Читаем без скачивания Мошенники времени - Роберт Асприн

— Ой, ты ее заново обставил! Уау! У тебя теперь настоящая мебель!

Малькольм пожал плечами.

— Немного денег еще никому не повредило.

— Не расстраивайся из-за меня, Малькольм, — рассмеялась Марго. — Я знаю, что сама виновата в том, что нас всех чуть не убили, но видишь: что-то хорошее из этого все-таки вышло! — Она махнула рукой, чуть не сбив на пол лампу. — Ой! Извини.

Это была его любимая Марго, точно. Вот только захочет ли она стать его Марго?

— Я… э… у меня тут есть кое-что. Я… то есть…

— Малькольм, — она взяла обе его руки в свои, — что с тобой? Это же я. Та самая безмозглая дуреха, которую тебе пришлось спасать с костра португальских охотников на ведьм… Ты же весь дрожишь! Что случилось?

Он смотрел в ее бездонные зеленые глаза, переполненные тревогой и даже страхом. Когда она потянулась и коснулась его губ, он почувствовал, что в его душе что-то тает. Если она скажет «нет»…

— Все в порядке, Малькольм. Что бы ни было, скажи мне.

«Не смей больше увиливать», — мрачно приказал он сам себе и полез в карман за маленькой желтой коробочкой.

— Я тут смотался Наверх на пару дней и… вот, заказал для тебя…

Она с любопытством открыла коробочку и побледнела.

— Малькольм!.. — Голос ее дрогнул. И потрясающие зеленые глаза тоже.

— Ты согласна? — прошептал он. По лицу ее пробежала тень нерешительности, и сердце у Малькольма перестало биться.

— Малькольм, ты же знаешь: мое сердце и моя душа мечтают о разведке, — прошептала она. — Ты… ты не будешь против?

Он прокашлялся.

— Нет, если только ты будешь брать меня с собой. Глаза ее округлились.

— Но…

— А я-то думал, давно прошли уже те времена, когда я мог трусить.

И вдруг Марго оказалась в его руках, плача и целуя его одновременно.

— Никогда больше не говори так! Слышишь меня, Малькольм Мур? Никогда, никогда не говори так!

Потом она отдала ему кольцо и протянула руку. Пальцы его дрожали. Только с третьей попытки Малькольму удалось надеть кольцо ей на безымянный палец. Золотое колечко, которое прижмет ее сердце к его сердцу… Марго согнула пальцы и долго молча смотрела на кольцо. Бриллиант, в поисках которого она чуть не погибла в Южной Африке, сиял в мягком свете лампы.

— Да, — прошептала она. — О да, Малькольм, я согласна.

И прежде чем к Малькольму успело вернуться дыхание, глаза ее вдруг тревожно расширились.

— О Боже, а что скажет Кит?

Малькольм сумел даже несмело усмехнуться.

— Дедушка не против.

Брови ее сдвинулись у переносицы, и зеленые глаза вспыхнули — сейчас она была совсем как ирландская бродячая кошка.

— Ах, значит, он знает, да? Интересно, я единственная на вокзале не знала, что выхожу замуж?

Малькольм в замешательстве почесал нос.

— Ну, гм… ты же знаешь Ла-ла-ландию.

— Еще бы мне не знать, — недоверчиво пробормотала она, но взгляд ее смягчился. — Марго Мур. Что ж, мне нравится, как это звучит.

Звучание своей фамилии в сочетании с ее именем оказало удивительное воздействие на кровь Малькольма. Свет в комнате странным образом померк.

— Тогда… Как ты насчет медового месяца в Денвере? Я купил билеты…

Поцелуи Марго смогли бы свести с ума и самого здравомыслящего человека. Когда они оторвались друг от друга, чтобы отдышаться, Марго выдохнула ему в щеку:

— Мысль мне нравится. А теперь перестань увиливать, Малькольм Мур, и тащи меня в постель!

Без лишних слов он так и поступил. Он опасался, что страдания, причиненные ей теми проклятыми португальскими торговцами, могут каким-то образом поставить между ними барьер, которого ни он, ни она не смогут одолеть. Но нежность и страсть, которые так хорошо запомнились ему по Риму, только удвоились в тиши его спальни. Он почти с ума сходил от жажды прикосновения, ласки и стремления дарить наслаждение той, что выстрадала так много. И после того как они, обессиленные, оторвались друг от друга, Марго снова заплакала, почти так же горько, как в тот ужасный день в Риме. Но на этот раз, вместо того чтобы убегать, она прижалась к нему и позволила утешать себя всеми глупыми, бессмысленными словами. И они подействовали, потому что она уснула на его плече, прижавшись к нему мокрой щекой. Малькольм целовал ее волосы и думал, сможет ли она когда-нибудь доверить ему свою душу так же, как доверила тело.

