Дерьмо! — я попросту за ним не поспеваю, а тем временем в моих кроссовках уже хлюпает от крови. Ещё немного и я окончательно растеряю всю свою мобильность. Ноги — это основа основ для любого бойца. Если с ними что-то случается, то все — пиши пропало.
Мне позарез нужен новый план…и, кажется, у меня есть один на уме. Он сумасбродный и неожиданный, поэтому имеет все шансы на успех.
Будь я у себя на родине, никогда бы не поступил так, как собираюсь. Ибо в моем родном мире — возня в партере это не ново. Здесь же, в реальности традиционных боевых искусств валяние на полу не приветствуется, а значит я сумею застать ублюдка врасплох. Докажу ему, что нижний этаж не всегда является безопасным местом.
Чтобы не пропустить момент следующей атаки я весь превращаюсь в оголенный нерв. Необходимо подобрать идеальный тайминг для начала реализации плана. Если ошибусь, то назад пути уже не будет — я точно помру, как пить дать.
«Жди, жди, жди…сейчас!» — подбираю ноги и просто, без затей падаю на спину, изворачиваясь в полёте. Ногти противника все же успевают полоснуть по икрам, но это уже не важно. Обрушиваюсь на Косё сверху. Попался!
В обнимку летим на дощатый пол. Мы, словно парочка, сцепившихся друг с другом, хищников. Из противопоставления двух боевых искусств наша схватка переросла в битву характеров. Ногти яростно полосуют мне спину, а я…Я просто откусываю ублюдку ухо, прямо как обещал!
— Аааааа, сука! Я убью тебя, вонючий ублюдок! Слышишь, убью!? — я-то слышу, а что насчет тебя, одноухий?
И только в этот момент, почувствовав на губах вкус чужой крови, осознаю, что совершил ошибку. Пошел на поводу у эмоций. Повторил судьбу Тайсона в бою с Холифилдом*. Но не успеваю я исправить допущенную ошибку — призвать на помощь образ бойца, для которого партер — родная стихия, как меня с Косё отделяют друг от друга. Неодолимая сила растаскивает нас двоих, словно нашкодивших щенков.
*Эвандер Холифилд — американский боксёр-профессионал, выступавший в тяжёлой весовой категории.
В следующую секунду я осознаю себя безвольным кулем, висящем в воздухе. Огромная ладонь Нодзу Цугимити удерживает меня за шкирку, прямо на весу. И не только меня. В соседней лапе барахтается разъяренный Косё. Своими когтями он цепляет предплечье гиганта. На светлой коже проступает кровь. А в следующий миг уродливый мечник просто и без затей отшвыривает от себя напарника по банде в сторону барной стойки. Раздаётся треск дерева и звон битого стекла. Не знаю, какой чудовищной силой надо обладать, чтобы так лихо отправить человека в полёт, да ещё и провернуть подобный трюк одной рукой, но надеюсь со мной он этого не повторит.
— Че, ты, творишшшшшь?! — шепелявит разбитыми губами Косё, после того как высовывается из-за барной стойки.
Лицо командира Ёкайдо перекошено от боли и ярости. Даже с такого расстояния я подмечаю бутылочные осколки, застрявшие у него под кожей. Но даже в столь плачевном состоянии Косё не помышляет о том, чтобы включать заднюю. Избитый, посеченный стеклом, без одного уха он все ещё рвётся в бой. И хотя ублюдок мне совсем не нравится, уважение он тем не менее вызывает. Жесткий сукин сын.
— Вали к Ооцуке, пусть она тебя подлатает, — Нозду отворачивается и топает в сторону разломанной фальшстены и я вместе с ним — деваться-то мне все равно некуда. Вырваться из медвежьей хватки я при всем желании не сумею.
— Это моя добыча! — доносится грозно нам вслед.
Скашиваю глаза, чтобы оценить обстановку и замечаю как Косё направляется за нами. Вот ведь приставучий мудак, лучше бы ухо своё искал, пока его не затоптали.
— Нуэ приказал не трогать пацана.
— Он изуродовал меня! — не отстаёт Косё. — Дважды!
— Да ты и до этого не блистал красотой. Как был уродом, так и остался. Не понимаю, чего ты разнылся? — а я не понимаю, зачем Нодзу его провоцирует? Они ведь приятели или нет?
