Герцогиня Ричмонд предложила Клер перейти в соседний зал, где можно расслабиться в отсутствие мужчин и поговорить о чем угодно.
Удобно устроившись в мягком кресле, Клер рассказала герцогине об Эдварде Уилтшире, о прогулках по Булонскому лесу, где к ним часто присоединялись лорд Генри и герцог Веллингтон. Об уроках немецкого языка, которые так сблизили ее, лорда и юного графа. Наконец, о том, как Эми Уилтшир сбежала с любовником, а Эдвард воспользовался этим для поездки в Ватерлоо, куда давно жаждал попасть. Когда же Клер сделала небольшую паузу, герцогиня вдруг спросила:
— Скажите, Клер, а лорд Генри Стилтон еще не сделал вам предложения?
Вопрос был настолько неожиданным, что у Клер перехватило дыхание.
— Вы считаете, что он должен мне его сделать, мадам? — спросила она, заливаясь румянцем.
— Судя по тому, с каким вниманием вы друг к другу относитесь, это было бы логичным.
У девушки задрожали руки. Значит, ни для кого уже не являются секретом их отношения, в которых они сами еще далеко не разобрались! Она отвела взгляд и уклончиво ответила:
— Ни лорд Генри, ни я пока не помышляем о браке. Особенно — он.
— Никогда не слышала подобной чепухи! — воскликнула герцогиня. — Если даже лорд Стилтон не желает иметь наследников, рано или поздно любой мужчина начинает понимать, что ему нужна жена, хотя бы в роли собственной няньки. Не думаю, что Генри составляет исключение.
— Лорду Генри нужна жена в связи с новым назначением, поскольку того требует этикет. Скажу вам правду, мадам: он сделал мне предложение. Но я ему отказала.
— Позвольте полюбопытствовать почему?
— Не хочу выходить замуж по расчету. У меня есть достаточно приличное состояние, обеспечивающее независимость, и нет никакого желания связывать себя брачными узами с человеком, который меня не любит.
— Вы рассуждаете точно так же, как моя дочь! Она гоняется за романтическим идеалом и решительно отвергает каждого кандидата в мужья, которого ей предлагают родители.
— Но при этом вы не принуждаете ее, мадам?
— Нет. Возможно, меня за это осуждают. Сейчас принято, чтобы родители выдавали дочерей замуж или женили сыновей, даже не спросив их согласия. Но я надеюсь, что дочь в конце концов сама найдет себе жениха. Хватит об этом. Лучше скажите, милая, почему вы думаете, что Генри вас не любит?
— Он мне ни разу не говорил о своей любви.
— И только-то? Милочка, поступки подчас говорят сами за себя лучше всяких слов. Запомните это, детка! Некоторые мужчины просто не умеют выразить своих чувств. Но при этом ведут себя так, что даже дураку все становится ясно. Возможно, к их числу относится и лорд Генри Стилтон.
— Может быть, мадам. Но у меня мало опыта в общении с мужчинами. Все те, кто делал мне предложения, клялись в вечной любви.
— И вы им верили?
— Не всем.
Клер про себя вздохнула: даже тот, единственный в ее жизни, которому она поверила, на деле оказался лжецом!
— А лорду Генри вы доверяете? — продолжала допрашивать девушку герцогиня.
— Не знаю. Однако надеюсь, что он не считает себя обязанным непременно повторить свое предложение.
Графиня пожала плечами.
— Генри должен понимать, что наилегчайший способ вас окончательно потерять — это заставить думать именно так. Если, конечно, он действительно умный человек. А я в этом не сомневаюсь. Знаете что, милая, если он и дальше будет тянуть время, вам придется самой предпринять некоторые шаги.
— Шаги? Какие? — недоуменно спросила Клер.
— Послушайте! Не делайте вид, будто не понимаете, что я имею в виду! Лучше последуйте дружескому совету. Вы должны дать понять лорду, что примете его предложение. Конечно, не сейчас, а когда вернетесь в Париж и скандал вокруг вашей совместной поездки забудется. Вот увидите, пройдет совсем немного времени и Стилтон сам заговорит об этом.
— Но он через несколько недель покинет Париж.
— Тем лучше! Если Генри любит вас, это заставит его поторопиться. Но имейте в виду: для этого он должен быть уверен, что вновь не получит отказа.
Клер выпрямилась. На ее лице появилось решительное выражение. Она благодарно посмотрела на герцогиню.
— Спасибо вам! После нашего объяснения прошло слишком мало времени, чтобы Генри решился повторить предложение. И нечего попусту размышлять, любит он меня или нет. Надо набраться терпения и попытаться вселить в него уверенность, что следующее предложение не будет отвергнуто!
На другое утро специально нанятый Стилтоном экипаж двигался по дороге в Ватерлоо.
— Предлагаю сразу отправиться к колокольне Священного Союза, построенной совсем недавно, — предложил Стилтон. — Как раз там располагались резервы армии Наполеона, во время атаки на которые и погиб майор Уолтер Уилтшир.
Они свернули на узкую проселочную дорогу. Экипаж переваливался с боку на бок, преодолевая бесконечные ухабы и рытвины. Клер жалела, что они не поехали верхом.
— Я хотел бы сначала побывать на холме святого Иоанна, — сказал Эдвард. — Ведь именно оттуда началась атака.
Генри нахмурился.
— Похоже, Эдвард, вы не успокоитесь, пока не осмотрите каждую пядь этого поля.
— Сэр, здесь воевал и принял смерть мой отец!
— Я знаю это, мой юный друг. И мы постараемся предоставить вам возможность увидеть все, — согласился Стилтон.
Экипаж вновь свернул на главную дорогу. Они остановились недалеко от сожженной деревни, на склоне холма святого Иоанна.
Взобравшись на вершину холма, Клер, Эдвард и Генри посмотрели вниз. Отсюда было видно все поле.
— Да, — негромко сказал Эдвард, — это происходило здесь. Вон там кукурузное поле, где находился авангард Веллингтона. Туда Наполеон и двинул свою гвардию. А папа со своим полком атаковал из засады ее резервы. Они были укрыты вон там, где теперь стоит колокольня Священного Союза. Это она? — спросил Эдвард у Стилтона.
— Да, мой юный друг.
Клер почти не слышала Эдварда. Перед ней расстилалось огромное поле, на котором совсем недавно росли кукуруза и пшеница, а по краям стояли шеренги крестьянских домиков. Здесь жили люди, обзаводились хозяйством, растили детей. И вот в один день все было уничтожено. Посевы оказались вытоптанными, от сожженных деревень остались одни печные трубы, а на унылой голой земле валялись ядра, сломанные пушечные колеса и лафеты, ржавеющие клинки сабель. Тут умирали люди…
Наверное, в этот момент все трое думали об одном и том же.
Наконец общее оцепенение нарушил Эдвард:
— На том холме, у колокольни, во время сражения стоял с подзорной трубой Наполеон Бонапарт и руководил действиями своих войск. Давайте съездим туда?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
