Отец! Прекрасный родитель! Лишил нас воли и выбросил в жизнь, как слепых щенков! Ненавижу!
Полудядюшки и их семьи — клубок ядовитых змей, воняющих на всю округу! Раздавить бы гадов!
Мать и вечно сюсюкающие близняшки… Мерзость! Жалкое зрелище, а не Нолдо! Позор нашего рода! Ненавижу!
Нельо — гордец, заслуживающий быть засунутым живьём в горн! Вечно строит из себя самого умного! Любимчик папочки! Будь ты проклят! Ненавижу!
Канафинвэ… Ненавижу! Ненавижу! За всё! Просто так! Почему тебя любят, несмотря на мерзкие песни? Почему?!
Финдарато — девка проклятая…
Туркафинвэ…
Вспомнив его, Карнистир мгновенно забыл про всех остальных. Нож сам скользнул в ладонь, потом за пояс.
— Отец ушёл, теперь красавчика некому защитить! — Абсурдная мысль почему-то показалась озарением, и Морифинвэ вышел в сад. Его шаг был бесшумным и лёгким, эльф двигался тенью, чёрным провалом среди волшебного света Древ.
Найти в лесу брата практически не представлялось возможным, поэтому Феаноринг взял с собой Палантир. Семь Видящих Камней, связанных друг с другом магически, созданные Феанаро для сыновей, могли показать многое, и Карнистир не сомневался: чёрная сфера покажет ему, где находится брат.
Эльфы шли в молчании, лишь маленький Тьелпе с визгом носился наперегонки с Хуаном, петляя между стволами устремившихся к небесам деревьев. Туркафинвэ кусал губы и время от времени пересвистывался с поющими на разные голоса пернатыми.
— Не понимаю, Тьелко, — заговорил наконец, не выдержав тишины, Куруфинвэ-младший, — почему тебя так взволновала эта свадьба? Я склонен доверять решениям Майти, и, раз он так поступил, значит, была необходимость.
— Вот именно! — Глаза Туркафинвэ смотрели угрожающе. — Что заставило Нельо это сделать? Или кто? Я знал, выходка на празднике Индис нам дорого обойдется.
— Брат, успокойся. — Куруфинвэ-младший не видел ничего страшного в случившемся. — Если у кого теперь и будут проблемы, так у Финдекано. Он будет принимать на себя все удары Первого и Второго Домов, направленные друг на друга, вечно будет крайним.
Взгляд Туркафинвэ оказался красноречивее любых слов и выражал резкое несогласие с мнением брата.
Вдруг откуда-то сверху в голову беловолосого Феаноринга прилетело что-то круглое и чёрное, и Туркафинвэ упал на землю. С дерева спрыгнула темная фигура, блеснула сталь. Мгновенно среагировавший Хуан ринулся спасать хозяина, вцепился в плечо напавшего. Раздался отчаянный крик.
Только сейчас опомнившийся Куруфинвэ-младший бросился к испуганно зарыдавшему сыну. Яростно рыча, Хуан оттащил истекающего кровью Карнистира от хозяина, перекусив ему плечевую кость. Получивший сильный удар Палантиром по голове, Туркафинвэ начал приходить в себя.
— Что за… — простонал он, сдавливая руками виски. — Проклятье…
Закрыв намокшей от слёз ладонью глаза ребенка, Куруфинвэ-младший машинально говорил слова утешения и судорожно соображал, что теперь делать. И тут его осенило: Палантир! Надо позвать на помощь!
Сказка Короля Финвэ
Пока слуги и няньки кормили-переодевали-мыли-развлекали мальчика, дед и взрослый внук сидели вдвоём за столом, покрытым вышитой золотом скатертью, и пили вино. Узором на ткани можно было любоваться бесконечно, находя всё новые и новые сюжеты среди тончайших завитков и линий. Куруфинвэ-младший всегда терялся рядом с королём, даже несмотря на родство или как раз «благодаря» ему, поскольку ощущал вечное невыгодное для себя сравнение с великим отцом. Похож внешне? Копия во всём! Только почему-то на самом деле было не так. Сейчас же и подавно Атаринкэ чувствовал себя провинившимся щенком, хоть и знал — дед Финвэ слишком добрый или ленивый для отчитывания и нотаций.
— Скажи, мой милый, — заботливо улыбнулся король, — что тебя тревожит? Мне ты всё можешь рассказать, мы же семья.
— Знаю, знаю, — вздохнул Куруфинвэ-младший, — меня тревожит, что Тьелпе плохо спит, вот я и привел его к тебе погостить. Сын часто просыпается, плачет, говорит, ему снится, как его бьют по голове, бросаются чёрные тени, а вокруг валяются безголовые птицы. И… это всё из-за Тьелко и Морьо! Но ты же понимаешь — я не могу просить помощи Вала Ирмо и Валиэ Эстэ. Отец не позволит. При этом сам он ничего делать не станет, а если возьмётся, получится ещё хуже! Я знаю, что он скажет! Мол, Тьелпе, нет, даже не Тьелпе — Келебримбор! Келебримбор должен сам нападать первым на обидчика! Его лично не трогали? Так с какой стати он распустил сопли?! Либо вмешивайся и помогай, либо если мал, слаб и труслив, прячься и не жалуйся!
На лице короля отразилось «Как же вы мне все надоели!», но сказал он иное:
— Не волнуйся, мой милый, я утешу нашего малыша. А на будущее учти: пугать детей надо сказками, а не жизнью. Нам всем, независимо от возраста, нужны сказки, только каждому свои. Ты сейчас на меня так смотришь, потому что не веришь, думаешь, я сочиняю. Но ты ошибаешься. Даже самому серьёзному и взрослому эльфу нужна сказка. Твой папа Феанаро любит сказки о себе Всемогущем, тебе нравится сказка, в которой ты однажды превзойдешь отца, нет… В которой ты уже превзошёл его! Моя супруга тоже обожает сказки, которые я рассказываю, когда мы одни. И каждый из нас не может жить без своей сказки, мой мальчик.
Погладив внука по буйным чёрным кудрям, король отправился в спальню к маленькому Тьелпе.
Утопая в перинах, подушках и кружевах, мальчик грустно и напуганно смотрел на украшенный серебром потолок.
— А если дворец рухнет, что будет с нами? — спросил он вдруг.
— Мы построим новый, красивее прежнего, — ласково улыбнулся Финвэ. — Главное, не говори о своих сомнениях в надёжности стен тем, кто их строил. Обидятся.
— Но… если потолок ударит меня по голове, я упаду и… усну!
— Если потолок начнет падать, мы убежим в сад.
— А если не успеем?
Финвэ задумался.
— Ты испугался однажды и теперь хочешь проверить себя, хочешь на этот раз не почувствовать страх? Поэтому просишь напугать? Ну хорошо.
Король закрыл окна тяжёлыми плотными шторами, стало темно. Лишь вышивка на ткани продолжала едва заметно поблескивать серебром и золотом.
— Когда-то очень-очень давно, мой мальчик, — таинственно произнес он, — эльфы жили далеко за морем, в тёмном страшном лесу, под чёрным небом, где нет ни одного светящегося дерева. Лишь полностью чёрные, с шипами вместо листьев. Свет можно было получить только от костра, но стоило разжечь огонь, эльфов замечали враги.
— Кто такие враги? — испуганно,
