Книга была отпечатана. Надо было браться за новую работу. Чтобы выбиться из нужды, теснившей со всех сторон, приходилось упорно и беспрерывно трудиться. Надо было вновь доставать бумагу и печатать новые книги. Средства на это можно было выручить от продажи первой книги львовской типографии. Но книги не продаются так быстро. Нужно время, чтоб их распространить. Нужно терпеливо ждать, пока они снова превратятся в деньги. Но Федоров не мог позволить себе роскошь бездейственного ожидания. Ему нужны деньги немедленно, чтобы приобрести материалы и начать работу снова. Он обращается к ростовщикам. Теперь дело уже внушает доверие настолько, чтобы ссудить ему деньги под ростовщические проценты: в крайнем случае, всегда ведь можно забрать за долги книги и типографское имущество.
Торговцам же он поручает и продавать свои книги. Прежние переписчики книг могли работать непосредственно на отдельных лиц, выполнять частный заказ. Ивану Федорову приходится отдавать свои книги купцам, и те, конечно, не упускают случая положить в карман значительную часть вырученных денег. Они наживаются на его тяжелом труде. Через три месяца после отпечатания «Апостола», 12 мая 1574 года, Федоров уже уполномочил своего соседа Кассиана взыскать с некоего Ивана, очевидно купца, тридцать два злотых за взятые у него книги.
В том же месяце Федоров берет взаймы у соседа Сеньки Седельника (Сидляра) семьсот польских злотых. Деньги большие. За десять злотых можно было купить хорошую рабочую лошадь. Ссуда дана была на восемь месяцев под залог типографии. Ростовщик Сенька Седельник, судя по его прозвищу, был, видимо, разбогатевший ремесленник, выбившийся в купцы. Оказывая соседскую услугу Ивану Федорову, он опутывал его ростовщическими сетями.
Во Львове Федоров продолжал обучать Гриня. Научив всему, что умел сам, — художественно отливать шрифты, тонко полировать каждую букву, — он отдал Гриня в ученье другим мастерам и, несмотря на собственную нужду, ухитрялся выкроить средства, чтобы платить за обучение своего помощника. Благодаря Федорову Гринь усвоил еще малярное и столярное дело.
У соседа Сеньки Седельника был сын Сашка. Он тоже интересовался делами печатника. Но его привлекало не самое ремесло, не искусство книгопечатания. Он все высчитывал, сколько можно заработать на напечатанных книгах, где и кому можно их продать. Сашка был в курсе всех денежных счетов отца с Федоровым и быстрее его мог в любой момент вычислить, сколько уже должен уплатить печатник за полученную ссуду. Он очень скоро сообразил, что дело Федорова выгодное, но что самому печатнику, постоянно занятому в мастерской, не шныряющему по базарам и ярмаркам и не умеющему завязать нужные знакомства, не сбыть своего товара и не обойтись без посредничества.
Про себя Сашка решил не отставать от печатника, при котором можно поживиться. И он всегда вертелся возле Федорова, интересовался его делами, лез в дружбу, приводил покупателей на книги, не забывая при этом, конечно, собственной выгоды.
Очевидно, Федоров еще что-то напечатал в своей львовской типографии, но, что именно, неизвестно: другие книги из его типографии до нас не дошли, остались лишь глухие намеки в городских бумагах.
Ивану Федорову не удалось поставить дело на прочную материальную базу. Типография не только не приносила дохода, несмотря на очевидную выгодность этого предприятия, но даже не возмещала расходов. Книгопечатник все более запутывался в долгах и скоро убедился в полной невозможности вести так дело дальше.
В это тяжелое время Иван Федоров получил приглашение от князя Острожского устроить типографию в его имении.
Имя Острожского было знакомо Федорову. Константин Острожский вместе с Григорием Ходкевичем боролся против Люблинской унии в 1569 году. В последние годы о нем все чаще говорили, как о защитнике православия, человеке, ненавидящем иезуитов и борющемся против ополячения. С этой же целью хотел он завести и типографию. Иван Федоров принял предложение. Типографию и книги он оставил сыну и покинул негостеприимный Львов.
События в Юго-Западной Руси за время пребывания там Ивана Федорова нарастали с необычайной быстротой. Со времени Люблинской унии польские паны приобретали все большую власть, оттесняя литовских магнатов. Но особенно усилили они притеснения в Юго-Западной Руси. Пособниками и вдохновителями польских панов и короля Польши оказались иезуиты.
Иезуитский орден, основанный лет за двадцать до описываемых событий, имел своей целью распространение католичества всюду, где это представлялось возможным. При этом открытую проповедь своих взглядов иезуиты считали последним и наименее ценным средством. Они предпочитали более «верные» пути: обман и шарлатанство, лицемерие, шпионаж и, наконец, грубое насилие, как только перевес оказывался на их стороне.
Иезуиты появились в Польше около 1565 года.
Иван Федоров, прибыв в Юго-Западную Русь, мог видеть первых иезуитов. Но они держались тогда еще скромно, не выдавая своих замыслов. Они только втирались в доверие и старались быть ласковыми со всеми.
Мы увидим дальше, какими гнусными средствами достигали они осуществления своих планов. А планы их в Юго-Западной Руси заходили очень далеко. Папа римский и польский король пытались ввести католичество в России, рассчитывая таким путем завладеть страной, которую невозможно было победить силой оружия.
Так, польский король Стефан Баторий, захватив в войне с Россией город Полоцк и не надеясь удержать его долго силой оружия, поспешил призвать на помощь иезуитов. В письме к ним он писал: «Зачем вам ездить в Индию и Японию с пропагандой? Есть ближе земля русская, именно город Полоцк, где народ невежествен в делах божиих…» Виды поляков простирались гораздо дальше одного Полоцка. Они подсылали иезуитов и к Ивану IV. Но в России легко раскусили иезуитские замыслы и их подоплеку. Потерпев здесь неудачу, иезуиты решили, что для успеха в России им нужно начать с Юго-Западной Руси, благо население находится во власти польских панов, его можно силой заставить принять католичество; а тогда через него можно будет начать влиять и на остальной русский народ.
Иезуиты стремились навязать юго-западному населению новую веру именно для того, чтоб ополячить его, целиком подчинить польскому королю и польским панам. Они убеждали польского короля, что католическая вера есть та единственная сила, с помощью которой можно завоевать и держать в покорности царства и народы. И король, конечно, не заставил себя долго убеждать. Он предоставил иезуитам крупнейшие средства и привилегии за их помощь в ополячении южнорусского населения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
