— Одни женщины на уме.
— У меня — да, — торжественно кивнул Марио. — Одна ты, только и думаю о тебе постоянно.
— Рико Карле то же самое, наверное, говорил. А потом… — Она прикусила язык — Рико сам должен был рассказать обо всём другу. Достаточно того, что у них с Марио и так от него секреты. Но Марио уже навострил уши.
— Что потом? Что случилось? Он переспал с синьорой следователем?
— Я тебе этого не говорила. — Аллегра сокрушённо вздохнула, смирившись с тем, что проболталась. Марио присвистнул и подмигнул:
— Знаешь, теперь мне стало гораздо легче.
— Не смей ничего ему говорить! — пригрозила Аллегра.
— Не буду, — клятвенно заверил Марио и снова её поцеловал.
— Не зря съездил? — машина плавно вырулила с привокзальной площади и покатила по сонным улицам Кремона.
— Нет, — Марио довольно улыбнулся. — Завтра приедет Рико, всё расскажу.
— Тайны, — Аллегра вздохнула. — Даже от своей девушки?
— Любовь любовью, а дело делом, — серьёзно ответил Марио.
— А у нас, значит, любовь? — бросив на него быстрый взгляд, Аллегра вернулась к дороге. Сердце вдруг застучало так оглушительно, что она с трудом расслышала его ответ.
— А ты как думаешь, луковка?
Небрежно пожав плечами, Аллегра всё же не смогла сдержать довольную улыбку. В животе вовсю порхали бабочки, а сердце то замирало, то пускалось вскачь, стоило посмотреть на Марио. Неужели этот мужчина на самом деле её любит? Возможно, ей стоило сомневаться в его искренности, но никаких сомнений у Аллегры не было — она поверила ему сразу, окончательно и бесповоротно, со всем пылом, свойственным молодости, и теперь наслаждалась каждым мгновением, проведённым вместе.
24. Как отказать настойчивой любимой
— А давай сходим в кино, — вдруг сказал Марио. Они как раз проезжали мимо торгового центра, где всего пару лет назад открылся кинотеатр с двумя небольшими залами. Не отвечая, Аллегра припарковалась у входа, легко найдя свободное место, и посмотрела на него огромными, горящими глазами. Поход в кино с Марио был её давней мечтой. Они не раз и не два были здесь вчетвером, с Рико и Карлой, но теперь, вдвоём, как пара… Сидеть рядом, держась за руки, целоваться в темноте — разве может быть что-то более романтичное?
— На какой фильм пойдём? — спросила она, когда они подошли к афишам.
— Мне всё равно, — с улыбкой ответил Марио, уверенно кладя руку ей на талию. — Выбирай сама.
— Тогда давай на ближайший сеанс, не хочу долго ждать. — Аллегра одарила его долгим многообещающим взглядом, и во рту Марио тут же пересохло. Он мысленно похвалил себя за то, что выбрал нейтральный поход в кино, а не возвращение домой, где они остались бы наедине и пришлось бы прилагать все усилия, чтобы держать себя в руках. Для себя Марио твёрдо решил одно — он не позволит себе никаких вольностей с Аллегрой, пока не расскажет обо всём Рико. Но, как только погас свет, а зрители вокруг захрустели чипсами и попкорном, пришлось признать, что идея была не самой удачной. Рука Аллегры тут же нашла его руку, тонкие пальчики пробежались по ладони, погладили запястье, и внутри начало разрастаться тепло, контролировать которое было сложнее с каждой минутой. Марио с трудом понимал, о чём фильм, сосредоточившись на осторожных прикосновениях, становящихся всё смелее. Когда ладонь Аллегры легла на его колено, он решительно перехватил её, поднёс к губам и поцеловал, едва заметно качнув головой. Аллегра шумно вздохнула, сделала вид, что поглощена фильмом, и в данный момент Марио полностью устраивало: кто бы мог подумать, что она настолько раскована? Он-то наивно надеялся, что полный зал сможет её сдерживать, но, видимо, ошибся. Хотелось сбежать отсюда, схватить её в охапку и увезти к себе, а там дать волю разбушевавшимся фантазиям, от которых темнело в глазах и обжигало низ живота. Никогда ещё финал фильма не вызывал столько эмоций: Марио облегчённо выдохнул, когда зажгли свет.
— Тебе понравилось? — невинно поинтересовалась Аллегра, когда они выходили из зала. Она была разочарована, но тщательно скрывала свои эмоции за лёгкой улыбкой. Весь сеанс прошёл за попытками получить от Марио хотя бы один поцелуй, но он словно окаменел, не сводя напряжённого взгляда с экрана. Это обижало и раздражало — неужели он всё же считает её ребёнком?
— Поехали ко мне, — прошептала она, прижимаясь к нему всем телом. Они медленно выходили из зала, стиснутые со всех сторон людьми, и как бы Марио ни хотел, отодвинуться не мог.
— Луковка, — он ловко развернул её перед собой, обвил плечи и подтолкнул вперёд, к выходу. — Если мы сейчас поедем к тебе, я за себя не ручаюсь.
Аллегра не ответила, сдержавшись, чтобы не закрыть глаза. Его ладони обжигали сквозь одежду, жар, исходящий от тела, буквально плавил кожу. На негнущихся ногах она вышла из зала, и Марио тут же отпрянул, сплёл их пальцы и молча повёл к выходу.
— Ты отвезёшь меня домой, — сказал он, когда они сели в машину, — и будешь вести себя, как примерная девочка, пока я не поговорю с Рико.
— Не думала, что ты так его боишься, — обида зазвенела в голосе — Аллегра не понимала, что с ней не так, почему Марио отвергает её снова и снова.
— Уважение и доверие — то немногое, что у нас есть и что нельзя разрушать, — серьёзно ответил Марио и вдруг потянулся к ней, нежно погладив костяшками пальцев щёку. — Поверь, я очень хочу остаться с тобой наедине и сделать множество вещей, о которых, хочется верить, ты пока не догадываешься.
— Тогда что тебе мешает? — зачарованно прошептала Аллегра, глядя, как в ореховой глубине его глаз вспыхивают тёмно-зелёные искры.