— Че ты сказал?! — едва притихшая Рейки вновь начинает бурлить. Призрачные ласки Кама-итати беснуются в причудливом танце, переплетаясь между собой, будто змеиный клубок. — Хочешь смахнуться?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Отвали. Мы оба знаем, чем это закончится, — и столько неподдельной уверенности в голосе Нодзу, что я склонен ему поверить. Похоже здоровяк — боец более высокого ранга, чем недожаренный мститель.
— Пошёл ты, уродливый ублюдок! — огрызается в ответ Косё, но вопреки своим словам преследовать нас прекращает. — Я тебе это припомню…
Нодзу закрывает за нами дверь собственной комнаты, отсекая все посторонние звуки.
— Раздевайся, — раздается команда гиганта над ухом, после чего ладонь на воротнике дает слабину и я приземляюсь на пол.
От столкновения с твердой поверхностью ноги тут же подкашиваются и я вынуждено усаживаюсь прямо на пол. Голова идёт кругом, перед глазами все плывет. Похоже я серьезно недооценил степень кровопотери.
— Сиди здесь, я за аптечкой, — хлопает входной дверью владелец комнаты.
Ну, будем надеяться, что у Косё не хватит яиц на то, чтобы зайти ко мне на чай в отсутствии хозяина. Впрочем, волнуюсь я зря. Не проходит и пары минут, как Нодзу возвращается с громоздким пластиковым ящиком. А чего я ожидал? — какой хозяин такая и аптечка.
В течении получаса здоровяк методично штопает мои раны. После чего ставит капельницу с физраствором и безжалостно подсовывает мне лабораторный журнал. Как я понимаю, больничный отменяется.
С горем пополам с частыми перерывами на отдых и перекус мне все-таки удаётся осилить пару страниц лабораторной тетради. Гигант моими успехами явно недоволен, но виду не подаёт. При этом, после лекции он еще и обучает меня тому, как ускорить регенерацию при помощи Красного Моря. Делает он это без особого желания. Скорее от острой нужды. Здоровяку жизненно важно, чтобы я, как можно скорее, перелопатил методичку Мотоо Кимуры, а значит он кровно заинтересован в моем скорейшем выздоровлении. Мало того, «добряк» Нодзу, перед тем как отправить меня домой на такси, даже находит подходящую одежду на замену моей испорченной. Ну, что за душка? Если бы не видел собственными глазами, как он разрубает людей пополам, то наверняка бы проникся к нему искренней симпатией, возможно мы бы даже смогли подружиться. Но, как говорится, таких друзей лучше за хер да в музей.
Домой успеваю вернуться до прихода Ульяны, поэтому весь оставшийся вечер шкерюсь у себя в комнате, дабы не вызвать лишних подозрений своим помятым внешним видом. И лишь после отбоя мамы Тон-тона, высовываю нос наружу, чтобы как следует подкрепиться.
Сплю плохо, постоянно просыпаюсь от голода и озноба. Про боль от ран и вовсе молчу — это дело привычное. Главное, что Нодзу весьма профессионально их обработал и наложил швы. Остальное вторично.
С утра чувствую себя намного лучше. К моему удивлению, кожа вокруг швов уже вовсю зудит. Похоже, разогнанная при помощи Коукай, регенерация дает о себе знать. Что ж, это не может не радовать, ведь до турнира осталось не так много времени, всего четыре дня.
Сегодня в школу решаю не идти. По-хорошему мне стоит, как следует, отлежаться. Тем более, если я засвечусь перед Акихико в таком паршивом состоянии, то он по старой памяти начнет совать нос в мои дела, а мне бы этого очень не хотелось.
А притворюсь как я на время больным. Красное Море — довольно гибкая техника. Она не только позволяет модифицировать тело, но и может вполне успешно корректировать некоторые показатели организма. Например, температуру тела. Если бы в детстве у меня был доступ к подобному лайфхаку, то я бы вовсе забыл дорогу в школу.
Решено, ближайшие четыре дня я "болею". Осталось лишь выдумать какую-нибудь байку специально для Акихико. Пацан прекрасно знает, что из себя представляет Красное Море, поэтому в банальную простуду ни за что не поверит. А значит, надо придумать что-то поубедительней. Например, сбой в организме, из-за неправильного использования того же самого Красного Моря. Ну чем не версия? И ведь не подкопаешься.
Интерлюдия
— Председатель, — Такахаси с поклоном входит в просторный кабинет. — Срочное донесение.
