркивая степень этого своего восхищения. – Мой оператор и региональный эксперт составляют этакий заговор и бросаются сообща в романтическое приключение, а я, непосредственный руководитель и начальник, ничего не знаю. При этом оператор нарушает прямой приказ, а эксперт ему в этом потворствует. Как это понимать?

Ответить было нечего. Мы действительно действовали на свой страх и риск, нарушая и субординацию, и все имеющиеся предписания.

– В итоге блестяще спланированной и ювелирно проведенной операции мы имеем тридцать зарубленных плюс одного застреленного. Спасибо, теперь хоть ясно, что это результат снайперских упражнений нашей уважаемой госпожи Сантос. Кстати, есть еще один, обнаруженный за оградой Арены. Изрублен так, что фрагменты тела собирали по кустам. Сейчас туда съезжаются все самые высокопоставленные лица, наделенные очень серьезными полномочиями. Дело получит широкий резонанс, ни о какой секретности уже речи быть не может. Контроль будет осуществляться с самого верха.

Директор еще долго упрекал нас с Евой, сетовал на судьбу – теперь именно ему придется улаживать вопрос об убиенном старшине. Я же размышлял о том, как образовался последний погибший. Почему за оградой? Кто-то сражался в кустах, покинув Арену? Зачем? На площадке гораздо удобнее, больше места, да и происходило всё на глазах.

Волна навязанного поведения накрыла всех участников трагедии сразу, с головой, застигнув на месте. Сомнительно, чтобы морок погнал кого-то за ограду, хотя полной уверенности у меня не было.

– Не стоит пенять оператору Мартину за его инициативу, – вдруг прогудел от окна агент Серый. Ева с удивлением воззрилась на него, и господин директор представил:

– Специальный агент Серый, Отдел глубоких исследований Тайной полиции.

Ого, уже специальный агент! Наш новый знакомый повышает свой статус на глазах. Похоже, он пока единственный, кому удалось составить на этом деле определенный капитал.

– Я также давал оператору некоторые рекомендации по соблюдению осторожности, – продолжал Серый, – но что теперь говорить – сделанного не воротишь. Однако благодаря его усилиям мы теперь имеем не только неоспоримый факт наличия самого злоумышленника, но и неприглядности, чтоб не сказать большего, его методов. Если сам по себе случай в «Blue café» еще можно рассматривать как случайность, то происшествие на Арене двоякое толкование исключает. Это уже система. Методы его, – тут он взглянул на меня, – связаны с жертвоприношением?

– Не совсем так, скорее это поединок, схватка, но обязательно со смертельным исходом для противника. По какой-то причине ему необходимо пролить кровь ради достижения нужного результата.

– Подытожим, – продолжал агент, взяв на себя роль ведущего. – Есть человек, имя которого неизвестно. Мы называем его по-разному, но пока для простоты можно обозначить как маньяка. Этот термин будет сегодня наиболее корректным. Конечная цель, которую преследует маньяк, нам не ясна, хотя ничего хорошего, судя по всему, задумать он не мог. Поэтому будем рассчитывать на худшее. О нем вообще ничего не известно, кроме одного – человек этот активно разрабатывает, а может, и уже овладел методикой навязанного поведения, направленной как на отдельных людей, так и на группы. Методика эта требует кровопролития. Мне удалось просмотреть полицейские сводки. Непосредственно перед казусом с Коргом, а до этого и в Абитаре, и в случае с банковским клерком в Капиталле – всегда накануне были зафиксированы странные, немотивированные убийства, произведенные одним и тем же способом. Уверен, вы уже догадались каким. Совершенно верно, люди зарублены холодным оружием с длинным клинком: саблей, тесаком, палашом или мечом. Личности убитых не представляли для полиции большого интереса, мотивы остались невыясненными. Дела повисли как не имеющие следственной перспективы.

– Значит, он берет меч, находит жертву и, совершая процедуру, рубит ее в куски – заключил я. – Эти люди имели отношение к клинкам – изготовлению или продаже?

– Нет, о таком аспекте никто не подумал, и теперь это предстоит выяснить.

– А те члены «Спаты», которые пропали? Вы о них говорили…

– Тоже ноль информации. Тела не найдены, выяснить место их пребывания, если таковое существует, не удалось. Боюсь, в свете новых данных и не удастся.

Серый сделал паузу, выпил воды из графина и продолжил:

– Первый групповой опыт привел к смерти одиннадцати человек, второй – тридцати двух. Как вы считаете, Мартин, ваше участие в обоих эпизодах – случайность или спланированное действие?

– Скорее, удачное для маньяка стечение обстоятельств, – ответил я. – Не думаю, что он убивал такое количество людей ради меня одного, но и я ему мешаю. Во всяком случае, он знает о моих поисках и пытается им воспрепятствовать.