больнее бьёт! Силён тот, кто держит удар и не ломается. А ты сломалась! Ты уже не личность, ты стала монстром, убила невинных людей! Ты стала преступником.
— Может… в чём-то ты прав, но теперь мне всё это не важно. У меня есть к тебе лишь два вопроса, — равнодушно начала я. — Что тебе Орочимару предложил за меня, раз ты связался с Четвёркой Звука?! Я не поверю, что ты купился на бабки!
— Тебя это не касается, — исподлобья глядя ответил он.
— Больно надо… чёртов предатель, — вытащив из подсумка кунаи, я бросила их в его ноги, чтобы тот не убежал. — А теперь отвечай! Это ты сдал наше месторасположение Корню?
Мы поставили специальный барьер, чтобы никто не почувствовал нашу чакру. Даже если бы Тоши-сан рассказал, что Иоши-сан мой сообщник, они бы не смогли найти её в той гостинице, только очень сильный сенсор или же профессионал в барьерах мог бы нас вычислить.
Губы Учихи растянулись в гадкой усмешке, и он начал тихо хихикать.
Внутри меня словно разорвался колоссальный шар бомбы хвостатого, своей энергией сметая воспоминания о нашей дружбе, словно между нами ничего не было. Одним движением он разрушил все наши узы. Я же хотела наброситься и расчленить его, через силу сдерживая этот порыв.
— Созданный тобою барьер слишком слаб для меня, вас было очень просто найти… — продолжал смеяться он.
Они умерли в страшных мучениях, а ему смешно!
— Ах ты мерзкая сука! — осознавая, что это он сдал Иоши-сан и Такаши-сан на пытки, моё лицо тут же перекосилось от ярости. Мои кулаки так сильно сжались, что их было не разжать.
— Почувствуй, что испытал я.
Я больше не могла сдерживать желание распотрошить его внутренности и, активировав в руках чидори, бросилась на него.
«Я не прощу его… отныне и навсегда мы враги!»
Но не успела моя техника коснуться его груди, как он неожиданно пропал.
— Сволочь! — с силой ударила я кулаком по земле, с трудом сдерживая порыв эмоций. — Как ты мог… Как ты мог! — заорала я чуть ли не на весь лес и, тяжело выдохнув, забрала у клона свой дневник. — Если он появится, я его убью, клянусь! — сплюнув кровь на снег, я всё так же крепко сжимала замёрзшими пальцами рукоять меча. Режим отшельника спал, и я на всякий случай отправила клона собирать новую порцию природной чакры.
Мы ожидали его около минуты, но он всё не появлялся.
Неужели сбежал?
Я пролистала дневник, проверяя, действительно ли он мой и, убедившись в этом, я запечатала его в подсознание.
— Что будем делать? — спросил клон, стоявший рядом, но неожиданно он дёрнулся и вскрикнул: — Сзади!
Моментально обернувшись, я попыталась уклониться от атаки, но не успела. Его игла вонзилась мне прямо в правый глаз. Вскрикнув, я телепортировалась на отдалённую метку. Но и там меня там уже ждали.
Джеро мгновенно появился передо мной и одним махом отрубил руку. Я сложила печать оставшейся рукой, и сильный разряд молнии поразил его тело. Он отпрыгнул, но в следующее мгновение кто-то сзади воткнул меч мне в спину. Обернувшись, я вновь увидела Учиху.
Что происходит, чёрт подери?!
Сжав зубы, я сделала шаг вперёд и с размаху ударила его ногой.
Поджидая удара с любой стороны, я создала крылья и взмыла в небо. Уж просто в воздухе он появиться не сможет.
Сконцентрировавшись, я начала лечить себя кулоном, не сводя при этом взгляда с Джеро, который стоял на земле. Я заметила, что он был одет во всё чистое и будто бы мы не сражались, а раны, что я ему нанесла, исчезли. В непонимании я нахмурила брови, стараясь разобраться в его технике.
Много перемещается, двойников не создаёт, его чакра пропадала на внутреннем радаре, будто бы его не существовало. И успел за минуту вылечиться и переодеться. Неужели это…
И через пару секунд он, будто бы подтверждая мои догадки, создал пять клонов, которые, прыгнув в разные стороны, исчезли.
Вот значит как он уничтожил тогда моих клонов!
— Ты перемещаешься во времени, — оцепенев, произнесла я, с удивлением глядя на него. Я ведь искренне верила, что перемещение во времени невозможно в этом мире.
— Наконец-то додумалась, — ехидно улыбнулся он. — А я уже подумал, что ты совсем тупая.
— Джеро… нахуй ты мне тогда мозги трахаешь!? Переместись и спаси Макото, придурок! — разъярённо воскликнула я.
— Это невозможно, я пытался, — презрительно глядел он на меня. — Время перемещения зависит от мощи чакры.
— Тогда сделай её мощнее, я-то тут при чём?
— Я и без тебя разберусь.
— Хах, ну уж нет. Если я вырву твои глаза, то смогу спасти дорогих мне людей. А значит, так просто ты теперь от меня не уйдёшь, — оскалилась я, алчно глядя на него. — Они погибли из-за тебя!
— Ну-ну, попробуй, — хитро улыбнулся он.
Я развеяла клона, который собирал природную чакру, и начала формировать в своей руке фаерсвёрло. Одновременно со мной он тоже начал готовиться к своей технике. Его кожа начала приобретать коричневый окрас, зубы стали походить на звериные клыки, а руки увеличились доходя до середины голени.
Вот значит как выглядит вторая стадия проклятой печати.
— Я не прощу тебя! — я полетела к нему, и он, сформировав какую-то чёрную сферу в руке, прыгнул, направляя технику на меня.
Мы летели друг на друга будто бы в замедленной съёмке. И за этот короткий миг, глядя друг другу в глаза, мы будто бы оказались в далёком детстве.
Я ведь как сейчас помню тот день, когда он к нам перевёлся. Стоя тогда во всём чёрном, он был как раненый птенец, что больше никому не доверяет в этом мире. Он был замкнутым и молчаливым, а в его глазах всегда была бескрайняя тоска и печаль.
Мне не забыть, как в тот день наши взгляды пересеклись. Как чувства глубокой и нескончаемой ностальгии окатили душу, будто бы я смотрела на единственного дорогого человека в моей жизни.
Хотя… я же видела его третий раз в жизни. Или же я убеждала себя в этом?
А он смотрел на меня так, будто бы видел во мне кого-то другого. Словно я кого-то напоминала ему. И весь тот день он не сводил с меня глаз, смотрел почему-то так пристально, будто хотел
