Он точно существует? Нет этих заморочек и прочей ерунды? Ущипните меня!
— Но, чур, на берегу — все траты я беру на себя. Все траты, Ульяна! — нажимает, и я согласно киваю, будто он может это увидеть.
— Хорошо-хорошо, я совсем не против. Кстати, раз на то пошло, мне по-хозяйству очень нужно новое платье из коллекции Вонг.
— А ведь предупреждали меня, что русские женщины не только страстные, но и меркантильные!
Сажусь прямо на ступеньку и не могу сдержать слёз смеха. Или радости?
Если это тот самый подарок, что в шесть лет не донёс мне Дед Мороз, я хочу сказать этому старому маразматику спасибо.
Часть 33
Всё утро я пребываю в блаженных фантазиях, как чудесно мы будем жить вдвоём с Куртом. Уютные вечера, страстные ночи, совместное начало дня с запахом свежесваренного кофе…
Интересно, он разбрасывает носки? Или, быть может, храпит? Я так мало его знаю и сама предложила съехаться! Я, которая динамила проверенного и перепроверенного вдоль и поперёк Олега, кормила завтраками, что да, возможно, наверное, когда-нибудь наши зубные щётки будут стоять в одном стакане…
Не поторопилась ли я? Господи, ну, конечно, поторопилась! Ни один разумный человек не пошёл бы на такое! Любая, у которой мозг размером чуть больше грецкого ореха подождала бы хотя бы один несчастный месяц… Но я не хочу ничего ждать и совершенно ни о чём не жалею!
Впервые в жизни я пошла на поводу у своего сердца и интуиции и точно знаю, что не ошиблась.
Ладно, на поводу и у ещё кое-чего другого, которое тоже абсолютно "за".
Возвращаясь с обеда в самом что ни на есть приподнятом настроении натыкаюсь на загадочную улыбку секретарши.
— Ульяна Дмитриевна, в кабинете вас ждёт сюрприз. Курьер только что доставил.
Сюрприз? Для меня?
Словно любопытный ребёнок торопливо пересекаю приёмную и, сгорая от нетерпения, толкаю дверь в свою комфортабельную обитель.
На овальном рабочем столе лежат цветы. Прекрасный букет перуанских лилий без какой-либо упаковки, только скромная шёлковая лента перетягивает сочные, явно совсем недавно срезанные стебли.
Эти цветы великолепны. Не те пошлые корзины заявленные хламом из разномастных лютиков, которыми пестрит лента соцсети Дианы, не стандартные конвейерные розы, этот букет явно выбирался с большой любовью человеком, который обладает отменным вкусом.
Чьи же это проделки? Олег? Вряд ли. От него я всегда получаю именно розы, которые он просто заказывает не глядя в цветочном магазине. Да и после сцены утром если он и захочет мне что-то прислать, то что-то явно менее пахучее. Вернее, даже более, но однозначно не так приятно.
Курт? Возможно. Но Курт и настолько утончённый выбор? Да и вообще, мне кажется, он из тех, кто просто не додумался бы о внезапном подарке…
Осторожно беру лилии в руки, ныряю носом в шёлковые лепестки и, вдыхая аромат, замечаю внутри маленький конверт…
"Ульяна, прости меня за несдержанность. Дай мне время всё переварить, а пока прими в знак моей любви эти чудесные цветы. Папа"
Боже, как это трогательно! На глаза даже навернулись сентиментальные слёзы.
Отец — гордый человек с непоколебимыми взглядами признал свою ошибку и сделал шаг к нашему примирению. Первый! Сам!
Хочется тут же взять телефон, набрать его номер и сказать спасибо. Уверить его, что, конечно, я его прощаю, тем более после такого смелого для него жеста. Ему явно пришлось переступить через свою гордость, чтобы пойти на такое.
В порыве эмоций я даже уже было беру телефон в руки и… как вдруг меня осеняет.
Отец, гордый человек с непоколебимыми взглядами, узнав, что я водила их всех за нос, променяла успешного адвоката на музыканта, разрушила вздребезги его мечты о моём скорейшем союзе с надёжным человеком, и вдруг признал свою ошибку? Ещё и цветы прислал? Слишком хорошо я знаю своего отца. Этот жест однозначно не в его духе.
Но кто тогда? И почему на карточке написано "папа"?..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Аккуратно кладу цветы обратно на стол и задумчиво опускаюсь в кресло.