Кольцо, поблескивающее в полутьме на ее пальце, вселяло в него надежду. По крайней мере начало положено. Малькольм лежал без сна, глядя в темноту, и обнимал ее, спящую. Когда она наконец проснулась, их второе слияние прошло еще прекраснее. И на этот раз, задремывая у него на груди, она сказала чуть слышно, словно вздохнула, те слова, которые он так давно хотел услышать от нее:

— Я люблю тебя, Малькольм Мур. Обними меня…

Так он и сделал.

Глава 9

— Его зовут Чак, — произнес голос на том конце провода. — Чак Фарли.

Скитер не имел ни малейшего представления, кто ему звонит; во всяком случае, звонивший сумел завладеть его вниманием.

— Да? Ну и что с ним?

— Он проходил Главные Врата один. Не в составе какой-либо группы. Он носит пояс с деньгами, не продекларированными в ДВВ. Как раз сейчас он наводит справки в отелях, какое время интереснее всего посетить.

Говоривший повесил трубку, прежде чем Скитер успел спросить, кто такой он сам, почему позвонил именно ему и откуда знает всю эту соблазнительную информацию. Может, это Голди снова пытается подставить его? Или ДВВ? Или кто-то из местных? Он не забыл странную заинтересованность Йаниры в том, кто выиграет это пари.

Возможно, у него больше союзников, чем он думал раньше

Скитер решил выследить мистера Фарли и своими глазами посмотреть, что делает здесь этот одиночка Сверху. И если этот денежный пояс действительно существует… что ж, тогда Скитер может выиграть пари одним ловким ходом. Все, что ему для этого потребуется, — это немного ловкости. Вопрос только, какую тактику избрать в данном конкретном случае? Нетерпеливо потирая руки, Скитер отправился на рекогносцировку.

Еще Есугэй учил его тому, что предварительная разведка территории — ключ к победе. Он узнает, что нужно здесь этому Чаку Фарли, и использует это для того, чтобы освободить этого джентльмена от пояса, набитого недекларированными деньгами. Скитер ухмыльнулся и, весело насвистывая, отправился в Общий зал.

— Не декларировал? Вы в этом уверены? — Голди так разволновалась, что почти перешла на визг.

— Абсолютно. Я видел этот самый пояс у него под рубахой, когда он выходил в сортир. И пояс тугой. Не иначе как много тысяч туда напихал.

Золотые видения поплыли перед глазами Голди: изысканные сладости, галантные принцы-Щелкунчики, а также образ закованного в наручники Скитера, которого, невзирая на все протесты и увертки, вышвыривает через Главные Врата лично Монтгомери Уилкс, а сама она, как добрая бабушка, машет ему вслед платочком.

— Как его зовут и где он сейчас? Голос на том конце провода хихикнул.

— Называет себя Чаком Фарли. Сейчас он ходит по гостиницам и задает вопросы. Вроде того, какие Врата интереснее. Похоже, он еще не решил ничего определенного. Мне это показалось немного странным, так что я сам навел кое-какие справки. «Путешествия во Времени» утверждают, что он не заказывал билетов ни через одни из их Врат, и в списках клиентов маленьких фирм он тоже не значится.

— Ну-ну. Большое спасибо.

Голди задумчиво положила трубку. Или у них на руках какой-то спекулянт, рассчитывающий быстро и незаконно разбогатеть, или они наткнулись на богатого дурака, ищущего развлечений. Все равно этого не узнать, пока она сама не переговорит с ним. Кем бы он ни был, она нацелилась на этот пояс и не включенное в декларацию содержимое, которому самое место в ее руках. Идиот. Чак Фарли и не знает еще, что он уже ступил одной ногой в сеть к Голди Морран. И как славный тихий паук, она принялась плести серебряную паутину обмана, чтобы заполучить в нее эту маленькую жирную муху.

Скитер стоял в тени бутафорской мраморной колонны напротив «Радости эпикурейца», глядя на худого невзрачного типа с темными волосами и невыразительными глазами, читавшего вывешенное у входа меню. При беглом осмотре Чак Фарли отнюдь не впечатлял, но наметанный взгляд сразу же обнаруживал присутствие того пояса с деньгами, о котором говорил по телефону анонимный информатор. Скитер собрался уже выйти из укрытия, чтобы изучить меню вместе с ним, когда на площади показались Кит Карсон, Малькольм Мур и — что главное — Марго Смит. Они оживленно болтали. Скитер чертыхнулся про себя и отступил глубже в тень. На безымянном пальце левой руки Марго красовалось кольцо с огромным бриллиантом. «Так! И что она только нашла в этом гиде?» Малькольм Мур невзрачностью не уступал Чаку Фарли, а невезение неотступно следовало за ним по пятам, будто его кто цепью приковал к ботинку.