Работа над фильмом была закончена в начале 1930 года, однако до его выхода в прокат представители «Парамаунта» оценили игру Марлен. Они с ходу предложили ей подписать контракт еще на два фильма, гарантируя гонорар в 1750 долларов в неделю. Марлен согласилась. Тогда же ряд газет выступил с сенсационным предположением, что между Марлен и Штернбергом существует тайный роман. Дескать, именно поэтому жена режиссера так спешно покинула Германию и уехала в Америку. Но сама Марлен в одном из интервью сообщила, что никакого романа не существует — есть только деловые отношения.
26 февраля 1930 года Марлен прибыла в Голливуд. Причем ее не остановило даже то, что она была связана трехгодичным контрактом с театральным режиссером Робертом Кляйном. «Парамаунт» быстро уладил эту проблему, выплатив Кляйну 20 тысяч марок отступных. Кстати, именно такую сумму Марлен получила за роль в «Голубом ангеле», плюс — 5 тысяч марок за английский вариант фильма (последнюю сумму она истратила на покупку роскошной шубы). Пробыв в Америке некоторое время, Марлен затем вернулась на родину, чтобы присутствовать на премьере «Голубого ангела» (1 апреля). Успех Марлен в роли Лолы-Лолы был грандиозным. На следующий день актриса села на пароход «Бремен» и вновь отчалила к берегам Америки.
Марлен поселилась в Нью-Йорке, в отеле «Алгонкин». Но прожила там недолго: Штернберг, как только узнал, что она вовсю позирует фотографам и появляется в ночнах барах, тут же приказал ей «сняться с якоря» и выехать в Нью-Мексико. Там он встретил ее и они вместе отправились в Пасадену. Это подбросило новую порцию поленьев в затухший было скандал вокруг их романа. Чтобы развеять эти слухи, Штернберг сообщил газетчикам, что они с Марлен работают над новым сценарием. Шутники язвили: и ночью? Они пробыли там пару недель, после чего приехали в Голливуд. Штернберг поселил Марлен в квартире напротив собственной. Тогда же состоялось представление Марлен обитателям Голливуда. Ее представили собравшимся как «новую звезду студии «Парамаунт». Когда она вошла в зал, то сразу же подчинила себе всех вокруг. Всех, но не жену Штернберга Ризу Ройс. В течение нескольких дней та стоически терпела в качестве соседки любовницу мужа, после чего не выдержала. 11 мая между супругами произошел грандиозный скандал, во время которого Штернберг силком выгнал жену из дома. То бишь он сам выбрал, с кем остаться. Риза Ройс сразу подала на развод, обвинив мужа в рукоприкладстве.
В июле Штернберг начал работу над новым фильмом с участием Марлен — «Марокко». Ее партнером в нем был Гари Купер. Никакого романа между ними быть не могло, поскольку, во-первых, рядом был Штернберг, во-вторых — Купер крутил любовь с «мексиканской злючкой» Лупе Велес (смотрите главу про Г. Купера). Более того, Купер и Штернберг ненавидели друг друга, и порой между ними случались серьезные стычки. Например, Купера страшно злило, что Штернберг разговаривает с Марлен исключительно по-немецки. Однажды это актера так взбесило, что он схватил режиссера за шиворот и зашипел: «Ты, немчура, ты не в Германии и давай говори по-английски». После таких выходок Штернберг покидал съемочную площадку до следующего дня. Обижался. Но фильм все-таки доснял. И тот, несмотря на все закулисные склоки, побил все рекорды кассовых сборов. Газеты писали, что «на небосклоне Голливуда зажглась новая звезда», «что Марлен Дитрих похожа на Грету Гарбо, только красивее». Кстати, когда саму Гарбо спросили, что она думает об этом, та обиженно парировала: «Кто такая эта Марлен Дитрих?».
Когда на «Марокко» обрушился оглушительный успех (он принес доход в 2 миллиона долларов, что по тем временам было астрономической суммой, Марлен Дитрих была выдвинута на премию «Оскар», хотя и не получила ее), боссы «Парамаунта» с ужасом обнаружили, что курица, несущая золотые яйца по имени Марлен, может вскоре от них умотать обратно в свой фатерлянд (как мы помним, актриса подписала контракт всего на два фильма, а дома у нее оставались дочь и муж, с которым она еще не была официально разведена). Чтобы этого не случилось, ей предложили новый контракт и увеличили ее гонорар до 125 тысяч долларов за фильм.
Практически сразу после подписания договора Марлен начала сниматься в следующем фильме Штернберга — «Обесчещенная», где опять играла проститутку, которая попутно выполняет шпионские задания. Кстати, ее партнером вновь должен был стать Гари Купер, но он наотрез отказался сниматься у Штернберга. Вместо него взяли актера Виктора Мак-Лаглена. Съемки шли до конца ноябра, после чего Марлен съездила в Нью-Йорк. Там ее атаковали журналисты, и на вопрос одного из них, об обрушившейся на нее славе, Марлен ответила: «Мне тяжело было, когда я была молодой актрисой в Берлине. Но слава, да уже большая, не делает меня по-настоящему счастливой. Смешно, не правда ли? Но, естественно, это очень приятно, и я не хочу быть неблагодарной…»
Во второй половине апреля 1931 года Марлен вернулась в Америку, но не одна — она привезла с собой шестилетнюю дочь Марию. Они поселились в роскошном доме в испанском стиле с бассейном на Норт-Роксбери, 822 в Беверли-Хиллз, который снял для них Штернберг. У Марлен появился собственный «Роллс-Ройс», шофером которого стал солидный дядька, в прошлом профессиональный боксер. В качестве няни для дочери Марлен привезла из Германии свою близкую подругу, журналистку Герду Хубер. Муж актрисы Руди Зибер оставался пока в Берлине, подле своей любовницы Тамары Матуль, но в планах Марлен и боссов «Парамаунта» было вскоре переманивать его в Голливуд, поскольку это благотворно повлияло бы на имидж Марлен. И в конце июля воссоединение семьи наконец-то состоялось. Была приглашена пресса, чтобы на следующий день раструбить об этом событии на всю Америку.
Однако это воссоединение вывело из себя бывшую жену Штернберга Ризу Ройс, которая подала на Марлен в суд. Она обвинила ее в развале своей семьи и вчинила два иска: на 500 и 100 тысяч долларов. Поскольку ситуация приобретала серьезный оборот, боссы «Парамаунта» посоветовали Руди на время спрятаться в Париже, а сами бросились спасать Марлен. Актриса пока приступила к съемкам в очередном фильме — «Шанхайский эксперсс», в котором играла… Думаете проститутку? Нет, на этот раз — роковую женщину Лилию Шанхая. А роль проститутки Хуай Фей досталась подруге Марлен по Берлину актрисе Анне Мей Уонг. Съемки начались в сентябре и продолжались два месяца. Во время них у Марлен случился короткий роман с известным французским актером Морисом Шевалье. Возникновению романа способствовало то, что их гримерные оказались рядом. Кстати, «Шанхайский экспресс» был выдвинут на премию «Оскар» в трех номинациях, однако фамилии Дитрих среди них не было. Великая актриса только один раз будет номинироваться на престижную премию (за «Морокко»), после чего члены Академии про нее забудут.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
