– Ну как ты? – озабоченно спросила миссис Коэн, входя в комнату.
– Боюсь, – просто ответила девушка.
Бренда и в самом деле выглядела очень взволнованной и напуганной. Страх перед будущим буквально плескался в ее широко распахнутых янтарных глазах.
– Все мы через это прошли, – со слегка снисходительной интонацией заметила вошедшая.
– Да, я это понимаю, – прошептала девушка. – Но все же…
Женщина стремительно приблизилась к ней, крепко обняла.
– Запомни, – прозвучал ее голос над ухом Бренды, – все будет хорошо.
– Спасибо, – с благодарностью прошептала та.
Отстранившись, миссис Коэн оглядела девушку внимательным взглядом.
– Выглядишь потрясающе, – наконец заключила она, с удовлетворением отметив, что белое атласное платье, спадающее к полу пышной, расшитой жемчужными цветами юбкой, идеально сидит на фигуре Бренды.
Облегающий верх подчеркивал полную грудь и тонкую талию, темные волосы, уложенные в изысканную прическу, открывали взору красивое лицо с выразительными глазами.
– Да, спасибо… – Бренда стояла, не зная, что еще сказать.
Она всегда терялась в присутствии матери Арчи.
– Бренда, – немного торжественно начала та, – я не сразу приняла тебя, знаю. Но и ты меня пойми… Когда я в первый раз так неожиданно столкнулась с тобой… А потом эта ситуация с вашим купанием… В общем, на меня это повлияло не лучшим образом… – Она взяла девушку за руку и крепко сжала, открыто смотря в глаза. – Однако потом, когда я увидела, с какой любовью вы относитесь друг к другу, как ты держишься с Джошем и как этот малыш обожает тебя… Я все поняла… Ты – именно тот человек, который нужен моему сыну и моему внуку. И я принимаю тебя в нашу семью. – Она немного помолчала. – Наверное, это должен был сказать тебе мистер Коэн, но у него еще будет время высказать свои мысли. А я пришла к тебе, чтобы вручить это… – Открыв сумочку, миссис Коэн достала оттуда бархатный футляр. – Это жемчужное ожерелье принадлежало нашей бабушке, я никому не отдавала его. Но на днях вдруг поняла, что ты должна носить его… как мать, как жена. В нашей семье оно передается по наследству по женской линии, и, поскольку Бог не послал нам дочку, я прошу тебя, прими это в дар…
– Что вы, миссис Коэн, – запротестовала Бренда.
– Не спорь, – строго заметила та, – ну-ка повернись… – Достав ожерелье, мама Арчи сама надела его на шею девушке. – Оно тебе очень подходит, – с улыбкой добавила она, видя, как румянец покрывает щеки Бренды.
– Спасибо… спасибо вам за все… – Бренда бросилась ей на шею. – Никогда… никогда у меня не было такой семьи… и я думала, что никогда уже не будет…
– Девочка моя… – Растроганная миссис Коэн погладила ее по голове. – Ну не нужно слез. Ведь сегодня такой день. Тебе надо быть красивой. И вообще, скоро придет мистер Коэн…
В этот момент как раз раздался деликатный стук.
– Вы готовы? – Голова отца Арчи возникла в проеме открывшейся двери.
– Да, – ответила его жена. – Давай мне этого маленького хулигана, – она приняла с рук мужа Джошуа, – и можете идти. А я поспешу занять свое место в первом ряду…
Бренда шла по красной ковровой дорожке, специально по этому случаю расстеленной в саду. Она не смотрела по сторонам, чувствуя на себе заинтересованные взгляды гостей. Взор девушки был устремлен вперед, туда, где стоял он, Арчибальд Коэн, мужчина, которого она любила больше всего на свете.
Вот она услышала детский лепет и, бросив взгляд в сторону, увидела Джоша, стоявшего на коленях у бабушки. Не поднимая руки, она оттопырила ладошку и помахала ему, улыбаясь. Джош захихикал и уткнулся в шею миссис Коэн. Затем чуть отодвинулся, прищурился и лукаво посмотрел на Бренду – та как раз проходила мимо него.
– Ма-ма! – сказал он.
Однако бабушка ловко заставила внука замолчать, снабдив того конфетой, предусмотрительно захваченной с собой. В спину Бренде донеслось довольное чавканье. Она чуть не рассмеялась, но вовремя опомнилась, так как была уже рядом с женихом.
Бренда встала рядом с ним и подняла на Арчи глаза.
Я люблю тебя, говорил его взор.
И я люблю тебя, вторил ее.
Теперь мы всегда будем вместе?
Да!
И казалось, миллионы бабочек с золотистыми крыльями словно дымкой окутали их, закрывая от остальных. Они порхали и кружились вокруг, а Бренда и Арчи смотрели друг на друга и вели свой безмолвный диалог.
И даже священник, словно завороженный этим волшебством, смотрел на них некоторое время, не в силах нарушить очарование. Потом он встрепенулся, будто стряхнул наваждение, дипломатично кашлянул.
Бабочки вздрогнули и испарились, как будто их и не было, лишь солнце светило над их головами, согревая своим ласковым теплом.
Арчи и Бренда повернулись к священнику.
Они были счастливы.
Они знали, что их любовь сильнее всего на свете.
Они догадывались, что проведут долгую и прекрасную жизнь, наслаждаясь обществом друг друга.
Они слышали, как бьются в унисон их сердца.
Они чувствовали близость друг друга и понимали, что теперь так будет всегда.
И это было именно то, чего они оба хотели, к чему стремились…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
