– Да. Но там не задержится, вот увидите, – поджала губы Настя.
Роза Сергеевна смерила ее в меру презрительным взглядом и проговорила, зашевелив своими красными губами-пиявками:
– Пойдем, Гиви, нам здесь больше нечего делать. Ты – восточный мужчина, и тебе не стоит унижаться перед глупой женщиной.
Гиви понуро опустил голову:
– Я тоже так считаю…
Они ушли, а Настя еще долго сидела и переваривала их визит со странными претензиями. Она бы поняла его только в одном случае – если бы парочка снималась в одном из юмористических современных сериалов, идущих по телевидению. Надо же, Казанова местного разлива с обгоревшей промежностью выбрал именно ее! Может, это и должно было бы ей польстить, но на самом деле только рассмешило.
Глава 17
После занятий со своей группой Анастасия поехала к следователю, о встрече с которым договорилась заранее.
Борис Всеволодович встретил ее не очень любезно.
– Чего тебе надо от меня, Лазарева? Если ты пришла просить помочь своему дружку, то абсолютно бесполезно. Я не буду его топить, но и помогать не буду, пусть суд решает. Мы этот вопрос уже решили.
– А я по другому вопросу, – заверила следователя Настя, беспрестанно улыбаясь и стараясь добиться его расположения к своей персоне.
– Что-то не верится… – подозрительно покосился на нее Борис Всеволодович.
– А когда у вас обед? – спросила Настя. – Я знаю прекрасное место не так далеко отсюда.
– Дорого? – спросил Борис.
– Не очень, и я плачу. Без разговоров и вариантов! – взяла быка за рога Настя.
– Идем, – кивнул следователь, который, судя по его лицу, был в данный момент и уставшим, и голодным.
Уже через полчаса они сидели на бизнес-ланче в итальянском ресторанчике, находящемся во дворах, в стороне от городской суеты.
– Никогда здесь не был, – оглянулся Борис Всеволодович, – даже не знал, что тут есть ресторан.
– Да, его так просто не найдешь… Но тот, кто знает, всегда возвращается сюда еще раз, потому что здесь предлагают вкусную и недорогую еду, – ответила Настя, кивая девушке-официантке: – Два бизнес-ланча, пожалуйста.
– Присаживайтесь, я сейчас принесу.
Настя со следователем выбрали столик на двоих в дальнем углу под искусственной лозой винограда и цементными балками с вделанными в них разноцветными макаронами.
– Хорошо выглядишь, Лазарева, – отметил Борис Всеволодович, скользнув по балерине взглядом.
– Спасибо. Вы меня все время видели в разобранном состоянии, а сейчас я прекрасно себя чувствую.
– Зачем я тебе понадобился? – решил сразу перейти к делу следователь.
– Может, просто соскучилась… – попыталась пококетничать Настя.
– Не юродствуй. Когда человек приходит, вернее, вспоминает о следователе, значит, ему что-то понадобилось, – строго посмотрел на нее мужчина.
– Как же вы работаете при таком отношении к людям? Вы так всех будете подозревать в предвзятости к вам и никому и не поверите. Особенно женщине.
– Кому надо, я уже поверил много лет назад, когда еще только учился на следователя, и больше экспериментировать не буду, – твердо ответил Борис Всеволодович, и Настя еле сдержалась, чтобы не вскочить и не закричать: «Браво!», как делали у них в театре, реагируя на сильную сторону искусства.
– Вот вам хлеб белый, черный и первое. Сегодня у нас средиземноморский овощной суп, – принесла им блюда официантка.
– Спасибо. Знаете, а я вас сейчас еще больше зауважала, – посмотрела на следователя Анастасия. – Очень люблю серьезных мужчин.
– Хватит, Лазарева, ходить вокруг да около, словно лиса возле курятника. Говори, что надо, – серьезно и основательно приступил к еде Борис Всеволодович.
Тогда Настя рассказала всю историю, которую поведала ей Зоя Федоровна. Воцарилось молчание. Настя ждала, когда визави откликнется на ее повествование, а следователь явно что-то обдумывал. Официантка уже успела принести второе блюдо – каждому по куску горячей, ароматной пиццы с грибами и по стакану апельсинового сока.
– Ну? – не выдержала Настя.
– Не нукай, я не лошадь. – Следователь с аппетитом вонзил зубы в кусок пиццы.
– Вы сюда что, есть пришли? – гневно воскликнула Настя, у которой мгновенно пропал аппетит.
– Я? Да! Обычно в ресторан на бизнес-ланч я хожу кушать, а ты мне жужжишь назойливо в ухо и портишь аппетит, – кивнул мужчина.
