не только немногословным, но и тщательно скрывать свои мысли от сослуживцев. Иначе — сожрут и не поморщатся. Поэтому он подтвердил в письме, что уезжает в Москву через час, но на личном автомобиле, т. к. самолёты уже не летали, а в поезде он становился слишком уязвимым для любых провокаций многочисленных недовольных.
Денис вернулся в свою квартиру, собрал всё то, что, по его мнению, было нужно, важно и памятно от прошлой жизни, достал полученный ещё до переброски заначенного Антоном оружия в Тополиновку арсенала ТТ-шник с запасной обоймой и полностью снаряжённый. В 17:30 он покинул Бражск, держа курс не на запад — в столицу, а на восток — в сторону Барсуково. Начальство не сможет контролировать его передвижения — служебный телефон он уничтожил ещё в квартире, тщательно раздолбав на самые мелкие кусочки весь аппарат. Версия — «не доехал» — самая правдоподобная. В нынешней обстановке сразу искать его не будут, а потом вряд ли станет до него — каждый будет спасать свою шкуру. Уже миновав окраину города, Денис включил личный телефон: как знать, может быть понадобится силовая поддержка.
Нынешнюю «Ниву» он купил на оставшиеся деньги, по доверенности месяц назад, ещё до начала бардака в стране, и не только сразу заправил бак «под завязку», но и запасся дополнительно двумя канистрами бензина. Помимо запаса топлива, он приобрёл стальной лист, а знакомый автомастер аккуратно поставил его перед радиатором, посетовав на ухудшение охлаждения двигателя. Помня об этом, сейчас Денис ехал со средней скоростью, внимательно всматриваясь в дорогу и положив на соседнее сидение ТТ, предварительно сняв с предохранительного взвода[21].
Бражский район он прошёл без происшествий. Уже выйдя на пологий спуск, километра за три от того места, где днём колонна Девятова попала в засаду, Денис увидел небольшую группу людей, вооружённых, по-видимому, ружьями. Они размахивали оружием и, возможно, что-то кричали. До них ещё было далековато, а Пасечников никак не хотел останавливаться и ввязываться в бой на условиях мародёров. Поэтому он взял ТТ в левую руку и резко начал увеличивать скорость. Нападавшие поняли его манёвр и начали стрелять дробью где-то метров с двухсот. Денис выжидал до последнего — он несколько раз слышал, как дробь попадала в его самодельную защиту, но пока не хотел обнаруживать у себя наличие оружия. Когда до мародёров осталось метров двадцать, он увидел перекошенные лица, яростно перезаряжающие два ружья — в спешке часть патронов попадала на землю. В этот самый момент Пасечников открыл огонь, стараясь сразу нейтрализовать стрелков. Ему несказанно повезло с третьего выстрела уложить одного мужика. Словив пулю грудью, того отбросило навзничь, а другой мигом прыгнул в кювет. Машина Дениса чуть подскочила, проехав по телу мародёра, но фээсбэшник удержал её и, не снижая скорости, рванул дальше. Нападавшие — он видел это в зеркало заднего вида, мигом окружили убитого. Заряд дроби вдогонку машине прошуршал где-то выше крыши, но догнал её на излете, простучав дробью по капоту «Нивы». Только дойдя до подъёма и благополучно его преодолев, Денис наконец сбавил скорость, решив немного охладить двигатель.
Внезапно ожил мобильник. Пасечников достал его из кармана и увидел входящий вызов от Антона.
— Привет, ты где?
— Уже в Барсуковском районе. Поднялся на горку, но до этого пришлось пострелять.
— Чуть дальше, у автобусных остановок, нас сегодня тоже пытались пощипать, но обломали зубы.
— Я этот участок прошёл, но видел растащенные деревья.
— Тогда через пятнадцать «кэмэ» ожидай на дороге мини-ёжиков. Мы сегодня в колонне с десяток скатов потеряли. Только автобус и одна легковушка не пострадали. Там, напротив, есть горелое дерево, как ориентир.
— Понял, учту.
— И почти на повороте в сторону Тополиновки дежурят двое пацанов, кидающих камни. В них стразу стреляй.
— Что, так всё плохо? — усмехнулся Денис.
— Нет, но мы их только так разогнали.
— Спасибо за совет.
— Всё, бывай.
Пасечников осторожно приблизился к месту с ежами. Не глуша мотор и держа пистолет уже в правой руке, он осторожно осмотрел местность. Не найдя засады, он рискнул дать мотору основательно охладиться и заглушил движок. Полчаса ему хватило расчистить от «ёжиков» дорожное полотно, чтобы не повредить колёса своего автомобиля. К тому времени, когда он сел снова за руль, температура датчика охлаждающей жидкости вышла к зелёной отметке и Денис продолжил свой путь. Уже смеркалось, когда Пасечников доехал до развязки. Пацаны, видимо, ушли, не дождавшись новой жертвы, и он благополучно повернул в направлении Тополиновки. Ещё полчаса езды и он вырулил к блокпосту. Там его уже ждали — Девятов предупредил новую смену наряда о «Ниве». Осветив удостоверение и лицо проверяемого, старший наряда пожелал к чему-то удачи и пропустил внутрь блокпоста. Вот и его с Сашей дом. Денис заглушил машину, устало потянулся прямо за рулём и вылез, решив разбирать барахло завтра утром. Не встретив супругу, на пороге, Пасечников не на шутку встревожился. Лишь войдя в уютную спальню, Денис увидел её, лежащую на кровати и плачущую навзрыд.
— Что случилось, Сашенька?
Денис кинулся к жене, обнимая. И почувствовал убийственный запах перегара.
— Денис, милый! Я сегодня двух людей уби-и-ила…
— Как? — удивился он.
— Как-как, задави-ила… — продолжала причитать и всхлипывать она.
Через полчаса он наконец-то узнал все нюансы сегодняшнего нападения на его супругу.
— Вот что я тебе скажу, дорогая, — голос Денис стал стальным. — Сергей тебе правильно сказал, что теперь над каждой бандитской мордой, неважно какого она пола и возраста, плакать не стоит. И так гробить себя — тоже. В следующий раз, если приспичит, и стрелять будешь. На поражение.
— Даже по ребёнку? — Саша на миг приподнялась на постели.
— Если ребёнок взял в руки оружие — это уже не ребёнок. Ты должна понять, что сейчас либо ты убьёшь врага в любом обличье, либо мне придётся справлять похороны по тебе.
— Не хочу! — мотнула головой его супруга.
— А я как не хочу, знаешь?
Глава 9
3 июня 2027 года. д. Тополиновка. Утро
Утреннее построение личного состава анклава выглядело достаточно буднично для силовиков. Они к этому привыкли ещё на службе. Но в тот день оно никоим образом не касалось распределения служебных обязанностей сотрудникам — намечался парко-хозяйственный день. Все трое друзей стояли перед личным составом, вглядываясь в лица.
— Доброе утро, коллеги, — обратился ко всем Девятов. — Вы все служили в органах