Может, тогда мама? Разумеется, едва стоило мне утром подняться в свой кабинет, мама уже обрывала мой телефон звонками с требованием объяснить, как так вышло, что я впала в глубокий маразм раньше неё. Как можно перепутать своего мужчину и чужого? Привести на первое знакомство с близкими парня из захудалой пивнушки!
Пришлось долго и методично объяснять мотив своего странного поступка.
Да, обернись оно всё иначе, я бы сейчас думала, что поступила тогда ужасно опрометчиво, но я безумно счастлива, что решилась на ту безбашенную авантюру с подменой. Ведь теперь в моей жизни есть Курт. Такой понимающий, тонко чувствующий настроение, с прекрасным чувством юмора и лояльным отношением к бзикам стареющих родителей..
Курт.
Кошу глаза на букет, вспоминаю, с каким пониманием он отзывался об отце и всё тут же встаёт на свои места.
***
Дождавшись, наконец, окончания рабочего дня выхожу из гиганта "ЭмЖиЭм" в вечернюю прохладу, и сразу же замечаю у входа американский кабриолет с натянутой матерчатой крышей. Ярко-жёлтого цвета! На стоянке масса машин, но это чудо словно инопланетный гость среди лаконичных БМВ, Мерседесов и Порше.
Открывается дверь и наружу выбирается Рейнхард. Сказать, что я удивлена? Нет, не скажу. Как раз-таки что-то подобное однозначно в его духе.
— Карета подана, прошу, — открывает для меня пассажирскую дверь и приглашающим жестом указывает на салон.
— Боже, откуда это? Ты ограбил музей?
— Я его купил.
— Купил?!
— Да, сегодня, — обвивает мою талию руками и гордо кивает на приобретение: — Подумал, что возить красивую женщину на мотоцикле при здешней погоде не самая лучшая идея. А ещё зима впереди.
— Ты собираешься ездить на этом зимой? Боюсь, у меня для тебя плохие новости… — хохочу и забираюсь-таки в салон. Кабриолет не новый, но явно не второсортная рухлядь. Скорее даже что-то вроде раритета.
Интересно, сколько Курт за него отвалил?
Курт забирается на водительское кресло и включает музыку. Обшитый бежевой кожей салон заполняют звуки танго, под которые мы кружились той дождливой ночью у Григорьевых. Это было же так недавно, а кажется, что с тех пор столько всего произошло…
Не скрывая улыбки закрываю глаза и предаюсь тёплым воспоминаниям. Надо повторить тот танец, однозначно.
— Если честно, я ужасно голодна. Может, заедем куда-нибудь по пути перехватить горячего?
— Ты имеешь в виду заскочить в ближайший мотель и…
— Нет, я сейчас действительно имела в виду тарелку минестроне, но твоя идея тоже достаточно пикантна, — кладу цветы на приборную панель и пристёгиваюсь ремнём безопасности.
— О, цветы. От кого это? У меня появился конкурент? — шутливо хмурится Курт и поворачивает ключ зажигания.
— Это перуанские лилии, — слежу за его реакцией, — от папы. Прислал мне букет на работу. Кажется, он раскаивается. Мило, правда?
— Серьёзно? Ну, вот видишь, а ты так расстраивалась. Я же говорил, что он скоро остынет.
— Конечно, остынет, но уж точно не на следующий день. Ты не учёл, что мой отец очень упёртый.
— Я? А при чём тут я? — правдоподобно удивляется Курт и аккуратно выруливает из плотного ряда автомобилей.
— При том, что эти цветы прислал мне ты! — победно улыбаюсь и с удовольствием отмечаю по выражению его лица, что попала в точку.
— Я-я? Нет, амазонка, это был не я. На карточке же было написано "Папа".
— Карточка? Я не говорила тебе о том, что в цветах была карточка. Это был ты, Курт, не отпирайся!
— Ладно, ты меня раскусила, — не отрывая взгляд от дороги он заключает мою руку в свою и подносит тыльную сторону ладони к губам.
— Мне безумно приятно, цветы просто прекрасны. Но зачем? Почему ты не отправил их от своего имени?
— Я хотел, чтобы ты перестала переживать по этому поводу и улыбнулась, — он снова целует мою руку, и моё железное сердце затапливает лавина острой нежности.
