путь, которым они прибыли. Он понесся вниз по по коридору, Том следовал за ним.
Когда они добрались до конца коридора, он не обнаружил комнаты, где они оставили Ноэла. Эта была круглая комната, заполненная желтыми колоннами, сделанными в виде огромных скручивающихся лоз с пустым пространством внутри. Спиральная лампа содержала белые шары, которые освещали комнату мягким светом, и плиточный пол имел в структуре белые и желтые полоски, выходящие из центра. Остро пахло сухой змеиной кожей.
"Мэтрим Коутон, ты не герой", подумал он, глядя через плечо."Этот человек, которого ты оставил позади, он и есть герой. Свет озарит тебя Ноэл".
"И что теперь?", спросил Том. Он уже успел немного восстановить свои силы, так что Мэт вернул Морейн и взял свое копье. Существовали только два выхода из этой комнаты, один сзади и один прямо напротив. Но Мэт все равно покрутился с закрытым глазом. Удача указала им дверь напротив той, в которую они вошли.
Они получили это. Окна в этой прихожей смотрели на джунгли, и они теперь спускались в их чащу . Мэт иногда замечал те три шпиля. Место, где они недавно были , место, где Ноэл пролил кровь.
"Это то место, где ты получил ответы, не так ли?" спросил Том.
Мэт кивнул.
"Ты думаешь, я мог бы получить некоторые из них для себя?" спросил Том "Три вопроса. любые ответы, что пожелаешь..."
"Ты не хочешь их," сказал Мэт, таща вниз край его шляпы. "Доверься мне мне, не делай этого. Это не ответы. Это - угрозы. Обещания. Мы —"
Том остановился около него. В его руках Морейн начинала шевелиться. Она издала мягкий стон, глаза все еще были закрытые. Но не это заставило Мэта похолодеть.
Он мог видеть другую желтую комнату впереди. Находившееся посередине этой комнаты было дверным проемом из красного камня. или тем, что от него осталось.
Мэт изверг проклятье, выбегая вперед. Пол был усыпан обломками красного камня. Мэт застонал, отпустив копье и поднял несколько кусков. Портал был разрушен чем-то, ударом ужасающей силы.
Около входа в комнату Том опустился на пол, держа трепыхающуюся Морейн. Он выглядел опустошенным. Ни у одного из них не было мешков: Мэт отдал свой Ноэлу, Том оставил свой где-то позади. Комната оказалась тупиком, другого выхода не было.
"Сгори это место!", закричал Мэт, срывая шляпу, глядя в расширяющуюся, бесконечную тьму вверху. "Сгорите все вы, змеи и лисицы! Темный вас забери. У вас есть глаз, у вас есть Ноэл. Это достаточная цена для вас! Это слишком большая цена! Разве жизни Джейина проклятого Далекоходившего не достаточно, чтобы успокоить вас, вы монстры! "
Его слова прозвенели и стихли, оставшись без ответа. Старый менестрель зажмурился, обнимая Морейн. Он выглядел подавленным, смотрящим в никуда. Его руки были красными и покрыты волдырями от того, что вытаскивал ее на свободу, рукава куртки опалены.
Мэт с отчаянием огляделся. Он попытался покрутиться с закрытым глазом. Когда он открыл глаз, он указывал на центр комнаты. На сломанный портал.
Мэт почувствовал, что надежда покидает его.
"Это была хорошая попытка, парень", сказал Том. "Мы неплохо справились. Лучше, чем следовало ожидать"
- Я не сдамся, - сказал Мэт, стараясь не поддаться сокрушающему чувству внутри него. - Мы будем... Мы вернемся тем же путем, найдем дорогу назад в то место между Элфинн и Илфинн. В сделке говорится, что они должны были оставить проход открытым. Мы доберемся до него и выйдем отсюда, Том. Сгореть мне, если собираюсь подохнуть здесь. Ты все еще должен мне пару кружек.
Том открыл глаза и улыбнулся, но не встал. Он тряхнул головой, вызвав покачивание усов, и взглянул на Морейн.
Ее глаза открылись. "Том", прошептала она, улыбаясь. "Мне кажется, что я слышу твой голос."
Свет, ее голос вернул Мэта назад. В другие времена. Годы назад.
Она взглянула на него. "И Мэт, дорогой Мэтрим. Я знала, что вы придете за мной. оба. Я этого не желала, но знала, что ..."
"Отдохни, Морейн, - мягко сказал Том, - мы выберемся отсюда через два проигрыша арфы."
Мэт посмотрел на нее, лежащую, беспомощную. "Чтоб я сгорел, я не позволю, чтобы все закончилось именно так!"
"Они идут, парень" произнес Том. "Я слышу их"
Мэт повернулся, чтобы посмотреть в проход. Он мог видеть то, что слышал Том. Элфинн ползли по коридору, волнообразно и смертоносно. Они улыбались и можно было видеть клыкообразные зубы по центру этих улыбок. Они могли бы быть людьми, если бы не клыки. И те глаза. Не естественные, узкие как щель гпаза. Они двигались плавно. Нетерпеливо, внушая страх.
- Нет, - прошептал Мэт. - Должен быть путь.
Думай, сказал он себе. Мэт, ты дурак. Должен быть выход. Как ты сбежал в прошлый раз? Ноэл спросил. Спасения не было.
Том отчаянно посмотрел и снял свою арфу со спины. Он начал играть. Мэт различил мелодию "Сладкие Шепоты Завтра". Мрачный звук подходил для смерти. Это было прекрасно.
Замечательно, музыка, кажется, успокаивала Элфинн. Они замедлились, находящиеся впереди начали покачиваться в такт музыке, пока шли. Они знали. Том играл для собственных похорон.
- Я не знаю, как вышел в последний раз, - прошептал Мэт. - Я был без сознания. Я очнулся повешенным. Ранд снял меня.
Он поднес руку к своему шраму. Первоначальные ответы Элфинн ничего не давали. Он знал о Дочери Девяти Лун, об отказе от половины света мира. Он знал о Руидин. Все было ясно. Ни пробелов. Ни вопросов.
Кроме...
Что Илфинн тебе дали?
- Если бы у меня был свой путь, - прошептал Мэт, уставившись на приближающихся Элфинн, - я захотел бы заполнить те провалы.
Элфинн скользили вперед, одетые в желтые ткани, обернутые вокруг их тел. Музыка Тома кружила в воздухе, отзываясь эхом. Существа приближались устойчивыми, медленными шагами. Они знали, что сейчас получат свою добычу.
Двое Элфинн впереди несли мерцающие бронзовые мечи, орошенные красным. Бедный Ноэл.
Том начал петь.
- О, как долги были дни для человека.
Когда шагал он по исковерканной земле.
Мэт слушал, воспоминания всплывали в его памяти. Голос Тома возвратил его в минувшие дни. Дни его собственных воспоминаний, дни воспоминаний других. Дни, когда он умер, дни, когда он жил, дни, когда он воевал и когда он выигрывал.
"Я хочу, чтобы эти пробелы были заполнены...", прошептал про себя Мэт. "Вот что я сказал. Илфин вынуждены были дать мне воспоминания, которые были не мои собственные."
Глаза Морейн снова закрылись, но она