Настя обиженно похлопала ресницами, а Борис Всеволодович, смилостивившись над ней, отодвинул пиццу в сторону и, придвинув к себе пепельницу, закурил.
– О каком именно из преступлений из твоего рассказа ты хотела услышать от меня комментарии? – спросил он.
– А там их несколько? – удивилась Анастасия.
– Я так понимаю, что оперативное прошлое твоего Петра лучше не тревожить вовсе… Сам он ошибся или по предварительной просьбе своего учителя – так и этак нехорошо для него. Эвтаназию в нашей стране даже из самых лучших побуждений не узаконили. И не сделают этого в ближайшем будущем, по моему разумению. И так ухода в больнице никакого, а уж если разрешить нашим медикам убивать пациентов из сочувствия… – небрежно смахнул пепел следователь.
– Но…
– Никаких «но». Тема закрыта, он понес наказание, и не вороши старое. Ты ему хочешь помочь, я понимаю, но можно только навредить.
– Куда уж хуже? – не согласилась со следователем Анастасия, но он вопрос явно игнорировал.
– А то, что бабушку два раз чуть не угробили… причем оба раза было не явное покушение, а как бы несчастный случай…
– Вот! Вы тоже заметили, что это странно? А участковый ей сказал, мол, ерунда. Мол, «закон парных случаев», а остальное сама надумала, – возбужденно проговорила Настя.
– И такой вариант со счетов скидывать тоже не стоит… – задумался Борис Всеволодович. – Я одного не понимаю: тебе-то, Лазарева, зачем во все это влезать надо? Какой резон? Что тебе до какой-то Зои Федоровны? Она тебе кто? Тебе своих нерешенных проблем не хватает?
– И так говорите вы – человек, призванный предотвращать преступления?! – возмутилась Анастасия. – Достаточно того, что я узнала о беде, грозящей неважно какому человеку. Как можно оставаться спокойным? Или вы там у себя в милиции очерствели совсем?
– Я призван преступления расследовать, а профилактикой у нас занимается ФСБ. Но вряд ли там заинтересуются наездом на Зою Федоровну неизвестно какого автомобиля, если только она не агент британской разведки. Здесь нечего расследовать, одни предположения. Тем более, что, с ее же слов, ни с какими подозрительными личностями она в контакт не входила.
– Дорогой мой Борис Всеволодович, но если только предположить, что произошло преступление, если только предположить, то причина тому…
– Ну конечно, ее роскошная квартира и все барахло, что в ней есть, – кивнул следователь. – Но никто из органов к ней охрану не приставит, будь уверена. Людей на это нет.
– Сейчас я у нее живу! – парировала Настя.
Борис Всеволодович как-то странно посмотрел на собеседницу.
– Ведь много одиноких стариков убивают из-за жилья, да? – продолжила Настя. – А тут все же она не одна будет.
– Есть такая статистика, – не мог не согласиться Борис Всеволодович. – А ты-то сама не боишься?
– За себя нет. Я уже ничего не боюсь. И вы ничего не сделаете?
– Опять ты за свое! Что мы можем сделать? Еще раз говорю: охрану к каждой бабушке не приставишь. А вот у твоей Зои Федоровны, как я понял, есть средства. Пусть продаст часть своих богатств да наймет охранную частную фирму.
– Ага, чтобы они ее потом и пришили.
– Или поставит ультрасовременные охранные системы, – продолжил следователь.
– Я вас умоляю! Кого из профессиональных бандитов всякие там охранные прибамбасы остановили? Наоборот, наведут на лишние подозрения, – отмахнулась Настя.
– Ты меня удивляешь. Говоришь, как прожженная аферистка, – снова нацелился на свой кусок пиццы следователь.
– А вы, как маленький, честное слово! Я же к вам за профессиональным советом обратилась. Как думаете, кто может охотиться за квартирой Зои Федоровны? – не отставала от него Настя.
– Откуда же я знаю, кто? – засмеялся Борис Всеволодович. – Вот когда ее убьют, мы посмотрим, кто вселится в ее квартиру. Тот и будет виноват.
Следователь осекся под строгим взглядом Насти и вытер рот бумажной салфеткой.
– Шутка! Хочешь знать, как это обычно делается? Конечно, после смерти человека при отсутствии родственников просто так в квартиру не въедешь. Должны быть какие-то документы. Как правило, они самые настоящие – от нечестных на руку нотариусов или очень хорошие копии. Но чтобы не рисковать… лучше настоящие.
– Наконец-то вы заговорили о том, что я и хотела услышать. Не могли бы вы проверить, нет ли сейчас, то есть на данный момент, каких-нибудь официальных документов по завещанию или еще по чему на имущество семьи Алферовых? – спросила Настя.
