лет. Мне было тогда всего десять лет, когда по нелепой случайности она погибла во дворце. Тогда я только развивал свой дар, только обучался ему, узнавал границы своей силы. И в какой-то момент сестра разозлила меня — сломала мою игрушку. Я был вне себя от злости. Темнота вырвалась из меня и рассыпала ребенка в прах. Когда я подбежал к месту, где она стояла, там был лишь черный пепел.
Когда я осознал, что произошло, то думал, что меня в пору только казнить. Я слишком опасен для королевства, для людей, для семьи. Отец и мать заперли меня в одной из башен на время, пока решали, что делать с таким экземпляром. Отцу этот потенциал очень даже понравился — ведь во мне скрывалась такая опасная сила. Для врагов — да, но убил — то я невинного ребенка. Как я уже говорил, сила подчиняется мне, как живая, исполняет приказы, уничтожает, создает, оберегает и любит. Но в гневе она сметает все на своем пути.
Я темный маг во всех смыслах. Я повелеваю самой тьмой. К тридцати годам я уже научился ею владеть, но лишний раз стараюсь не злиться, потому что боюсь, что окажусь еще могущественнее, чем уже известно. Мне кажется, этот потенциал огромен, что даже я не смогу совладать с этой силой, если вдруг что. Отец решил устроить отбор невест по всем правилам — чтобы она подходила мне по силе, но какая же сила подойдет самой тьме? Которая все пожирает на своем пути? Она пожирает даже свет, Жасмин! Я могу в одну секунду отнять жизнь у целого войска! Все эти ужасы засекречены, с поля боя не разносится ни одного слуха (истинного). Уже тридцать лет никто в королевстве не знает правду о принце.
— но как же… — начала я, как он резко подошел ко мне, схватил за руку и заставил посмотреть ему в глаза.
— и ты не будешь знать. Прости, Вивиан. Я не маг памяти, но тьма позволяет мне делать все, что захочется и что необходимо. Я бы хотел, чтобы ты знала. Именно ты, но это знание опасно. А тобой рисковать я не могу.
В этот момент в меня хлынула эта чернота. Я отчаянно закричала. Тьма вливалась в меня с бешеной скоростью. Глаза принца стали совсем черными. Я пыталась выхватить свою руку, но он крепко ее держал, а потом обхватил меня за талию, все также не отводя своего темного взгляда.
В моей голове словно носились вихри ветра. Я вдруг осознала, что не чувствую боли. Совсем. От осознания этого я изумленно замолчала, наблюдая, что принц будет делать дальше. Но он все вливал в меня свою магию, которая потоком разливалась по моим венам. Казалось, ей не было конца.
Вдруг до меня дошло.
— Филипп, остановись! Остановись, иначе я опустошу тебя! — закричала я вне себя от страха, отдергивая руку. Но, казалось, он не в силах прекратить. Процесс высасывания уже начался, и я не умела это останавливать! Я отдергивала руку вновь и вновь, но бесполезно. Темнота все выливалась и выливалась, опустошая резервы принца.
Я всеми силами пыталась это прекратить.
— стоп, стоп! Я не хочу забирать его силу, стоп! — закричала я, рванув руку в последний раз, как связь разорвалась. Темнота вернулась в принца, его глаза вернулись в прежний темно-карий цвет. Он часто-часто дышал, а потом упал в соседнее кресло. Впрочем, как и я. Во мне бушевала магия. Темная магия Филиппа.
Кроме испуга я больше ничего не чувствовала. Наоборот, у меня был прилив сил. Посмотрев на свои руки с темными венами, я испугалась еще сильнее и тряхнула ими, подумав, что не хочу эту дрянь в себе. Тут же темнота песком высыпалась из моих рук и рассыпалась на полу.
Руки вновь стали белыми. Я ясно поняла, что от магии принца избавилась. Прислушавшись к себе, я осознала, что все помню. Он не стер мне память, это я чуть ли не высушила его.
Сила нейтрализатора защищала хозяйку от влияния извне.
— кто ты, Вивиан? — внезапно тихо спросил Филипп, смотря мне в глаза. В его взгляде я прочитала непонимание.
— я тот, кто сможет тебе помочь. — внезапно осенило меня. — но только если ты поможешь мне.
— и что же тебе нужно? — стальные ноты прорезались в голосе принца. Я на секунду растерялась, позабыв всю свою стратегию разговора. То, что произошло требовало объяснений и немедленно. Мое открытие должно было сыграть на руку.
«Вот какова цена вашего хорошего отношения ко мне, принц. Как только вы узнали, что со мной не все хорошо, сразу же перешли в нападение!» — горько подумалось мне. На какой-то момент мне правда показалось, что он хотел бы быть мне другом. Но никогда не стоит забывать, где он, а где я. Он наследный принц, а я вообще из другого мира. Мы из настолько разных миров, что даже представить невозможно, чтобы мы нашли общий язык.
— по всей видимости, я та, кто сможет усмирить твою силу, Филипп, ведь она на меня не действует. Но ты должен меня понять и выслушать, не причиняя вреда за мой дар. — начала я, миролюбиво приподняв руки.
— кто ты такая? Нейтрализаторы не причиняют никакого вреда — вы вырожденные маги! — он уже пришел в себя. — и мое воздействие на тебя никак не повлияло? Да что происходит?!
— по всей видимости, да. Я чуть не опустошила тебя до дна. — заявила я, отходя еще на шаг. — но заметь, я остановилась! Я не хотела причинить тебе вреда!
— ничего не понимаю! Какой вред?! — он заводился на глазах и казалось сейчас на меня обрушится его магия. — какая у тебя сила, Вивиан?!
— я все тот же нейтрализатор, Филипп. Просто сильный, такой, какими они были раньше. — я посмотрела ему в глаза.
— не понимаю. — он замотал головой. — ты сейчас же расскажешь все по порядку, поняла?!
Он все также ничего не понимал, пригвождая меня к стенке.
Я начала быстро соображать. Придется, скорее всего, рассказать обо всем, что происходит в этом мире. Конечно же, умолчать о сокровище, о нашем знакомстве с Дамианом, в общем, оставить ту версию, которой я была в этом мире плюс все об Алане и сильном даре нейтрализатора. Глядишь. Смилуется и поможет. Смысла скрывать уже не было, принц видел мою магию, видел ее действие. И был в праведном гневе. Теперь с балкона я уйду либо заключенной, либо соратником принца, либо мертвой. В руках Филиппа периодически вспыхивали полохи черноты.
Принц казался
