я в голос слезу. – Мне кажется, хозяйка мной недовольна, преступников не нашла до сих пор.
– Что же, и намеков никаких нет, кто это может творить? – проявил сочувствие Щавельский.
– Ноль, полный ноль, ни зацепочки. – Мне удалось даже выдавить скупую слезинку из правого глаза. – Вот если бы вы мне, Гриша, помогли. Вы ведь известный предсказатель, может, ваши карты увидят, кто преступник. Мне одной не по зубам такой орешек.
Мне показалось, что Щавельский облегченно вздохнул. Мужчина потер кончик носа и согласился:
– Только давайте быстро, уже поздно. У меня эманации по биологическому графику истончаются к полуночи, да и лунный прилив в пике.
– Конечно, самой неудобно беспокоить делового человека по ночам, только судьба моя в ваших руках. – Я незаметно включила диктофон и преданным взором вперилась в таролога:
– Можем начинать.
Комната Щавельского представляла собой две зоны: спальня с небольшой кроватью была отделена сквозным стеллажом, где аккуратно были расставлены разные магические причуды: шар для предсказаний, мешочек с магическими костями, свечи, миниатюрные веники из хвойных деревьев для очищения тонких энергий, плетка с семью хвостами для изгнания демонов, обереги и амулеты. На второй половине расположились мы с тарологом в двух глубоких кожаных креслах возле длинного стола из полированного дуба.
– Такие интересные штучки, и это все для работы с высшими силами? – Я старательно округлила глаза, изображая восхищение. – Никогда не верила во всякие предсказания и магию, но сейчас понимаю, не зря Нинэль вам так доверяет. Ведь все сбылось! Сын предал, задумал жениться на алчной девице, которая так и метит бизнес отжать. Куда ни поедем, беда за бедой случается.
Таролог игнорировал мою лесть, он быстро разложил колоду и принялся бубнить:
– Ждут смертельная опасность и болезнь, надо отказаться от денег и поездки, только возле домашнего очага ждет покой. Все очень плохо, Евгения, если не вернетесь домой, то случится беда, потеря здоровья и денег.
Но я не хотела так быстро прощаться.
– А вот это что за смешной человечек в колпаке? – ткнула я пальцем в карту посередине.
– Это вы сами, бодрая и упорная, – отрезал предсказатель. – Вам стоит поменьше работать, может быть, присмотреть себе жениха и выйти замуж, как все нормальные девушки.
– А вот эта женщина со смешными собачками? – Я никак не унималась с расспросами.
– Смерть в сопровождении демонов, – процедил раздраженный донельзя Щавельский. – Гадание окончено, мне пора настраивать верхние чакры. Не прикасайтесь к картам, вы сбиваете их акупунктуру.
– А меня научите настраивать? В голове столько мыслей, не могу разобраться. – Скрытая неприязнь Щавельского меня лишь веселила. – Может, бросить эту работу и на таро начать гадать? Возьмете в ученицы?
– Нет! – взвизгнул в ярости таролог. – У нас с вами несовпадающая частота вибрации и солнце в разных домах, а еще интегральная веданта уровня первого дао. Ничего не получится.
Для убедительности своих слов таролог подбежал к выходу и распахнул дверь:
– Прошу, мне пора кристаллизовать кундалини для сеанса просветления.
– Да что вы так нервничаете, Григорий, это вредно для тоналя и нагваля, – ерничала я, направляясь неспешным шагом к выходу в коридор.
Наш диалог прервал зычный крик:
– Кто тут шумит? – В коридор выплыла наша начальница в шелковом пеньюаре, со сложной конструкцией наподобие фольгированной панамы на голове. – Вы что разорались? Мне надо спать, чтобы примочка подействовала и волосы росли лучше. Завтра ехать в командировку с самого утра. Лучше бы чемоданы собирали, а не орали в коридоре.
Мы с Щавельским вместе застонали и разошлись по своим комнатам, чтобы готовиться к очередной поездке.
Складывая вещи в дорожную сумку, я прикидывала, что же мне может понадобиться во время поездки, с такой бурной клиенткой сложно угадать, куда и на сколько меня занесет ее прихоть. Взяла на всякий случай купальник и теплый костюм, сложила наручники, компас, дождевик, непромокаемые спички, аптечку первой помощи и набор охотничьих ножей; меткий «глок» всегда ждет меня в дамской сумочке или в плечевой кобуре.
Интересно, а что там Щавельский собирает в своей комнате: коллекцию галстуков-бабочек и плетку-семихвостку для изгнания из Нинэль бунтарского духа?
Перед сном у меня мелькнула мысль: а может, действительно отказаться от выгодного контракта, дважды карты предупредили об опасности. Но я представила, как вручаю тетушке путевку в Италию или в Испанию, как она будет с восторгом делиться впечатлениями от теплого моря, пятизвездочного отеля с подругами, и сразу решила, что Охотникова не сдается перед лицом высших сил, что бы там ни приготовила судьба, я с этим справлюсь.
Глава 5
Утром, глядя за завтраком на сосредоточенную и решительную Нинэль, я даже несколько устыдилась ночного своего малодушия; работа на Быкову сложна, но, как и все трудности, она щедро оплачивается. Вот и сегодня нас ждал перелет в далекий сибирский город.
– У меня там завод год как работает, обороты у него хорошие, только успевают туши в колбасу превращать. Полстраны завод кормит. Рабочие недовольны условиями, управляющий не смог с ними найти общий язык, придется мне разруливать. Слетаю, пообщаюсь, что у них там произошло, – рассказывала нам о цели визита Быкова. – Ты, Женя, со мной на завод поедешь, а Гришка в гостинице посидит, слишком он впечатлительный для разборок.
Щавельский надулся в ответ:
– Ничего не впечатлительный, на заводе работяги с грубой энергетикой, я потом ауру долго чистить буду.
– Так я, Гришка, тоже из навоза всего двадцать лет назад вылезла, аура до сих пор зеленым отсвечивает, – пошутила бизнес-леди над снобизмом предсказателя.
– Вы, Нинэль Федоровна, не такая как все. – Щавельский с аппетитом принялся жевать свежую слойку с котлетой и громко прихлебывать свежий кофе. – У вас в верхнем доме грапис солнечный концентрированный, что и позволило добиться таких успехов в денежном поле.
Завтрак в апартаментах мадам Быковой традиционно был обильным и плотным, несмотря на то что на часах было пять утра, а за окном рассвет только начал проникать в дома и будить дремлющую столицу. На длинном столе в гостиной на серебряных блюдах расположились теплые булочки с сыром, яйца пашот с соусом из щавеля, сочные котлеты в обертке из хрустящего слоеного теста, нежный творожный мусс с посыпкой
