- Мы сообщим ваше пожелание хозяину, - ответил один из них. - О вашем спутнике - о том, у кого лицо, как у покойника, - позаботятся.
- Вы имеете в виду Длинного Тома, - уточнил Док. - Я вынужден был выстрелить в него, но эта пуля не убивает. Он слишком медленно начинал понимать, какие великие перспективы открываются здесь перед нами!
Было это его воображение или в самом деле за прозрачной панелью послышался довольный смешок?
Люди в черных капюшонах удалились. Шпиг и Оранг смотрели на Дока. Его искрящиеся золотом глаза выражали глубокое волнение, хотя лицо оставалось непроницаемым.
- Нам не нравится то, что происходит с Патрисией и той другой девушкой, - заявил Шпиг. - Посмотри, какими они становятся большими! Вроде тех великанов, которые строят город!
Несколько минут Док молча смотрел сквозь стеклянные перегородки, отделяющие их помещение от отдаленной комнаты, где были заключены Пэт и Энн.
Мисс Гарвин, которая раньше была высокой эффектной блондинкой, превратилась в уродливую великаншу. Тонкие черты лица Патрисии стали безобразными.
Обе девушки были по меньшей мере ростом в восемь футов.
- Не нужно было Патрисии впутываться в такие дела, - хладнокровно заметил он. - Я знал, что однажды она нарвется на неприятность, с которой не сможет справиться.
- Тысяча чертей! - жалобно воскликнул Оранг. - Если Пэт собирается стать великаншей, тогда я сам хочу сделаться великаном! В таком виде, как сейчас, у меня не будет шансов ей понравиться!
Выражение лица у Дока не изменилось.
- Я надеюсь, что наши изобретения встретят благосклонное одобрение хозяина, - произнес он торжественным тоном. - Если это будет так, то я попрошу, чтобы тебя сделали великаном, Оранг.
Патрисия увидела Дока в компании Оранга и Шпига. Она улыбнулась ему, но улыбка на ее гаргантюанском лице производила отталкивающее впечатление. Шпиг застонал. Даже в помраченном состоянии ума он не мог воспринимать Патрисию иначе, как очаровательной.
От одной из стеклянных стен снова донеслось тихое хихиканье. Док мог видеть, как Джонни усердно работал за своим пультом, управляя сознанием разношерстной команды великанов.
Телеэкран на другой стене показывал площадь в Эмпайр-Сити. Великаны, выведенные из строя суперпистолетом Длинного Тома, начинали просыпаться.
- Да, - повторил Док, подходя вплотную к Орангу, - я сделаю все, что могу, чтобы тебя превратили в великана.
Бронзовая рука на мгновение погрузилась в густую шерсть на затылке Оранга.
ГЛАВА 18 ЛАССЕН-ПИН РАЗВОРЧАЛСЯ
Хозяин был явно убежден, что никакой человек, никакая власть на земле не сможет помешать его планам тиранического господства над миром.
Даже Док Сэвидж, это умственное и физическое чудо, и тот был побежден.
Все, кроме одного, ученые соратники Дока подпали под власть хозяина. Теперь можно было обойтись без профессора Рэндольфа.
Человек, которого величали "хозяином", вошел в центральный операторский зал, сверкая глазами сквозь прорези красного капюшона. С ним было двенадцать сопровождающих, также одетых в мантии и капюшоны, скрывавшие их лица, но их одежды были черного цвета.
Док Сэвидж прекратил разговор со своими друзьями.
Хозяин заметил, что бронзоволицый человек дружелюбно и с глубочайшим интересом разглядывал операторскую.
Он был уверен, что понимает новый образ мыслей Дока. Бронзовый чародей обладал многими приборами собственного изобретения, в которых мог быть успешно использован новый вид таинственной энергии, открытый профессором Рэндольфом.
- Мы проинструктируем Дока Сэвиджа, - сказал главарь, обращаясь к своей свите. - Он быстро раскроет, каким образом профессор Рэндольф получает энергию. А после этого Рэндольф может в любом состоянии ума стать весьма опасным.
- Тогда, значит, голубой пар? - осведомился голос одного из замаскированных адъютантов.
- Голубой пар и белый пепел; метод, который профессор Рэндольф так опрометчиво отдал в наши руки, - насмешливо ответил хозяин.
Хрустальные стены были снабжены новейшими микрофонами и телевизионной аппаратурой. Док Сэвидж мог отчетливо слышать слова, произнесенные хозяином и его помощниками.
Хозяин был хитроумен. Он нарочно позволил Доку слышать, как профессора Рэндольфа обрекали на белопепельную смерть. Его сверкающий взгляд впился в лицо бронзового гиганта.
Насколько он мог судить, Док Сэвидж казался довольным. Легкая улыбка удовлетворения играла на бронзовом лице. Док даже слегка кивнул головой, как бы в одобрение на то, что Рэндольфа заменят на него самого.
- Вот теперь мы поговорим с Доком Сэвиджем, - сказал хозяин.
Стеклянная перегородка раздвинулась, открывая доступ Доку в центральный зал.
Ступив в образовавшийся проем, бронзовый гигант мимоходом заметил смертельно белое лицо, пораженное ужасом и отчаянием, и увидел, как две руки взметнулись, как бы пытаясь предостеречь его от шага, который он собирался предпринять.
Искаженное ужасом лицо принадлежало профессору Рэндольфу. Гений, который вырвал у стратосферы ее тайну - источник страшной, таинственной силы, - старался что-то разглядеть сквозь стены своей лаборатории.
Док видел, куда был направлен взгляд профессора.
Там, в одной из дальних прозрачных ячеек, маячила раздутая до пропорций Гаргантюа фигура Энн Гарвин, женщины, которую он любил. Легко было понять, какого рода давление было оказано на Рэндольфа.
Именно с этой целью Энн похитили в центре Манхэттена. Пэт Сэвидж, имевшая несчастье быть ее спутницей, должна была теперь разделить с ней участь монстра.
Док Сэвидж не обратил внимания на отчаянные жесты Рэндольфа. Его глаза были пусты и непроницаемы.
Но он не пропустил то, что происходило далеко за стенами адского улья хозяина. Алый свет, разлитый в воздухе над тающими снегами Шасты, превратился в оранжевый.
В отдаленной южной части неба из смутно мерцающего пятна вдруг вырвался огненный столб, который стал расплываться в виде огромного зонтика. Из него полился дождь золотистых огненных змеек. Через все фантастическое горное царство прокатился низкий рокочущий гул.
Казалось, что сама мать-земля оскорбилась противоестественной дерзостью ничтожных людишек, возившихся на склонах великой горы.
А может быть, причиной послужило воздействие странной чужеродной силы, извлеченной из стратосферы. Возможно, это ее ненормальное влияние нарушило спокойствие глубинных слоев, подстилавших ледники и горные долины.
Старый Лассен-Пик, мирно дремавший не одно столетье, проснулся и заворчал.
Это необычное явление заставило многотысячное население сейсмического пояса Тихоокеанского побережья встревожиться и подготовиться к землетрясению.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
