Ваня подвинул к себе розетку с икрой и стал щедро намазывать бутерброды.
– Другим оставь, – цыкнула на него Зойка.
– Тебе вредно, – ответил Ваня с набитым ртом.
– Каким ты был, таким ты и остался, – парировала Зойка.
«Содержательная беседа! – усмехнулась про себя Ирина. – И стоило ради этого предпринимать столько усилий».
А за соседними столами вовсю веселились. Ирине захотелось встать и уйти. Она в который раз подумала, как была глупа и абсурдна эта идея. Кое-кто, видимо уже подкрепившись, топтался на танцполе. Зойка по-прежнему тарахтела, Ванька жрал, а Милочка краснела и половинила в тарелке кусок ветчины.
Ирина смотрела на дверь – как бы незаметно слинять. В дверном проеме показалась крупная фигура метрдотеля с каким-то мужчиной. Метрдотель оглядел полутемный зал и увидел свободное место. Он подвел мужчину к столу и посадил рядом с Ириной. В полутьме они не сразу узнали друг друга.
– Завьялова! – наконец сообразил он.
– Влад! – почему-то обрадовалась Ирина.
– Слушай, я поем – голодный страшно. А потом пообщаемся!
Ирина улыбнулась и кивнула.
В десятом классе он ей нравился – своей независимостью, что ли, не боялся вступать в прения с преподавателями. Да и вообще, был толковый, особенно в точных науках. Ирина, плавающая на физике и математике, им искренне восхищалась. Ему же нравилась Машка Васильева – это было очевидно. Но у Машки уже, видимо, тогда были наполеоновские планы, и на Влада она не обращала никакого внимания. На выпускном она появилась с кавалером – случай беспрецедентный. Кавалер был лощеный и довольно противный. Говорили, что он студент МГИМО. Через час после вручения аттестатов Машка упорхнула с кавалером на его машине, предварительно заявив, что едут они в закрытый клуб на всю ночь. И добавила, что ей нечего делать «с придурками-одноклассниками», имея в виду, наверное, мальчиков.
Ирина видела, что Влад стоит у стены и взгляд у него полон тоски. Объявили белый танец. Она, осмелев, на дрожавших ногах подошла к нему.
– Извини, Ирка. Нет настроения, – ответил Влад. – Пойдем лучше покурим.
– Я не курю, – ответила Ирина и быстрым шагом пошла прочь из актового зала.
– Извини! – еще раз крикнул он ей вслед.
А она уже почти бежала, размазывая по щекам тушь, перемешанную со слезами.
Потом она краем уха слышала, что Влад рано женился – на втором курсе – и так же быстро развелся. Потом вроде женился снова, пошел в бизнес, говорят, процветает. А у нее тогда начался тягучий роман с семейным человеком. Роман, длившийся почти тринадцать лет. Без всяких надежд на совместное будущее – об этом было сразу и честно заявлено. Жалела ли она, что не родила от любимого человека? Только себе могла признаться – да, конечно, жалела. Но она была явно не из смельчаков. Да и что теперь говорить? Жалей, не жалей…
Влад выпил рюмку коньяку, подцепил вилкой кусок семги и откинулся на стуле.
– Ну что, Ириш? Что слышно, как поживаешь?
Она смутилась и пожала плечами:
– Как-то поживаю.
– Очень оптимистично! – рассмеялся он. – А выглядишь на миллион!
Она усмехнулась.
– Слушай, а ты Мишку Гальперина не видела? – озабоченно спросил Влад.
– Да вон твой Гальперин с Васильевой чего-то трет, – кивнула на соседний столик Зойка. – Все правильно – деньги к деньгам, – добавила она.
Влад встал, оглянулся и направился к соседнему столику. Ирина видела, что там произошла бурная встреча – Машка повисла на Владе, Влад обнимался с Гальпериным. Она отвела взгляд.
Официанты стали разносить горячее.
Ирина отказалась:
– Мне, пожалуйста, кофе.
Она выпила кофе и пошла в курилку. На улице начиналась метель. Медленно и красиво кружил разноцветный снег, подкрашенный яркими лампочками, освещавшими ресторан.
– А говорила, что не куришь! – услышала она голос за спиной.
Она обернулась.
– Странно, что ты помнишь, – удивилась она.
Он кивнул:
– У меня хорошая память.
Она вспомнила выпускной и смутилась. Он это заметил.
– А ты, Ирка, красоткой стала, хотя была обыкновенная девица.
– Да брось ты, – отмахнулась она.
– Ну, знаешь, бросай не бросай… Ну а вообще как дела? Расскажи про свою жизнь, – попросил он.
– А тебе правда интересно? – усомнилась Ирина.
– Ты меня знаешь, я бы из вежливости не спросил. Просто не спросил бы – и все.
Она, слегка покраснев, начала излагать легенду, тщательно продуманную Дашкой.
