их в стену, наложил заклинание остановленного времени, после чего достал из угла кочергу и попытался выковырять один из камней, вставив её в просвет между ними. Он не поддавался.
— Ты решил разрушить эту стену ещё больше? — спросила Тейла, которая тоже спустилась в кухню с подносом в руках.
— Наоборот, временно её заделал.
Она непонимающе повела головой, поставила на стол поднос с опустевшей посудой и, приблизившись, потрогала зависшую в воздухе каменную кладку. Никакого скрепляющего элемента в просветах не было, поэтому казалось, что от малейшего движения камни должны упасть, но при всём желании их невозможно было пошевелить.
— Телекинез? — спросила она. — Но ты ведь не сможешь контролировать их постоянно.
— Остановка времени, — пояснил я. — От ветра и холода, конечно, не защитит, но если кто-нибудь решит через эту брешь проникнуть в дом, его ждёт сюрприз.
— Но почему они не шевелятся? Вот этот камешек вообще, кажется, в воздухе висит, — присев на корточки, она попыталась выковырять небольшой осколок, и даже смогла ухватиться за него тонкими пальцами, но ничего не вышло.
— Видимо, ты ничего не знаешь про магию времени, — я с улыбкой присел рядом. — Физический объект может двигаться в пространстве только с течением времени. Поэтому, если время остановить, всё замрёт. Совсем.
Тейла собралась встать, но потеряла равновесие и завалилась на меня. Я и сам едва удержался на корточках, когда поймал её и, придерживая под локоть, помог подняться. Она покраснела и отвернулась.
— Прости за то, что наговорила только что. Ты прав. Если Сагатоны не придут к власти, всем будет лучше.
— Если честно, — мой голос против воли стал тихим, — я бы и сам не хотел тебя забыть.
— Почему? — она подняла на меня полный надежды и скрытого отчаяния взгляд.
— Не знаю. Наверное, за эти несколько дней привык. Ты вроде хороший человек.
— Ты тоже… неплохой, — надломившимся голосом произнесла она.
Несколько мгновений я боролся с нестерпимым желанием прикоснуться к ней, и когда она уже вдохнула, чтобы что-то сказать, сдался: обхватив ладонями маленькую головку, поцеловал мягкие губы — и тут же опьянел, когда она ответила на этот поцелуй.
Пресветлая Туата-Де, за что ты так ко мне жестока, что привела для моего пробуждения именно эту девушку, и зачем заставляешь сердце так отчаянно сжиматься?! Как же Марианна? Неужели я так просто могу предать свою память о ней?
Тейла попыталась отстраниться от меня, но я, зарычав, подхватил её на руки и уверенно пошёл к выходу из кухни.
— Куда ты меня несёшь? — встревоженно спросила Тейла.
— В спальню, — хрипло рыкнул я. Возможно, все эти мысли вызваны простым воздержанием, и чтобы в голове прояснилось, достаточно лишь сделать то, к чему взывает тело.
— Зачем? Пусти, — она слабо толкнула меня в плечи, а я в ответ молча взбежал по лестнице. От такой близости ко всем её изгибам кровь во мне бурлила с такой неистовой силой, что терпеть это становилось почти невозможным.
Не принимай решений и не действуй, не разобравшись в своих чувствах. Что ж, вот сейчас и разберёмся.
Глава 15
Тейла
Когда Рионар швырнул меня на кровать и упал сверху, придавив к матрасу всем весом своего немаленького тела, меня охватила паника. Неужели он всерьез вознамерился сделать то, чем недавно всего лишь грозился? Оказалось достаточно всего одного взгляда в эти лихорадочно сверкающие изумрудные глаза, чтобы окончательно капитулировать. Стоило быть честной хотя бы по отношению к себе — я этого хотела. Причем с самого первого мига нашего знакомства, еще там, в гроте, когда это обнаженное великолепное тело предстало передо мной во всей красе.
Настойчивый, но одновременно такой нежный поцелуй окончательно сломил мою защиту, и вместо того, чтобы продолжать отбиваться, я выгнулась навстречу мужчине, стараясь оказаться как можно ближе к нему. Будто путник, что сотни лет блуждал по пустыне в поисках воды и наконец нашедший вожделенный источник, Рионар пил мое дыхание, не забывая, однако, щедро делиться со мной. Отпустив себя, я покачивалась на волнах его страсти, сгорала в его пламени и растворялась в нем, все больше теряя себя. Где-то на краю сознания маячила мысль, что у драконьего принца точно зародились ко мне какие-то чувства, потому что не мог равнодушный мужчина быть одновременно таким трепетно нежным и требовательным.
Сердце пело от счастья, и когда мужчина начал стремительно избавлять нас от одежды, с моих губ не сорвалось ни слова возражения. Я лишь смотрела на его великолепно вылепленное тело и жаждала провести руками по всем выпуклостям и впадинам, познать его полностью. Пусть даже это случится один раз в жизни.
Наверное, эта мысль и стала спусковым механизмом. Кто знает, как все обернется после того, как Рионар изменит свое прошлое. Буду ли я вообще существовать, чтобы жалеть о произошедшем? Запомню ли этот миг наивысшего единения с другим человеком, чтобы потом жалеть и тосковать всю оставшуюся жизнь? Вряд ли. Поэтому я даже не пыталась сдерживать себя, изображать ложную скромность и как-то оттягивать неизбежное. И когда горящий взгляд принца медленно прошелся по моему обнаженному телу, не стала стыдливо прикрываться, а наоборот притянула его к себе.
Кровать тихо скрипнула, когда Рионар снова оказался сверху. Его умелые ласки воспламенили мое тело до такой степени, что я готова была умолять о большем, но я держалась, едва не до боли закусив губу.
— Клянусь, ты ни о чем не пожалеешь, — выдохнул он мне в губы.
Я старалась не думать о его колоссальном опыте. О всех тех бесконечных женщинах, что побывали в его постели, стараясь повысить свой статус. Ведь это же не плохо? Хотя бы один из нас должен быть хорошим любовником, чтобы эта ночь стала незабываемой.
— Я в этом не сомневаюсь, — я поерзала, без слов прося о большем, несмотря на то, что принц Морай уже дал мне предостаточно. Прикосновение кожа к коже, переплетение тел и его абсолютно нечитаемый, темный взгляд. На один миг я почувствовала себя добычей в когтях дракона, и мне это понравилось.
Губы Рионара снова накрыли мои, поцелуем сметая все мои сомнения и переживания,
