проделали брешь в этой стене холода и отстранённости. Она вспыхнула, сжала губы и едко спросила:
- А что? Разве есть, что возвращать?
- Ну… - мужчина смутился, - наше общение… разговоры… наш чат…
- Константин Сергеевич, - не дала она ему продолжить, - у меня складывается впечатление, что по развитию Вы недалеко ушли от своей Оксаны…
- Нин, я серьёзно…
- Хорошо, - она снова вспыхнула и рассерженно сверкнула глазами, - если Вы сами не понимаете, я объясню… Наше «общение» - это разовый трах в туалете и постоянные с Вашей стороны придирки… «Разговоры» - это, когда Вы меня унижаете или орёте, а я иногда пытаюсь ответить… Наш «чат» - это угрозы увольнением, если я сделаю что-то, что Вам не будет угодно… Вы собираетесь это «вернуть»???
- Ну, если всё именно так формулировать, то конечно… Но было же и что-то хорошее, Нин! – он заглядывал ей в глаза, словно ребёнок, выпрашивающий шоколадку.
Сердце девушки дрогнуло, и она, пытаясь всеми силами сдержать внезапно накатившие слёзы, очень устало произнесла:
- Константин Сергеевич… хорошего было так мало… Лучше бы мне было Вас вовсе не знать!
Он, проглотив ком, застрявший в горле, хрипло, почти шёпотом, произнёс:
- А если я скажу, что теперь будет всё по-другому? Если пообещаю, что постараюсь…
- Вы "постараетесь"?! Серьёзно?! – настроение Нины резко переменилось, - Константин Сергеевич, я никогда не буду настолько пьяной, чтобы публично лезть к Вам в штаны! Вы ведь именно к такому привыкли? Мне более чем достаточно было в жизни одного кобеля! И давайте, наконец, закончим этот непродуктивный разговор! Пашка, по крайней мере, старался как-то вуалировать свою натуру…
- Пашка! – босс тоже повысил тон, - Ты сравниваешь меня со своим блудливым мужем?!
- Скажите спасибо, что не с Семёном или Сергеем! На их фоне…
- Ах вот как?! С Сергеем?! – уже не заботясь о том, что они стали предметом пристального внимания всех присутствующих, внимательно вслушивающихся в их разговор, мужчина вскочил, с грохотом откинув стул, - Нина Владимировна! Попрошу Вас не забывать, кто Вам платит зарплату! И постараться впредь относиться более трепетно к своему начальству! С Сергеем она ещё меня будет сравнивать!!! Совсем распустились!!!
В ярости сжимая кулаки и бешено вращая глазами, мужчина ринулся к выходу, а Нина, смущённо оглядываясь на коллег, мечтала провалиться со стыда сквозь землю…
ГЛАВА 24
Близилось время представления отчёта за прошедший месяц. Нина впервые всё делала сама и поэтому ужасно волновалась. К тому же, нервировали эти нездоровые отношения с боссом и последний их разговор, который окончился вполне предсказуемо: его вспышкой и её чувством досады и вины…
Девушка по сто раз перепроверила каждую цифру, каждую запятую. Уже шёл одиннадцатый час, и её вовсю бил жуткий мандраж.
Сегодня она одевалась на работу с особой тщательностью: бордовое строгое платье, которое ей очень шло, не в облипочку, но облегало фигуру, выгодно подчёркивая и тонкую талию, и высокую грудь.
Нина разорилась на новые туфли на достаточно высоком каблуке, чтобы не чувствовать себя малявкой и ощущать некоторую уверенность в себе, которой ей сейчас особенно недоставало.
За полчаса до выхода тренькнул телефон. Нина, волнуясь, открыла Вайбер и прочитала сообщение от босса:
- «Нина Владимировна, не забудьте второй экземпляр отчёта!»
Такое внимание неожиданно показалось девушке завуалированной заботой. От этой мысли, её глупое сердце радостно запело. Она поднималась в лифте, сосредоточившись на своих цифрах, не замечая никого вокруг.
Подходя к конференц-залу, у дверей которого уже ожидали несколько человек, переговариваясь вполголоса и обсуждая вчерашний футбол, девушка не заметила подскочившую откуда-то сбоку Марину, державшую поднос с расставленными на нём чашкой кофе, молочником и вазочкой с печеньем.
- Смотри, куда прёшь, дура! – очень тихо прошипела секретарша и, нагло глядя в глаза Нине, демонстративно опрокинула на неё поднос.
Девушка ойкнула, ошпаренная горячим напитком и отскочила в сторону. По всему центру платья разливалось, захватывая всё новые и новые территории, некрасивое буро-молочное пятно, щедро присыпанное крошками от печенья.
Окружающие сочувственно заохали, а Марина, изобразив отчаянье, с громкими извинениями бросилась к Нине с салфетками, размазывая пятно ещё больше.
Первое мгновение девушка замерла в шоке, а потом, очнувшись, оттолкнула излишне «заботливую» секретаршу и постаралась смахнуть кофейные и молочные капли с документов, которые держала в руках.
- Что у вас здесь происходит? – прогремело раздражённое сбоку, - Марина, что ты мне здесь устроила?
- Константин Сергеевич, это не я! – залебезила красотка, изображая сильное огорчение, - Это Секунда неслась по коридору, будто за ней собаки гонятся! Чуть не сбила меня с ног! И видите? Вот!..
Она раскинула руки, демонстрируя огромные масштабы постигшей её катастрофы и призывая окружающих быть свидетелями, что она здесь совершенно ни причём.
- Что вы все столпились в коридоре? – пророкотал Беркутов, - Совещание вот-вот начнётся!
Люди тоненькой струйкой потянулись в зал. Босс вгляделся в излишне огорчённое лицо секретарши и перевёл взгляд на полные слёз глаза Нины, которые она всеми силами старалась удержать и не дать им пролиться.
- Константин Сергеевич, - она произнесла тихим голосом, - отчёт…
- Что отчёт? Говорите яснее! – босс в раздражении повернулся к ней всем корпусом.
- Он теперь забрызган кофе и молоком… - более отчётливо объяснила Нина,