Влад подытожил услышанное:
– Да, оба твоих мужа оказались слабаками. Не потянули тебя. Бизнес успешный. Выглядишь роскошно. В общем, молодец, Ирка. Да и не удивительно, что ты в делах преуспела. Ты человек с начинкой. А за твою личную жизнь я не переживаю. У такой женщины, как ты, ее просто не может не быть.
– Тебе виднее, – сказала Ирина, и они оба рассмеялись. – Ну, а как у тебя? – спросила Ирина. – Процветаешь помаленьку?
– Помаленьку, – кивнул он. Ну, не рассказывать же все подробности бывшей однокласснице!
– Слушай, а пойдем в зал, – предложил он. – Потанцуем.
– Да я, вообще-то, собиралась слинять, – призналась Ирина.
– Слиняем, – кивнул он. – Попозже и слиняем. Мне только Гальперина надо заловить и потрясти немножко.
Они вернулись в зал. Гальперин танцевал с Динкой. Та картинно откидывала голову и громко хохотала.
– Неужели он приехал из-за этих посиделок? – удивилась Ирина.
– О чем ты? – усмехнулся Влад. – Гальперин – большой человек. У него серьезный бизнес. Очень серьезный. Здесь он зажигает, расслабляется. А девки млеют. Не каждый день с американским миллионером приходится танцевать. Даже Динке и Машке.
– Ну что, пойдем и мы потопчемся? – улыбнулся он. – Вспомним, так сказать, годы золотые. – Он подал Ирине руку, и они вышли на танцпол.
Влад в танце вел уверенно и неспешно. Ирине захотелось закрыть глаза и положить голову ему на плечо. Заметив, что он внимательно на нее смотрит, она страшно смутилась и покраснела. И еще порадовалась тому, что в полутемном зале этого не видно. Танец – увы! – закончился, и Влад проводил ее до столика. Уходить совсем расхотелось. За стол он не сел, а растерянно оглядывался, ища глазами Гальперина.
– Извини, – сказал он и решительно пошел отлавливать Мишку.
Она видела, что он наконец Гальперина вытащил и сел с ним на диване в углу зала.
А веселье продолжалось. Машку Васильеву кто-то под руки вывел из зала. Было видно, что она здорово набралась.
– Злоупотребляет, – уверенно сказала Зойка.
– Ты думаешь? – засомневалась Ирина.
– Сто пудов. Они от хорошей жизни часто с катушек съезжают.
Динка обходила столы. Красовалась. Подошла и к их столику. Обворожительно улыбаясь, задавала вопросы, которые ей были явно по барабану.
– Шикарно выглядишь! – сказала она Ирине. – Тебя просто не узнать!
Это означало: «Надо же, была серой мышью, а превратилась в человека».
Наконец Динка отчалила.
– Звезда, блин, – прокомментировала Зойка.
Ирина посмотрела в сторону Влада. Он по-прежнему, опустив голову, сидел на диване и внимательно слушал Мишку.
Было понятно, что Гальперин учит его жизни. Гальперин всегда был умницей и занудой одновременно. Еще говорили, что у него железная задница и что женился он совсем неплохо – взял девочку из богатой одесской семьи. В общем, неудивительно, что у него все сложилось. У таких, как он, обычно все получается.
Ирина встала, попрощалась с Зойкой и Ванькой и направилась к выходу.
– Куда ты? – удивился Ванька. – Еще торт будет и мороженое!
Не оборачиваясь, Ирина махнула рукой.
Она вышла на улицу. Метель уже улеглась, и земля была покрыта свежим, ярким снегом. Ирина остановилась и глубоко вздохнула. Вокруг была такая тишина и красота, что хотелось плакать. Она медленно побрела к метро.
Мама открыла дверь и удивилась:
– Уже?
Ирина кивнула и начала раздеваться.
– Надо отнести Дашке шмотки, – сказала она.
– Успеется, – ответила мама. – Дашка твоя укатила с друзьями на дачу. На три дня. Сказала, что будет звонить. Любопытная – жуть.
– Мам, – попросила Ирина, – завари чайку, пожалуйста! А я пока в душ.
Она долго стояла под теплой, почти горячей водой, и постепенно ее начало отпускать. Она завернулась в большой махровый халат, надела теплые носки и зашла на кухню.
– А на ужин у нас что? – спросила Ирина.
Мать всплеснула руками:
– Ничего себе, человек час назад из ресторана. Что, невкусно было?
– Наверно, вкусно. Только есть не хотелось. Я же не Ваня Рыженко.
Мать спросила:
– Борщ будешь?
Ирина кивнула. Мать налила ей полную тарелку борща с куском мяса, положила туда большую ложку сметаны и покрошила укроп.
– Божественно! – простонала Ирина. – Никакой ресторан с тобой, мамуль, не сравнится!
