– Нет, я переживаю совсем не из-за этого. Самсон удивленно поднял брови.
– Да, совсем не поэтому, Сэм. Позволь, я сначала объясню тебе, каким образом я имею отношение к тому, как она стала вдовой.
– Может быть, ты хочешь, чтобы я допросил тебя? – Самсон указал на кучу папок, лежавших на столе и на полках по всем стенам его кабинета. – В моей практике было с полдюжины дел, когда жена и ее возлюбленный отправили на тот свет опостылевшего мужа. Если ты готов дать признательные показания, то сэкономишь мне кучу времени и избавишь от писанины.
– Очень остроумно. – Дилан отпил чай, который налил ему Самсон, и поморщился. Это было какое-то странное зеленое варево с резким металлическим привкусом.
– Почему ты не можешь предположить, что кошка убежала по своим кошачьим делам?
– Нефер никогда не покидала дом без поводка. И к тому же она слишком предана Шарлотте. Она не из тех животных, что гуляют сами по себе. В любом случае в доме налицо явные доказательства вторжения. Окно около буфетной вскрыто снаружи.
– Значит, мы можем предположить, что некто проник в дом перед тем, как вы приехали приблизительно в полночь. – Самсон отхлебнул из своей чашки. – Но почему слуги ничего не слышали?
– В доме прошлой ночью никого не было, только кошка. Поскольку леди Маргарет и все остальное семейство собирались провести весь вечер в театре, они отпустили слуг на ночь. – Дилан пожал плечами. – В это время кто-то мог проникнуть в дом.
Самсон встал, чтобы налить себе еще чаю.
– Хорошо, я подумаю, что тут можно сделать. – Он указал на пачку бумаг у себя на столе. – У меня застопорилось расследование дела об убийстве на дороге Ватерлоо, так что не могу поручиться, что смогу уделить много времени этому подлому похищению.
Дилан почувствовал себя идиотом, но продолжал стоять на своем:
– Я высоко оценю любое время, которое ты или твои люди смогут посвятить этому делу.
– Пожалуй, я сам за него возьмусь. Не осмелюсь попросить ветеранов Скотланд-Ярда за него взяться. Если я пошлю своего сотрудника выслеживать какую-то плюшевую кошку, это будет означать конец моей карьеры. – Самсон хмыкнул.
– Она не плюшевая. Нефер очень крупное животное, рыжевато-коричневая кошка с янтарными глазами. У нее на шее ошейник с рубинами.
– Рубины настоящие? – быстро спросил Самсон. Дилан кивнул.
– Так, может быть, мы здесь имеем дело с воровством драгоценностей, а не с похищением кошки?
– Если это убедит тебя предпринять хоть какие-то усилия, чтобы найти кошку, можешь считать и так. – Дилан со вздохом откинулся на спинку стула. – Прошу тебя, сделай все, что в твоих силах. Шарлотта ужасно расстроена. Если с Нефер что-нибудь случится, ее ничто не сможет утешить.
– А я-то всегда думал, что у тебя огромный опыт по части утешения женщин.
– Ничего ты не понимаешь. – Дилан поднялся, поставив чашку на стол. – У меня довольно странные чувства по этому поводу.
– Пожалуй, это из-за чая, что я тебе заварил, – шутливо заметил Самсон, хотя его проницательные глаза внимательно следили за взволнованным другом. – В Индии требуется целый день работать, чтобы по достоинству оценить его. Никак не могу научиться правильно его готовить.
– Это не из-за твоего ужасного чая. Мне кажется, я знаю, кто украл кошку.
– Ну так, значит, ты сам раскрыл дело. И я тебе совсем не нужен.
– Хотелось бы, чтобы так оно и было. – Дилан тряхнул головой. – Все спуталось в каком-то дьявольском клубке.
– Послушай, Дилан, это же обычная пропавшая кошка. Я понимаю, Шарлотта от нее без ума, но только за один последний месяц мы выудили из Темзы девяносто три мертвых тела. Большинство из них со следами насильственной смерти. – Самсон подошел к открытому окну, которое выходило на реку. – По сравнению с этим дело о сбежавшей кошке кажется смешным недоразумением.
Дилан тоже подошел к окну. День был облачным, но теплым. Легкий ветерок проникал через окно в небольшой кабинет, принося с собой запахи рыбы и отбросов, гудки пароходов и звуки толпы.
– Если бы дело касалось только кошки, Сэм, я бы справился сам. Сейчас в Лондоне находится один турок, которого зовут Ахмед Вартан. У меня есть сильное подозрение, что именно он украл кошку. Но есть кое-что еще. – Дилан сунул руку в карман. – Прошлой ночью я снял вот это с пальца Шарлотты и забыл вернуть ей обратно.
Он раскрыл кулак. Посередине ладони лежало золотое кольцо.
– Могу я поинтересоваться, зачем ты его снял?
– Это не так важно. Иди сюда, посмотри на него.
Самсон взял кольцо из рук Дилана и поднес его к окну. Провел пальцем по гравировке, которая опоясывала кольцо по окружности.
– Похоже на старинное.
– Да уж наверное, кольцо, которому больше четырех тысяч лет, будет казаться старинным.
– Египетское? Дилан кивнул:
– Найдено при раскопках в Секкаре четыре года назад. Я как раз в то время руководил там раскопками.
– Значит, его украли?
– Да, и боюсь, что знаю, кто украл его, – криво усмехнувшись, произнес Дилан.
– Ты сказал, что кольцо принадлежит миссис Фэрчайлд?
– Это ее обручальное кольцо.
– Понятно. – Самсон нахмурился. – Значит, это ее муж украл его?
– Сомневаюсь, чтобы Йен Фэрчайлд сам проник ночью в наш лагерь и украл его. Но тем не менее на нем лежит определенная ответственность.
Самсон еще раз внимательно рассмотрел украшение.
– Я не эксперт по египетским древностям, но сдается мне, что там, в пустыне, порядочно закопано золотых колец. Может быть, это кольцо просто похоже на то, что выкопал ты?
– На нем выгравировано: «Возлюбленная жена, возлюбленная голубка, возлюбленная Нахепсат». Это кольцо из гробницы царицы Нахепсат. Я знаю это совершенно точно, потому что своими руками распечатал эту гробницу. И я нашел это кольцо. – Дилан взял кольцо из рук Самсона. – Нахепсат была женой фараона Акербада III, который умер на семь месяцев раньше ее. Она была первой и последней его женой. Таких колец в пустыне больше нет. И его украли.
Самсон присел на подоконник. Речной ветерок взъерошил его волосы.
– Я слышал, ты в Египте занимался подобным бизнесом.
Лицо Дилана сделалось жестким.
– Откуда ты это знаешь?
– Ты забываешь, мой друг, что с тех пор, как мы покинули Кембридж, я стал профессиональным полицейским. Семь лет в индийской полиции. По нашим каналам циркулирует много полезной информации.
Дилан спрятал кольцо в карман.
– Значит, я все эти годы из кожи вон лезу, чтобы никто ничего не пронюхал, а тут всей полиции известно, за что я отвечаю в Египте.
– Нет, не всей полиции. Знают только те, кто такой же ловкий и умный, как и ты. И конечно, те, кто еще ловчее.
